Огромные силы Тамерлана, дикие в своей жестокости, кровавых истязаниях мирных жителей, возвели до апогея чингисхановщину по огульному истреблению всех людей. Именно с Чингисхана начинается и Тамерланом усугубляется глобальная бойня, предусматривающая выходящее из всяких рамок и понятий войны тотальное истребление несопоставимо большей части беззащитных детей, женщин, стариков и невооруженного люда, чем вооруженных сил.

Вооруженная борьба, как основа основ войны, здесь в корне деформируется; и эти истребляющие более мирных жителей, чем военных, нашествия диких племен, опьяненных потоками крови человекоподобных, ничего общего не имеют с понятием «стратегия» и «военное искусство», хотя, конечно, элементы военного искусства просматриваются в действиях подавляющей своей дикой массой конницы и спешенных войск.

И всё же, несмотря на то, что Тамерлану удалось захватить всю Среднюю Азию, Индию, Иран, Месопотамию, Турцию, владения Золотой Орды и многое другое, истребляющие походы диких масс невозможно определить известными понятиями военного искусства - это были массовые убийства, грабежи, поджоги, выжженные земли и омертвевшие огромные пространства, не вызванные военной необходимостью.

Чего стоит только одно омерзительнейшее решение Тамерлана: построить башню из 70000 отсеченных голов исфаганцев. Все эти головы предварительно вываривались и из черепов (в качестве строительного материала) был воздвигнут подобный памятник извергу. Тем более непристойно его самого, всемирно известного убийцу и военного преступника, возводить в полководцы.

Такие дикие истребители народов, с животной ненавистью убивающие всех без разбора людей, кроме их проклятия заслуживают самых низких эпитетов, а не полководческих лавров.

Осенью 1386 года орды Тамерлана вторглись в пределы Армении и заполонили поля, ущелья, горы. Затем своими всеистребляющими кровавыми приемами начали крушить крепости Гарни, Каре, всю Джавахетию, подошли к Тбилиси и 21 ноября попытались штурмом овладеть городом.

Царь Грузии Баграт V, прославившийся своим полководческим дарованием, принял стратегический план: использовать преимущества обороны для нанесения превосходящих потерь наступающему противнику, с возможно полным использованием всех крепостей, укреплений и выгодных условий местности. Активная оборона должна была сочетаться с контрударами и контратаками гарнизонов крепостей, в зависимости от складывающейся обстановки.

Так, при первом же штурме Тбилиси, Баграт сам возглавил контрударную группировку. Нанеся в открытом бою поражение войскам Тамерлана и с большими потерями отбросив их, он не стал преследовать отступающего врага, зная его хитрость - заманивать противника с целью внезапного наведения на свои главные силы.

На второй день сам Тамерлан возглавил штурм города. Опять Баграт вышел навстречу. В кровавой схватке он нанес поражение противнику и заставил его с большими потерями отступить, а сам снова вернулся к городским укреплениям.

Последующие безуспешные попытки Тамерлана штурмом овладеть Тбилиси провалились, он вынужден был отказаться от штурма города и приступил к его осаде. Противник начал создавать и подтягивать к городским крепостным сооружениям метательные орудия и инженерную технику. Однако первые же его попытки использовать эти виды техники и живую силу вновь привели к большим потерям. Чтобы защитить войска от эффективных ударов защитников города, в стане врага начали сплетать корзины, а затем железные сети, которыми перекрывали целые массированные группировки войск и техники. Покрытая железом армада тронулась, и, с применением метательной техники, непрерывно пополняя потери, она смогла преодолеть крепостные стены, протаранить ворота и ворваться в город.

Дикий рев, барабанный бой, предсмертные крики людей заполнили город. Баграт со своей свитой отошел в главную крепость и продолжил борьбу в обреченных условиях окружения. Поэтому отказаться от предложения Тамерлана сдаться было бессмысленно. Пленного Баграта V долго и настойчиво уговаривал Тамерлан принять мусульманскую веру. Оценив сложившуюся обстановку, для временной передышки своего народа, возможной только при его свободе, Баграт V «согласился» - он прикинулся иноверцем.

Расчет Тамерлана был ясен. Впервые столкнувшись с христианами, он понял все трудности и их принципиальное отличие от сравнительно просто покоряемых, а главное, покорных мусульманских народов. Известная веками непоколебимость христианской веры Грузии сделала несбыточным подчинение ее любым формам насилия, зверства и устрашений. Поэтому через согласие царя и его свиты на омусульманивание, Тамерлан рассчитывал при их помощи изменить веру всему народу.

Со своей стороны, Баграт, догадываясь об этих планах Тамерлана, попросил его о вызволении из плена, разрешения вернуться со своей семьей и свитой для царствования в Грузию, а для выполнения главного плана - омусульманивания народа, попросил дать ему значительные воинские силы. Тамерлана вполне устраивали эти предложения, тем более что сам царь Грузии оказывался под контролем его военной машины. Он выделил 12 000 воинов, и Баграт V с ними и со своей свитой тронулся в путь.

Выполнение своей сокровенной тайны о перехвате в надлежащем месте для полного уничтожения татарского отряда Баграт поручил верному азнауру из своей свиты - Егнаташвили. В письме к сыну Георгию он обращал его внимание на тщательный выбор местности с целью надежного перекрытия головной и тыловой частей татарских войск. Всё было исполнено четко. Баграт завел войско татар в узкое ущелье и собранные его сыном грузинские отряды зарубили в сабельной схватке всех до единого.

Эта достойная месть и небывалое для Тамерлана поражение взбесили его. Весной 1387 года он организовывает новый поход на Грузию своими главными силами. К нему примыкают мусульманские силы изменившего Грузии Ширван-шаха, образуя многократное превосходство над грузинскими войсками, наскоро собранными Багратионом и Георгием. Для спасения, народ с равнинных мест был выведен в горы и труднодоступные места. В разыгравшемся страшном бою первых эшелонов одолели грузинские войска, но остатки татар дрались с ожесточением обреченных, ибо за ними стоял заградительный отряд специальной конницы, готовый зарубить любого отступающего.