Мужчина и парень подскочили как ужаленные и кинулись раздевать пленника и труп. Женщина несколько секунд сидела как изваяние, обдумывая услышанное, а затем поднялась с дивана и метнулась в соседнюю комнату.

На сборы семье потребовалось минут пятнадцать. За это время Платон вытряс муров. Вооружены они были стандартно: десантный автомат Калашникова с ПБС, шесть запасных магазинов и семнадцатизарядный пистолет с глушителем под девятимиллиметровый парабеллумовский патрон.

У каждого за плечами небольшой станковый рюкзак. В рюкзаке армейские ИРП и пять плиток шоколада. ИПП и коробочка со спеком (в коробочке по три дозы спека и десяток споранов). По десять пачек патронов к автомату, по четыре пачки патронов к пистолету, мыльно-рыльные принадлежности, наборы для чистки оружия и металлическая фляжка с литром дурно пахнущего живца. (На самогоне его размешивали что ли?)

Платон достал бумажную пачку с автоматными патронами и надорвал её. Маркировка была ему знакома, а количество патронов в пачке стандартное — 20 штук калибра 7,62 на 39. Чёрно-зелёная полоса означала, что это патроны УС с дозвуковой скоростью пули.

Патроны для пистолета были обычные. Видимо сам пистолет предполагался к использованию как оружие последнего шанса. Впрочем, для подавления сопротивления невооружённых гражданских лиц в условиях плотной городской застройки автоматов хватало за глаза.

— Командир! — Окликнул Платона глава семейства.

— Я оружие своё возьму? — Явно служивший в своё время мужчина сразу выделил Платона и обратился к нему, хотя Светлая помогала его жене.

— Возьми. Только не стреляй. Лишний шум нам не к чему. Патроны забери все что есть. Пригодятся. Спустимся, мои бойцы вывезут вас в безопасное место и там всё объяснят. — Мужчина только головой кивнул, направляясь в соседнюю комнату.

Вернулся он с охотничьим карабином, здорово смахивающим на автомат Калашникова и с двуствольным ружьём с вертикальным расположением стволов. Кроме оружия на плече у него висела большая спортивная сумка.

Спустились на улицу быстро. Платон тащил всё оружие, Светлая помогала женщине, отец, с сыном взяв под руки, волокли спящего мура. Рядом с машиной сидел только Тигр. Шуша спряталась чуть дальше по улице. Бойцы контролировали выезды со двора. Тигр тут же проверил семью. Иммунными оказались отец и сын. Женщина с дочерью светились чёрным цветом.

Семью следовало разделить, и Платон спросил у мужчины.

— У моих ребят «Иваном Сусаниным» поработаешь? — И пояснил удивлённому отцу семейства.

— Все мои города не знают, мы здесь в первый раз. Если дорогу покажешь, в долгу не останемся. Под пули совать тебя не будем, стрелки? есть свои, а вот с водителями у нас напряг.

— Да не вопрос — ответил мужчина.

— И «Сусаниным» поработаю, и грузчиком могу, и за руль сяду — всю жизнь за «баранкой». Что здесь вообще происходит?

— Ребята расскажут, а потом и сам увидишь. В вашем городе это происходит быстро. Грузи?тесь. Проведи водителя к старой машинотракторной станции и возвращайтесь. Там твоих встретят и разместят. На обратном пути свяжи?тесь с нами по рации, и я скажу, где мы находимся и что вам делать. — И тут же вызвал по рации Сенсея.

— Сенсей! Пришли к нам Стрелка и Шерифа. — Когда бойцы подошли Платон отвёл в сторону Шерифа.

— Значится так. Сейчас со Стрелком мухой к нашим. По прибытии скажешь Гостю, что не иммунные женщина и девочка из семьи Катёны. Пусть присматривает. Лучше всего пусть оставит обеих женщин и девочку у себя, а парня отправит к Малышу. Как только разделятся пусть колет всем снотворное. Убивать не иммунных без их родственников нельзя — получим «бунт на корабле».

По второй женщине пусть решает сам — она иммунная. Пусть заодно выяснит чем она по жизни занималась. Странно что её муры прихватили.

Сам с Стрелком и отцом семейства вернёшься. Он местный — покажет тебе короткую дорогу. Вооружи его чем-нибудь «тихим». Можешь дать один из автоматов муров.

У Гостя надолго не зависай, но машину разгрузи полностью. Пулемёт и боеприпасы в том числе. На головы всех пленных муров наденьте приготовленные мешки или просто плотно завяжите им глаза. Выгрузишься и сразу обратно. Если на обратном пути нарвётесь — не геройствуй. Машину бросай, отрывайся и теряйся в городе.

— Понял Белый. Сделаю. На подходе обозначусь по рации. — Шериф развернулся, в три шага дошёл до машины и сел на переднее сиденье внедорожника.

Платон тут же направился к выходу со двора. Час был ранний, но нигде, куда доставал взгляд, не было ни одного человека, не бегали дети, не мелькали во дворах привычные старушки с верёвочными сумками смешно называемыми «авоськами» или пластиковыми пакетами набитыми немудреными утренними покупками. Вокруг стояла какая-то настороженная, подозрительная тишина. Как будто жители затаились, настороженно провожая взглядами странную компанию из двух больших кошек, двух вооружённых мужчин и юной девушки.