Но пираты, согласившись на предложение Спартака и даже получив от Граника, который вел эти переговоры, десять талантов в задаток, в ночь накануне посадки гладиаторов, вероятно устрашенные мыслью о мести со стороны римлян, тайком ушли из Темезы.

В то время как гладиаторы смотрели из своего лагеря на паруса пиратских кораблей, удалявшихся от берега, манипула разведчиков примчалась в лагерь с сообщением о приближении Марка Красса.

Гладиаторы поспешили к оружию и выстроились в боевую линию. Прежде чем легионы неприятеля построились для сражения, первая линия войска Спартака, составленная из шести первых легионов, яростно напала на римлян, внеся в их ряды сильнейшее расстройство.

Во второй линии фракиец расположил четыре легиона, а по краям правого и левого крыла поместил по четыре тысячи кавалеристов.

Два легиона оставались в Темезе, куда Спартак, в случае поражения, решил укрыться со всем своим войском и выждать там благоприятного момента для реванша Вероятно, он уже обдумывал способ, при помощи которого он мог выйти из затруднительного положения.

Прежде чем повести войско в бой, Спартак предупредил начальников шести легионов, из которых состояла первая линия, что в случае, если они будут вынуждены отступить, пусть отступают за вторую линию.

Несколько часов продолжалась схватка. В час пополудни Красе ввел свежие силы и растянул свою боевую линию вправо и влево. Тогда Граник, командовавший боем, дал приказ к отступлению, чтобы не быть обойденным с флангов; это отступление благодаря вниманию и энергии командиров произошло очень быстро и с самым ничтожным расстройством рядов: через интервалы во второй линии первая линия прошла в тыл.

Поэтому, когда римские легионеры бросились преследовать гладиаторов, они их сочли бежавшими, им пришлось столкнуться с линией свежих войск, обрушившихся на них с бешеным натиском и принудивших их отступить с тяжелыми потерями.

Марк Красе был вынужден трубить отбой, двинуть другие легионы и начать новое и еще более упорное сражение. Введя еще два легиона, один — с своего правого фланга, а другой — с левого, он рассчитывал, что обойдет гладиаторский фронт, но кавалерия Спартака, выступив с того и другого фланга, совершенно разрушила замыслы римского полководца.

Тем временем Граник собрал и вновь выстроил в боевой порядок шесть первых легионов и когда Красе приказал двинуться своей кавалерии, Спартак мог отступить в полном порядке за линию, руководимую Граником, которая снова оказалась готовой к сражению с римскими легионами.

Таким образом, сражаясь и отступая двумя линиями попеременно, гладиаторы отошли к вечеру под стены Темезы, так что Марк Красе не мог извлечь никакого преимущества из численного превосходства своих легионов. Ему не осталось ничего другого, как трубить отбой. Остановившись у подошвы холмов, окружающих Темезу, он сказал своему квестору Скрофе:

— Презренный гладиатор, подлый гладиатор, называй его как хочешь… Но надо признать, что у этого проклятого Спартака все качества великого полководца.

— Скажи прямо, — ответил с болью в душе Скрофа, — что Спартак — мужественный, проницательный, безусловно превосходный полководец.

Таким образом закончилось это сражение, длившееся свыше семи часов. Гладиаторы потеряли шесть тысяч убитыми, а римляне — семь.

Это не помешало Крассу, ввиду того, что Спартак отступил и укрылся в Темезе, объявить себя победителем. Он написал Сенату, что надеется закончить войну в двадцать-тридцать дней, что гладиатор заперт и спастись ему не удастся.

Спартак, еще раньше окопавший стены города широкими рвами, был настороже и принимал все необходимые меры обороны. Но втайне он обдумывал план, с помощью которого собирался вырваться из тисков.

Он строго-настрого запретил жителям выходить под каким-либо предлогом из города, ворота и стены которого постоянно охранялись гладиаторами.

Это распоряжение очень испугало жителей Темезы; они уже предвидели все опасности и невзгоды длительной осады; им уже рисовались все ужасы голода.

Спартак воспользовался их страхом и заявил городским властям, что у них есть только один способ избавиться от ужасов осады и голода: как можно скорее собрать все имеющиеся у них корабли, рыбацкие барки, лодки, шлюпки и прочие суда и послать к нему, сколько есть в городе, мастеров, умеющих строить лодки и барки, снабдив их строительным лесом для того, чтобы соорудить небольшой флот, который перевезет войска в Сицилию.

Жители Темезы согласились на это, и вскоре на берегу моря сотни рабочих совместно с тысячами гладиаторов дружно принялись за постройку флота небольших, но многочисленных судов.