Раздался ещё один дикий вопль. Успевшему выпрыгнуть муру оторвало ноги, а туловище отшвырнуло далеко в сторону. Остальных толпившихся на краю фургона взрывная волна закинула внутрь, и Платон послал туда же следующую стрелу. Раздался ещё один взрыв. Несмотря на то, что взрыв произошёл практически в замкнутом пространстве кузов грузовика уцелел. Он был обшит листами железа в несколько слоёв, но из его глубины взрывная волна выбросила несколько разрозненных фрагментов тел бывших людей.

«Жесть!»

Снова раздался голос из рации муров. Голос был каркающе скрипуч. Платону показалось, что у говорящего были повреждены голосовые связки.

«Здесь Призрак. Лучника ни захватить, ни даже увидеть не смогли. Он стреляет из скрыта не только простыми стрелами, но и со взрывающейся начинкой. Грузовик и шестая и двенадцатая группы уничтожены.

Второй спецназёр стрелял с крыши из гранатомёта и снайперской винтовки. Захватить его мы не успели — очень быстрый. Крайне результативно отстрелялся и ушёл по стене дома, а не по лестнице, как мы ожидали, но нам удалось найти девку что была со спецназом. Очень похоже, что её оставили для наблюдения и связи — у неё профессиональная рация с гарнитурой. Сидит в соседнем дворе. Она уже успела переодеться в другую одежду, но по описанию похожа. Брать её?»

«Здесь Жесть! Берите её живой и жёстко колите прямо на месте. Очень мне интересно откуда они такие взялись. Если что-то от неё останется притащи?те к транспорту. Может на что пригодится».

Платона пробил холодный пот, но сказать он ничего не успел — в наушнике раздался голос Сенсея.

— Белый! Рядом со Светлой из скрыта вышли два человека. Мои действия? — И тут же почти без перехода продолжил.

— Белый! Светлая контролирует муров. Можешь подходить. — На что Платон ответил.

— Сенсей! Их должно быть как минимум трое, а то и четверо и один из них скорее всего кваз — больно странный у него голос. Эти двое нас с тобой ловят на своих приятелей как на живца. Оставайся пока на месте. Наблюдай. По моей команде спустишься по стене дома и открыто пойдёшь к Светлой. По тебе одному они стрелять не будут — подождут меня.

Когда я начну, открывай огонь на поражение по тому месту куда я попаду. Муры сидят где-то недалеко от Светлой. — Из скрыта Платон выходить не стал.

Сила его даров за эти месяцы увеличилась и если Платон в скрыте ничего не делал, то и сил расходовал совсем немного. У Тигра с Шушей было точно так же. Именно поэтому его помощники всё это время сидели в скрыте рядом со Светлой практически без движения.

Сенсор Платону был в городе не нужен, а вот грыси прекрасно чувствовали живых. Ведь как-то они находили иммунных на расстоянии?

Платон нарисовал грысям картинку-приказ, но это было уже не нужно. У животных вообще и у генномодифицированных животных в особенности превосходно развиты обаятельные, осязательные и слуховые органы. Сейчас и Тигр, и Шуша чувствовали постороннего и передавали Платону одну и ту же картинку — небольшую скамейку у соседнего со Светлой подъезда.

Сколько там человек ни грыси, ни Платон, разумеется, не знали, но это было пока не важно. Кваз, если это был он, расположился так чтобы ему было удобно контролировать весь двор и в каком бы месте не появился Платон он однозначно попал бы под пули скрывавшегося в скрыте стрелка.

Стрелять из своего карабина Платон и не пытался, подходить близко тоже — при некоторых видах скрыта это было бесполезно, но у него был способ, гарантированно раскрывающий находящихся в скрыте муров.

Сначала Платон вышел на дорогу и не спеша дошёл до горящего грузовика. Впрочем, не подходя к нему слишком близко. У кваза мог быть развит слух или дар чувствовать посторонние запахи, а у грузовика ни услышать Платона, ни унюхать его мур не мог.

В этом случае кваз уже знал где находятся грыси, но ему нужны были Платон и Сенсей. В первую очередь Платон. Сенсеем и грысями кваз мог бы заняться позже, но Платон обле?гчил ему эту задачу тихонько сказав в гарнитуру своей рации.

— Светлая! У соседнего подъезда в скрыте сидит кваз. Сделай вид, что разговариваешь с кем-то по рации и держи своих муров. Мы начинаем.

Сенсей! Пошёл. — Картинка Шуши, передаваемая Платону, поменялась.

Теперь большая кошка показывала не только место, где сидел кваз, но и вылезшего из окна четвёртого этажа и спускающегося по верёвке Сенсея. Кваз своё местоположение не поменял, и Платон достал из жёсткого футляра специально сделанную Боцманом зажигательную стрелу.

Сама стрела была полая и намного толще обычных, а внутрь была помещена жидкая взрывчатка. Внешники использовали такую взрывчатку в зажигательных бомбах.

Как только Сенсей спустился и не торопясь пошёл к Светлой Платон спустил тетиву. Взрыв превзошёл все ожидания Платона и Сенсея. У соседнего подъезда вспыхнул ослепительный костёр мгновенно охватив белым пламенем скамейку и стоящую рядом с ней фигуру. Кваз был один и он успел встать на ноги, но это ему помогло мало.

В диаметре четырёх метров выросла и почти сразу же опала стена ослепительного огня. Температура горения жидкой взрывчатки была несколько тысяч градусов, а время горения из-за её мизерного количества в стреле всего полторы секунды, но и Сенсею и Платону этого времени хватило с избытком. Да и квазу, если честно, тоже.