Они забежали в столовую, чтобы прихватить парочку бутербродов – бутерброды, разумеется, уже ждали их на одном из ярусов круглого обеденного стола, – и пошли купаться. На это у них был ровно час, а потом предстояло явиться на встречу с Розалией Павловной, которая собирала воспитанников в Говорящем саду.

– Какое совпадение, в Медовый Спас будем готовиться к Яблочному, – улыбнулась Василиса, высунув из воды порозовевшее лицо.

Они нашли у берега пустую лодку, заплыли под сень раскидистых ив подальше от пляжа, поскидывали платья и одна за другой скользнули в реку.

– К чему эта поспешность? – спросила Маргарита. – Еще ни разу не собирали яблоки так рано!

– Из-за дождя, который лил всю прошлую осень, у Говорящих яблонь сбился режим. Теперь яблок слишком много, и появились они рано. Слышала, что они кислые и мелкие.

– Сдается, Розалия Павловна в этот раз хочет поучаствовать со своими кулинарными шедеврами в городском празднике! – отозвалась Анисья и добавила, обернувшись к Полине с Маргаритой: – В Росенике на Яблочный Спас устраивают ярмарки и благотворительные ужины. Основой всех блюд служат, конечно, яблоки.

– Мама с бабушкой тоже хотят участвовать, – ответила Василиса, ловко взобравшись на лодку и выжав воду из длинной косы. – Ой, следует поторопиться.

– Да брось, это же не встреча с Жабой, – отмахнулась Маргарита. – Подумаешь, опоздаем немного на сбор яблок или давку яблочного сока. Что-то не горю я желанием в такую жару работать в саду.

– Не ворчи, Марго, – улыбнулась Полина, подавая ей руку. – Успеем занять места в теньке.

Говорящий сад был залит солнцем, но под старыми яблонями и впрямь можно было укрыться. Длинный стол вырастал из пушистой травы и делил сад на две равные части. Возле калитки собралась толпа, и к тому времени, как Василисе удалось протиснуться, она потеряла из виду подруг. К счастью, Анисья сама заметила ее и потащила за руку к столу.

– Емеля, привет, не подвинешься? – пропела она сладким голосом.

Емеля отсел и похлопал по лавке рядом с собой. Но это место Анисья приберегла для Василисы, а сама обошла стол и устроилась напротив, бесцеремонно отпихнув в сторону своего брата.

Митя недовольно глянул на сестру и вернулся к разговору с Мастером – тот демонстрировал бесформенные тусклые кристаллы, Митя выбирал некоторые, смотрел на просвет и откладывал в сторону. Василиса отметила, что Марьяна Долгорукая снова сидит поблизости, будто теперь они с Митей стали неразлучны.

– Привет! – Забава втиснулась между Василисой и Емелей и водрузила на стол корзину яблок. – Слышала, вы тоже будете участвовать в празднике на Ярилином торге?

– Да, – откликнулась Василиса. – Мама с бабушкой выкупили место на центральной ярмарке. Даже представить не могу, зачем. Что они собираются там продавать? – Она рассмеялась, вспомнив воодушевление родных. Обычно они ограничивались небольшим праздником, который устраивали в Небывалом тупике, но в этом году решили побыть в эпицентре событий. – Можно подумать, у нас какие-то огромные запасы. Есть немного пастилы, и она вкусная, но этого недостаточно. Можно, конечно, напечь пирогов, тем более что наша старая ворчливая печь умеет здорово их украшать…

Тут она запнулась и подняла глаза на Муромца. Он тоже смотрел на нее.

– Ты будешь им помогать? – спросила Забава, увлеченная чисткой яблок и не заметившая, что настроение собеседницы изменилось.

– Не уверена, что Велес отпустит.

– Ты серьезно? Отпустит, конечно! – воскликнула Забава.

– Даже если и так… у меня уже другие планы, – пробормотала Василиса, опуская взгляд.

Конечно, она не пойдет помогать маме и бабушке! Всем известно, что главные покупатели в этот день – представители древних богатых семей. Они прогуливаются по торговым рядам, придирчиво выбирают яства, а у счастливчиков могут скупить с прилавка все. Никогда Василисе не виделось в этом ничего плохого, но именно теперь захотелось избежать подобного сборища. Что, если возле их неказистого столика с пастилой и пирогами возникнет Евдокия Рюриковна? Василиса вспомнила ее въедливый и властный взгляд. А если это будет Василий Ильич? Наверняка он узнает ее, не удержится от шутки, пусть и добродушной. Мама с бабушкой будут умиляться весь следующий год, даже если он ничего не купит. Они даже не заметят, как быстро мимо них пройдет Митя, чтобы не быть втянутым в разговор… и как старательно сама Василиса будет пытаться провалиться сквозь землю… о Ярило, а если это будут не Муромцы, а Долгорукие? Марьянина разговорчивая мать в каком-нибудь изысканном наряде, снисходительно-вежливый отец? Василиса уже сейчас видела их равнодушный взгляд, скользящий по застиранной белой скатерти, на которой горой высятся пирожки. Ох, если бы только знать, что Муромцы и Долгорукие не собираются на ярмарку! Тогда, конечно, можно помочь родне…

– Анисья, а у тебя какие планы? – спросила Забава.

– Я обожаю Яблочный Спас! – отозвалась Анисья и, переглянувшись с Марьяной, добавила: – Мы обязательно заглянем на ярмарку, верно? Обычно там весело.

– Главное, не налегай на сидр, – вставил Митя, но шутка его получилась какой-то кислой. Однако это не помешало Марьяне рассмеяться.

Анисья бросила в Митю узловатую веточку с парой листьев, только что оторванную от яблока. Тот в ответ погрозил уродливым кристаллом.

– Прошу всех собраться! – Громкий голос Розалии Павловны волшебным эхом разнесся по всему Говорящему саду, и к бесконечно длинному столу потянулись воспитанники: кто с корзинами, полными яблок, кто налегке.

Сама наставница продолжила ворковать с мальчишкой, испуганно жавшимся на краю лавки и вздрагивавшим каждый раз, когда мимо проплывало по воздуху яблоко.

– Вот ты где, Овражкин! – воскликнул Муромец и отодвинул от себя сестру, освобождая Севе место. – Что это у тебя за вид?

Сева выглядел растрепанным, на груди красовался подтек от гнилого яблока, в волосах торчали обломки веток. За ним появились Полина с Маргаритой, и, хоть пришли они с другого конца Говорящего сада, вид их мало отличался от Севиного. Полина потирала порозовевшее плечо, неудачно подвернувшееся под летящее яблоко, Маргарита же прямо на ходу оттирала с юбки пятно.