— Всегда за.

— Как там твоя динамичная звезда?

— Худеет, стройнеет, не останавливается.

— Напитки носишь?

— Не замечает меня.

— Опять? Снова? Что такой неуверенный? Подойди, пригласи на свидание.

— Да не я неуверенный, а она. Как видит парня: «не-не, я не такая». Что же мне не везет? — и с жалостью посмотрел в потолок. Накатывались слезы у мужика. Идущие впереди товарищи обхохатывались с легендарной моськи Василька, спорили, какая побрякушка лучше и какие свечи больше подходят под «романтик», сверялись с кропотливо составленным списком Аркадием, который все это время изучал всякие женские форумы, седея, лысея и ужасаясь фантазии дамочек.

***

— Сначала мы заедем в супермаркет, а после отправимся в новогоднее путешествие, — он вез Оксану, сидящей на заднем сидении в полудремотном состоянии. После Вадима она не так могла перебороть себя и сесть на переднее сидение, к водителю. Сначала Оксана с пустым взором смотрела на заснеженные дома, тоскливые дороги, по которым проезжались разноцветные машины, но когда они достаточно отъехали от рабочего района, то весь мир перед глазами бизнес-леди озарился праздничными яркими елками, Снегурочками, снеговиками. Она заулыбалась и превратилась в озорного ребенка. Как любопытный дитя рассматривала Москву, липла к стеклу, глядела на водителя с нескрываемым интересом и довольством, мотала ножками и дышала так свободно, насколько было возможно. Три для одни, в доме у самого леса, где было место и для мангала, и садик небольшой, и даже беседка, да и дом, по словам Аркадия, был теплым, чистым, с сауной и джакузи в полностью оборудованной ванне.

Столько новых места для ролевых игр.

Так к тому же у дома была крыша с роскошным чердаком, выходящий на небольшую террасу. Огромные окна позволяли видеть звездное небо не выходя на улицу — все любо, как в мечтах.

Оксана даже не хотела задумываться о стоимости трех ночей в этом месте, прекрасно зная, как подскакивает стоимость аренды под новогодние праздники. И если уж ее пригласили и сказали «наслаждайся, не волнуйся», то решила использовать эти слова по полному и ощущать себя маленькой королевой, желание которой предугадывает верный и очень порядочный рыцарь, знающий, что такое честь не понаслышке. Она алела и с великолепном расположении наблюдала, как в этот день ее мужчина, открывал ее двери автомобиля, брал руку и клал на свою, дабы их не снесли потоки спешащих людей. Порой ей чудилось, что Аркадий «выделывается», что-то замышляет, но эти мысли тут же улетучились, как только разглядела довольно лицо; легкая нервозность объяснялась легкой усталостью, волнением из-за собирающихся пробок и желанием поскорей скинуть тяжелые вещи — слиться в одном потоке мыслей и движений.

***

Магазины и супермаркеты ломились от людей с тележками, борющихся за последнюю банку горошка, только их, казалось, не трогал этот шум. Они брали в основном полуфабрикаты, кое-что на салаты, на некоторые простые блюда, сласти, тортик, несколько пачек презервативов, много воды, бутылку вина и плед на двоих, чтобы уютно расположиться напротив камина.

Пара взяла с собой много романтических изделий лишь с налетом зимних праздников. У них было всего несколько дней, чтобы отдохнуть от гама, борьбы за власть и обязанностей. При этом женщина обещала упомрачительный секс; в ее чемодане Аркадий заметил сексуальное белье и даже кисточки для сосков — все из новой коллекции, прямиком из сексуальных фантазий. Женщина лепетала на заднем сидении, а он заводился, вспоминая сложенное добро. Шептала, и уже кончал.

Представлял, как удивится Оксана, увидев небольшую елочку у камина, разбросанные лепестки розы, жаждущие, когда их используют, ароматизированные свечи, чистейшее и самое лучшее постельное белье. К тому же подобрал много хороших расслабляющих композиций, выкинув из сознания всякий джаз, решив оставить на пару дней надоедливые мотивы, от которых была без ума Оксана. Джаз напоминал о центре, о реабилитации, а потому… на его смену пришла друга музыка, классических и современных композиторов. Он подготовился: не стал готовить нечто выдающегося для предложения, приглашать оркестры или выдумывать экстравагантные вещи, просто сделал все по-простому.

Они нуждались в теплом уединенном месте. Лишь друг в друге.

Они могли не волноваться о делах торгового центра, в которой вцепился Александр, чтобы достойной уйти через неделю и не оставить после себя косяков; к тому же работа отгоняла от него кучу ужасающих мыслей. Мужчина изрядно поседел и похудел из-за сыновьего дела, а две дочери не могли полностью окутать заботой старика или поддержкой, хоть и старались. Все понимали, что уже все предрешено, ничего не исправить, а извинения — просто слова, а потому через боль, слезы и разочарования они вели семейные дела и отдавались работе, чтобы не сойти с ума.

Они не волновались о Максиме, оставшегося у Елены, адвокат которой попросил ее немного угомониться и успокоиться. Большинство спорных ситуация разрушились, а потому она могла вернуться к сыну и проследить за ребенком, чтобы и лекарства принимал, и ходил к физиотерапевту, и к репетиторам. Парень оказался под присмотром, а потому и он не мог помешать паре провести время друг с другом.

Машина подъезжала к загородному поселку.

Глава 42

Глава 42

Двухэтажный коттедж понравился Оксане с первого взгляда; она тут же ринулась обходить территорию: обежала сад, успела облюбовать нечищеные качели, покрутиться в разные стороны. Она была в лучшем настроении, пока мужчина заносил пакеты с продуктами и чемодан с одеждой и разными принадлежностями. Друзья и он хорошо постарался вчера вечером.

Приехали, прибрались, установили некоторые вещи, пока Аркадий пыхтел наверху — на интимной части арендованного дома. А когда все оказалось готово, то они с удовольствием съели припасенную пиццу, сели в тачку и вернулись в столицу.

Хохочущая женщина, требующая динамики, быстрой смены локаций, ввалилась в дом и принялась раскладывать вещи в холодильник, осматривать дом, кивать, показывая, что ей по нраву выбранное место. Все внутри мужчины переворачивалось от слов похвалы, они сносили голову, заряжали энергикй и хотелось больше и больше одаривать свою женщину. Целовать, поднимать на барную стойку и снимать плотные колготки, под которыми его ждали чуть шершавые ножки. Лазерная эпиляция не спасала навечно, но ему было все равно. Оксана была прекрасна любой, в синих штанах, его футболке, без одежды и в слоях зимней одежды, под которой все преет, потеет и становится липким.