Редактор озабоченно взглянул на свои часы.

— Не знаю, ребята, зачем вам все это. Может, для семейного альбома… Но я вроде все вам сказал. И время, простите, вышло.

А Зоя задумчиво проговорила:

— Где-то около месяца назад Олечкин бой-френд, капитан уголовного розыска, поделился с ней какими-то оперативными данными. После чего прима наша расцвела в предвкушении сенсации…

— Какая же ты дрянь! — бросила ей Даша. Зоя, будто и не слыша, спокойно продолжила:

— Бой-френда из милиции сразу поперли, а звезда нашей журналистики…

— Заткнись, — оборвал ее редактор. — Самарская имела право даже на бредятину.

Глеб застегнул «молнию» на куртке.

— Почему же бредятина? — возразил он. — Могла бы получиться проблемная статья: «Значение ритуалов в жизни человечества». С подзаголовком: «От плясок африканского шамана до инаугурации президента России».

Редактор посмотрел на него с интересом.

— Вот и написали бы.

Глеб вздохнул:

— Рад бы, да не умею.

Глядя на редактора, Даша ядовито произнесла:

— Спасибо, Федор Данилович, за предложение. И за ценную информацию спасибо.

Они с Глебом направились к двери. Зоя вдогонку бросила:

— Насчет статьи, Глеб… Не отмахивайтесь, у вас получится. В крайнем случае — звоните, я помогу.

— Она поможет! — буркнула Даша. Глеб обернулся:

— Может, я и воспользуюсь. А вы, случаем, не знаете этого бой-френда из милиции?

— Она все знает, — пробормотала Даша. Зоя обворожительно улыбнулась Глебу.

— Виктор Малхасянц. Хотите достану его домашний телефон?

— Не трудись, у меня записан, — ответила Даша и утянула Глеба за дверь.

Редактор в тревоге посмотрел на часы.

— Как думаешь, — спросил он, — доеду я до Преображенки минут за двадцать?

— За пятнадцать доедешь. — Встав из-за стола, Зоя подошла к редактору сзади. Юбчонка на ней была куцая, и ножки выглядели соблазнительно. — Расслабься, Федюня, — промурлыкала она и принялась массировать начальству плечи.

Редактор блаженно зажмурился.

— Заяц, я опаздываю… Рекламодатели — народ капризный…

— Успеешь. Расслабься.

Постанывая, редактор спросил:

— Зачем ты ее провоцировала?

— Терпеть не могу балованных папиных дочек. — Зоя запустила руки ему под рубашку и начала растирать грудь. — Следовало ей намекнуть, что ее дорогой папочка был любовником ее школьной подруги. Думаю, это откровение помогло бы ей тверже стоять на земле.

— А ты, ей-богу, дрянь, — проговорил редактор, постанывая от массажа.

Снегопад не прекращался, и на сей раз Глеб вел машину медленно и осторожно. Он размышлял.

— Я этой крысе волосенки повыдергиваю! — в сердцах пообещала Даша.

— Ты знакома с Ольгиным Виктором Малхасянцем? — спросил Глеб.

— Угу, мы Новый год вместе встречали. Она всегда Ольке завидовала, вечно распускала сплетни…

— Мы можем срочно с ним связаться?

— Легко. Сейчас позвоним из дома… Теперь еще лезет с услугами! Ах, вы пишите! Ах, я помогу!..

— Дашка! — прикрикнул Глеб. — Похоже, твоего отца убила та же рука, что и Ольгу! Только способы разные!

Даша будто прикусила язык. И после паузы уточнила:

— Думаешь, из-за этой темы… связанной со списком?

— Не ходи к гадалке.

— А маму?.. Просто за компанию, да?

Глеб молча вздохнул.

Даша тихо спросила:

— А мы отыщем доказательства? Ведь прежде чем кого-то обвинять…

— Я никого не собираюсь обвинять, — резко проговорил Глеб. — Я должен их найти и стереть в порошок. Эти силы, родная, не подлежат суду.

После продолжительного молчания Даша сказала:

— Ты уже в третий раз называешь меня «родная». За это я поверю тебе без объяснений.

Глеб посмотрел на нее с грустью.

— И все же объясниться с тобой мне придется. Очень скоро. Во-первых, я обещал. А во-вторых… кажется, у меня уже нет выбора. — Ведя машину, Глеб напряженно вглядывался в пургу. — Мы оказались нечаянно в одном клубке. И должен тебе признаться, без этого пресловутого списка я б долго еще тыкался, как слепой щенок.

Оставшийся путь они проехали молча. Даша, как только они переступили порог ее квартиры, бросилась листать записную книжку.

— Ага, вот он: Малхасянц Виктор, — обрадовалась она и набрала номер. — Не подходит. Будем названивать каждые пятнадцать минут. А пока — давай кофейку.