Таль отпустила его ладонь, остановилась на середине террасы.

— Давно ждёте?

— Нет, — Ллэр сжал вторую Мирину руку, будто говоря: не позволю. — Только-только вернулись.

— Вот видишь? А ты спешил, — Таль обернулась к Адану. Тот молча пожал плечами, неторопливо опустился в свободное кресло. На секунду встретился взглядом с Мирой и почему-то отвёл глаза. — Оклемалась?

Мира взглянула на Таль, уверенная, что вопрос адресован ей, но «мамаша» обращалась к Роми.

— В процессе, — та пристально посмотрела на Таль. Мира почти услышала невысказанное «как будто тебе есть до этого дело». Вряд ли это были мысли Роми, но выражение лица и без того говорило само за себя. Ладно хоть не ляпнула вслух, уже прогресс.

Наверное, Таль «услышала» то же, потому что довольно холодно бросила:

— Представь себе есть. Сове…

— Ли, ты обещала, — перебил Адан. Спокойно, без злости, без раздражения. И, как ни странно, подействовало. Таль снова расслабилась, на лице заиграла добродушная улыбка, и Мира готова была поклясться — вполне искренняя.

Таль прошлась по террасе до каменной ограды, вернулась обратно. Молча уселась в кресло напротив них. Поочередно оглядела всех, на миг задержалась взглядом на Мире, снова посмотрела на Ллэра.

— У тебя наверняка больше всего вопросов, и я обещаю ответить на все. Только имей в виду, что на какие-то не смогу дать чёткого ответа, потому что даже я, — она опять улыбнулась, уже иначе, со свойственным ей высокомерием, — не знаю всего. Но с удовольствием поделюсь собственными предположениями или догадками.

— Давай ближе к делу, — опять вмешался Адан. — У нас мало времени.

— Ладно, — Таль со вздохом откинулась назад. — Тогда начну с самого главного, — она обернулась к Роми и Алэю. — Вы уже задумывались, что вас ожидает дальше, не так ли?

— Дней пять агонии, — вместо Роми заговорил Алэй. — Сначала медленной и безболезненной, а ближе к финалу — невероятно богатой на яркие, неповторимые ощущения.

— Думаю, меньше. Для неё — Таль кивком указала на Роми, — ещё меньше, потому что собственной энергии лишилась основательно, а солнце Эннеры только ускорит преобразования. Насколько болезненными они будут — не знаю. Но приятного мало. В конечном итоге истинные атради — такие, как Ромиль, — скорее всего выживут и станут снова доани. Такие, как ты, обращённые, — она перевела взгляд на Ллэра, — погибнут.

Мира почувствовала, как страх ледяным обручем обхватывает грудь, не позволяя дышать. Пять дней, а потом… Нет, только не это!

— Это неправда! — она хотела вскочить, но Ллэр удержал. — Ты специально запугиваешь, чтобы повысить себе цену! Ты ведь знаешь, как помочь. И поможешь! Я не позволю…

— Ты уже позволила, — перебила Таль. Посмотрела в глаза пристальным, глубоким взглядом. В нём не было ненависти или злости, скорее, печаль. — Когда погубила Тмиор и обрекла атради на мучительную смерть.

— Я… — Мира осеклась. От охватившего ужаса проглотила слова.

— Спокойно, — шепнул Ллэр, крепче прижал её к себе. Уже громче произнёс, обращаясь к Таль: — Хорошо. Вступление получилось эффектное. Ты нас напугала. Теперь можно переходить к последовательному рассказу, — он улыбнулся. — И поскольку меня интересует абсолютно всё, предлагаю тебе самой выбрать, с чего начать.

Таль несколько секунд молчала, глядя на Луну.

— Самар не посвящал меня во все свои планы, — заговорила она с усмешкой. — И в то время они, честно говоря, меня не интересовали. Вроде бы согласно первоначальной задумке Самар собирался перебраться сюда со всеми выжившими на Фахтэ после вторичного превращения. Но что-то заставило его отказаться. Полагаю, дело в ваших хороших знакомых — Тенях. Мне привычнее называть их Гончими. Самар, видимо, так и не нашёл способа, как защитить от них первых атради, в которых осталось достаточно от доани. И потому безопасней оказалось скопировать родную Эннеру, создав её подобие — искусственный мир Тмиор на Фахтэ. Это обеспечило защиту новой расе, позволило воскресить забытые способности, обрести новые, найти нужную энергию для бесконечной регенерации организма атради. Как? — Таль пожала плечами. — Не знаю. Многомерные вселенные меня никогда не интересовали. Наверное, всё дело в фильтре-катализаторе. Жаль, что секретом Плеши Самар так и не пожелал поделиться. Но, — она обвела всех внимательным взглядом и снова посмотрела на Ллэра, — вернёмся к Гончим. Это энергетические убийцы, настроенные на определённый вид силовой материи. Не совершенные, потому что способны убить всех, кто даже случайно связан биополями с потенциальной жертвой. То, что произошло с вами на скале, лучшее подтверждение. Шли за ней, — Таль кивком указала на Роми, — перескочили на Адана, потом на Миру и тебя. И не будь Мира… — Таль не договорила, нахмурилась. — Об этом чуть позже. Так вот. Ошибочно считается, что Гончих создал Актарион, чтобы охранять запертых под Сферой доа. На тот случай, если кто-то из них выберется наружу. На самом деле это не так. Любой доа из тех, что существовали тогда, смог бы мгновенно расправиться с ними. Гончих создали Тлай и совсем с другой целью — выслеживать доани, если кому-то из них каким-то образом удастся вернуться в Эннеру. Тлай опасались, что приобретённая вечность станет существенным преимуществом, даст доани необходимое время, чтобы найти способ выжить. Справедливо опасались, — Таль хмыкнула, — поэтому предлагали сразу уничтожить всех доани, но гуманное Содружество не поддержало идею. Сошлись на вечной ссылке.

— Ничего себе гуманное, — нарушил молчание Адан. — Одних запереть под Сферой, лишить энергии, других отправить на верную смерть в умирающий мир.

— Доа нарушили закон, — Таль обернулась к нему. — Своими действиями подвергли опасности миллионы жизней в других мирах, вызвали необратимые катаклизмы во Вселенных. У Содружества имелись веские причины так поступить.

— Неудивительно, что ты их оправдываешь, — раздражённо буркнула Мира. Её в отличие от Ллэра подробности истории, особенно далёкого прошлого, не интересовали. Волновало только одно — как спасти атради. В том, что «рецепт» существует, она не сомневалась. Это вселяло уверенность, но хотелось услышать, что делать, как, что придётся отдать взамен. А Таль словно специально тянула время.

— Я не оправдываю, — покачала головой Таль. — И не осуждаю. Я могу посмотреть на случившиеся с разных точек зрения и понять, чем руководствовались все, кто так или иначе оказался замешанным. И тогда, и теперь.

— Ещё бы, — усмехнулась Мира. — Цель у тебя всегда оправдывает средства.

— Почти всегда, — улыбнулась Таль. — И не только у меня. У тебя тоже. И у них, — она кивнула на Алэя и Роми. — И даже у него, — посмотрела на Адана. — У всех.

— Ли, ты должна ей рассказать. И объяснить, — с нажимом произнёс он.