А справа от Асвейг висела луна. Ярая, крупная, лишь с краю немного обрезанная – какая бывает дней за пять до полнолуния.

– Брегга, – угрюмо позвала Асвейг.

Её трясло уже так, что зуб на зуб не попадал.

– Вставай. Мы, похоже, где-то на севере. Слишком холодно…

Брегга не отзывалась,и Асвейг поползла по ноздреватому льду туда, где лежала старшая Гунирсдоттир. Принялась её тормошить, вырывая из беспамятства.

А потом они с сестрой, оглядевшись, зашагали по ледяным сугробам, из которых торчали куcты со скукожившейся листвой. Шли туда, откуда едва ощутимо тянуло дымом.

Фьорд открылся перед двумя ведьмами внезапно, с одного из взгорков. На берегу короткой цепью горели костры, в стороне от них свет луны высвечивал черные силуэты драккары, вмерзших в лед. Стояли палатки, сидели у огня люди…

И пахло съестным.

Брегга жадно вздохнула, Асвейг поспешно дернула её назад, к одному из кустов. Пробормотала, постукивая зубами:

– Сюда нас притащили цверги, больше некому. Помнишь, чего хотел тот, кто приходил к нам в пещеру? Чтобы баба аральда сбежала в лес до того, как обернется волчицей. Нас не зря забрали из-под Упсалы и бросили здесь. Там, внизу – корабли Ёрмунгардсона. И я уверена, что тощая дрoтнинг сидит сейчас у одного из костров.

– Что-то народу маловато, - пробурчала Брегга. – У Ёрмунгардсона войска было побольше.

– Это дозорные. – Асвейг содрогнулась от холода. – само войско уже ушло. Посмотри, сколько во фьорде драккаров. Харальд, похоже, спрятал корабли и жену в укромном месте, а сам пошел на Упсалу. Странно другое – почему здесь так холодно? Сейчас весна… или Ёрмунгардсон отвел свои драккары далеко на север? Но он недавно был в Эйберге. И до полнолуния дней пять, cудя по луне. Значит, нас выкрали с холма под Упсалой сегодня, перед закатом. А пять дней назад выродок Змея еще сидел в доме нашегo отца!

– Может, погода испортилась, – с трудом выговорила Брегга. – И сюда с запада пришел тот лед, что закрыл проливы за драккарами Харальда. Нартвеги в Эйберге об этом много говорили, помнишь? Если лед и морозы потянулись к востоку…

– Может быть, – согласилась свейг.
– Не зря же драккары вмерзли в лед – а на берегу ни одного нет. Значит,их прихватило внезапно. Хорошо, что ты не только за Свальдом подглядывала, Брегга. Но и других слушала…

– Ты лучше подумай о другом, – дрожащим голосом, чуть неразборчиво бросила Брегга. – Почему Один послал цвергов за нами – а не за аральдовой бабой? Если она и впрямь на берегу, то ходящие в камне могут утащить её так же легко, как утащили нас. Чего конунг богов к нам привязался? Цверги эту работу сделали бы лучше нас. И быстрей!

свей сделала крохотный шажок вперед, повернула голову, оглядывая весь фьорд. На берегу залаял пес.

– Я не знаю, – медленно сказала Асвейг.
– Но я помню, что боги тоже не хотели подходить слишком близко к жене Харальда. Может, цверги – это мелкие боги? А тощая дротнинг сумела как-то разрушить Биврёст. Может, подземные тропы цвергов она разнесла бы так же легко? Но в одном ты права, Брегга.

Она понизила голос до шепота, дрожкого, с постукиванием зубов.

– Мы с тобой для бoгов и для всех остальных – не дороже рукавицы. По нужде надели, нужда прошла – с руки стряхнули… и это плoхо, Брегга. Нo отказаться, не сделать того, что хочет от нас Один – нельзя. Иначе нас снова утянут под землю, да там и оставят…

– Это-тo понятно, – буркнула Брегга. – Значит, через четыре дня мы должны увести рабыньку Харальда от его людей. Но я на таком морозе столько не проживу! Кстати, у нас теперь другие лица. Мы можем спуститься к кострам, а не мерзнуть здесь. Наврем им…

– Нет.
– Голос Асвейг прозвучал неожиданно твердо – и она на пару мгновений даже перестала стучать зубами.
– Никто из людей Харальда не увидит нас там, где держат его дротнинг. Когда все кончится, я хочу начать все заново, Брегга. И свое новое лицо я здесь никому не покажу! Ты тоже потерпишь! Там чужие мужики… или ты собралась платить своим телом за кусок хлеба и место у костра?

Брегга тяжело вздохнула. Асвейг повернулась, разглядывая темные заросли, окружавшие фьорд. Уронила:

– Место укромное. В таких заливчиках часто ставят рыбачьи хижины – так, чтобы с воды не увидели. Я бы такую хижину поставила вон там.

Она махнула в темноте рукой, указывая направо. Добавила:

– Сходим и посмотрим. Если не найдем жилья,тогда поставим шалаш. Ножи у нас с собой. Одна будет сторожить на берегу, а другая отогреваться и спать. Мыши и птицы здесь найдутся,так что с голоду мы не умрем. Нам надо продержаться всего четыре дня…

– А если найдем хижину, что сделаем с хозяевами?
– равнодушно спросила Брегга. – Они могут нас выдать.

Асвейг попыталась усмехнуться – но замерзшие губы даже не изогнулись.

– Если люди Харальда сами не прирезали здешних рыбаков, то они уже сбежали. Такие соседи никому не по нраву. Пошли, Брегга.

Двое воргамор повернулись и начали пробираться туда, где белый клин льда, укрывавшего фьорд, упирался в невысокие заросли.

Хирды аральда грабили Упсалу.

Метались во тьме огни факелов, пуская по ветру гаснущие искры. Вопили cамые глупые из рабынь,испугавшиеся стужи – и не сбежавшие вслед за хозяевами из захваченного города.