— Вот теперь уже очень в этом сомневаюсь, — отозвался собеседник. — После того, как вы побывали у элдарианского источника силы. И зачерпнули из него.

Я понуро молчала, вспоминая. То опьянение энергией, такой яркой, ярче огня. Магией, древней, удивительной, невероятной. В те недолгие минуты мне казалось, что я всю жизнь шла к этому мигу. Будто чувствовала, что моя дорога однажды приведёт меня к тому зачарованному озеру, которое находится там, где властвует вечное лето, а цветы, кустарники и деревья всегда цветут.

Наверное, я стану по нему тосковать, но едва ли захочу вернуться. Слишком уж страшно. Ведь я не чистокровная элдарианка, этого для меня слишком много. Да и дар такой силы в самом деле пугал меня, а не радовал. Я начинала бояться, что кто-то захочет использовать его в своих интересах, а вместе с ним и меня.

Мысли об этом преследовали меня по пятам, я никак не могла от них отделаться. А ещё в немалое смятение вгоняли воспоминания о том, что совсем недавно происходило в этой карете. Его руки, губы… так близко, жаркое дыхание и слова, которые эхом звучали в ушах.

«Вы безумно притягательны, Минна… Даже не представляете себе, насколько… Я очень старался держать себя в руках, но не смог…»

А я смогла? Сумела ли я скрыть то, что меня тоже к нему влечёт? Даже помня, что он хочет со мной развестись, я постоянно о нём думала. Видела перед мысленным взором его лицо, прямой профиль, внимательный взгляд, под которым я всегда терялась. Я ведь думала, что Доминик Винтергарден не воспринимает меня всерьёз и не видит во мне девушку, но его слова всё опровергли.

Я тоже ему интересна — и даже больше.

Вот только о том, чтобы отменить развод, он ничего не сказал…

Глава 28

До конца нашего пути я больше не проронила ни слова. Всматривалась в сгущающуюся чернильную темноту за окошком и всё думала, думала. Перебирала в памяти все наши встречи, все фразы, которые Доминик Винтергарден мне говорил. Язвительные, насмешливые или совсем другие — тёплые, утешающие, полные затаённой нежности и понимания, в котором я так нуждалась. Слова, обещавшие то, о чём я и мечтать-то не смела, потому что осознавала, что едва ли этот мужчина из тех, кто потерпит обман.

А я лгала ему каждый день, оставаясь для него Минной Лоренц.

Но как рассказать правду? Ведь он глава Тайной канцелярии соседней страны. А если вдруг решит, что я приехала сюда не просто так, а с какими-то корыстными целями? Заподозрит в шпионаже? Я хорошо запомнила, как его величество король Элхорна намекал мне на то, что такое вполне вероятно.

Лучше пока продолжать молчать, а там время покажет…

Карета остановилась. Лорд помог мне из неё выйти и, галантно поддерживая под локоть, провёл ко входу в особняк. Вид у открывшей нам дверь горничной был изумлённый, но она никак не прокомментировала наше позднее возвращение, лишь осведомилась, не хотим ли мы поужинать. В ответ я покачала головой — аппетита не было. Мой спутник тоже отказался.

— Идите к себе, Минна, и ложитесь спать, — произнёс он, когда девушка, позёвывая, скрылась, оставив нас наедине. — Вам нужно как следует отдохнуть. У вас был длинный тяжёлый день.

— В самом деле, — согласилась я. Даже не верилось, что наше странное бракосочетание состоялось всего лишь вчера. Слишком насыщенно прошло время — точно минула целая вечность.

Я оказалась в другом мире. Едва не погибла там. Увидела себя в образе элдарианки. Узнала о том, что горничная Энни и Клаус Майер оказались вовсе не теми, за кого я их принимала. А ещё услышала признание, к которому не знала, как относиться. Слишком уж неожиданно всё получилось. Этот мужчина непредсказуем как погода.

Воистину, этих событий с лихвой хватило бы на несколько дней, а то и недель!

— Доброй ночи, лорд Винтергар… Доминик, — попрощалась я.

— Доброй ночи, Минна.

Поднявшись на второй этаж, я заглянула к девочкам. Они ещё не спали. Сидели в своих постелях и, когда я вошла, бросились ко мне, как перепуганные птенчики.

— Миз Лоренц… Леди! Куда вы пропали? И дядюшка Доминик вместе с вами! Мы уж было подумали, что с вами что-то случилось, а тётя Мередит сказала, что вы с ним решили уйти от нас, уехать в столицу и завести там своих детей вместо племянниц! — захлёбываясь словами, проговорила Аланна, кусая губы.

— Пожалуйста, скажите, что это неправда! — взмолилась Кэйти.

Я стиснула руки в кулаки. Вот же гадина эта леди Глау! Попадись она мне — я бы её не только заморозила, но и… превратила бы в болотную жабу, уродливую и бородавчатую!

Если б умела.

— Конечно же, неправда! — порывисто воскликнула я, обнимая обеих. Они были такие забавные в своих длинных ночных рубашках, хрупкие и нежные, как цветы, пахнущие молоком и печеньем, которое им традиционно подавали перед сном. — Разве могла я вас бросить? И ваш дядя… Да он дни считает до суда, на котором решится вопрос об опекунстве!