Быстро растираясь полотенцем, Джоу вышел из ванной и, оторопев от неожиданности, остановился. В его крохотной съёмной студии находились трое серьёзного вида мужчин в джинсах и одинаковых лёгких, очень напоминающих форменные куртках.

– Джоу Шень? – скорее констатировал факт, чем спросил один из них и, сделав шаг вперёд, открыл перед его глазами служебное удостоверение. – Министерство госбезопасности Китая. Восьмое управление 3 . Одевайтесь. Вы пойдёте с нами.

Часом позже в Центре управления программ начальник смены операторов, работавших в одном кабинете с Джоу, так и не дождался молодого учёного. Решив не подставлять загулявшего парня перед начальством, он открыл рабочий терминал, связывающий Центр с «Ласточкой», чтобы снять регулярную телеметрию и составить короткий отчёт. Но вместо привычных диаграмм и столбцов цифр увидел короткое сообщение: «Доступ запрещён. Контроль над аппаратом «Куай Тунь» передан Военно-космическому управлению».

Напуганный и сбитый с толку Джоу опасливо осмотрелся в просторном кабинете, обставленном современной мебелью. За рабочим столом под портретом председателя КПК, расслабленно закинув ногу на ногу, сидел мужчина средних лет и просматривал его досье.

– Так вы говорите органика? В открытом космосе? На расстоянии почти миллиард километров от Земли с высоким выносом над эклиптикой4? – он отложил бумаги в сторону и с весёлым вызовом в глазах посмотрел на молодого учёного. – Там же межзвездное пространство. Пустота. Вакуум.

– Да… – немного растерявшись от такого вопроса, ответил Джоу. – Такие данные мы получили от «Куай Тунь».

– Вот уж не ожидал, что эта старая, почти выработавшая свой срок железка нам ещё пригодится, – хозяин кабинета встал, обошёл стол и по-приятельски протянул руку: – Я доктор Ванг Ши. Можно просто – доктор Ши. Шеф программы контроля за дальним космосом. Мы следим, чтобы в нашу Солнечную систему не прилетело ничего, что могло бы принести непоправимый вред Земле. Во всяком случае, пытаемся заметить такие объекты на дальних подступах.

– Вроде американского LINEAR 5 ?

– Очень похоже. Только они лишь фиксируют объекты, а мы под каждый потенциально опасный астероид или комету разрабатываем программу устранения угрозы. Ну, типа, как сделать, чтобы он не попал в Землю хотя бы на этот раз. Ну или, если попал, то туда, куда нужно нам.

– Вы имеете в виду управление столкновением, – нервно сглотнул Джоу, который даже не представлял, что в распоряжении военных есть такие технологии.

– Почти. Правда, мы только в начале пути, но прогресс уже есть. Только наш разговор не об этом, – доктор Ши сел напротив гостя и смерил его изучающим взглядом. – В отличие от американцев, занимающихся пассивным сбором информации об объектах, мы действуем целенаправленно и сканируем секторы, представляющие наибольшую потенциальную опасность. Например, с обратной стороны Солнца или на большом угловом расстоянии от эклиптики.

– Но для этого нужны специальные аппараты.

– С этим у нас всё в порядке, – довольно улыбнулся Ши. – Помимо наземных телескопов, есть два орбитальных. Ещё три размещены в дальнем космосе. Причём один – на орбите Земли с обратной стороны Солнца.

– Невероятно, – восхищённо выдохнул Джоу.

– Точно подмечено. Так вот… Некоторое время назад мы заметили один интересный объект, вошедший в Солнечную систему под углом 50 градусов к эклиптике с севера. Находящийся на этом направлении телескоп провёл спектральный анализ и выявил наличие в нём элементов в довольно странных комбинациях. Это произошло месяц назад, в начале апреля. Мы не придали особого значения этому факту. Ожидая, что, когда он подлетит поближе, уделим ему больше внимания. Но вчера ваш аппарат совершенно случайно пересёк его траекторию. Подумать только! В бесконечной пустоте космоса две линии каким-то чудом пересеклись. Вероятность такого события стремится к нулю. Но оно произошло! И более того, «Ласточка» пересекла траекторию объекта буквально сразу после его пролёта, когда в пространстве всё ещё оставались следы его шлейфа. Я до сих пор не могу в это поверить.

– Значит. Это был не глюк, – с замиранием сердца проговорил Джоу. – Значит, газоанализатор всё же зафиксировал органику!

– Именно. Причём два раза.

– Но почему второй забор был такой слабый?

– Между первым и вторым забором газоанализатора прошло почти 7 часов. Аппарат двигается со скоростью 12 км в секунду, за это время он прошёл почти триста тысяч километров. По нашим расчетам, хвост за объектом как раз примерно такой же ширины. То есть второй замер, который вы провели вручную, был уже почти за пределами его шлейфа. Концентрация вещества в этой зоне значительно ниже. Поэтому и автоматика зонда не сработала.