Позавчера, её изобретение в виде летнего душа, не просто заработало, а благодаря пришедшей ей в голову очередной идее, ещё и сразу же было усовершенствовано.

Заклинание Пламя, одно из главных боевых заклинаний здешних магов, естественно, использовалось ими и для такого, насквозь обыденного дела, как розжиг огня. Вике же пришло в голову банальное — направлять сформированный конструкт этого заклинания вглубь ёмкости, наполненной водой. И получилось всё так, как, в принципе, она и рассчитывала. Даже совсем мизер магической энергии — она бы назвала его даже квантом, то есть самым минимально возможным — при её-то силе магии, которая зависела от размеров магического резерва по экспоненте, позволял нагреть бак литров на двести — двести пятьдесят, а именно такой был изготовлен ими с Рудием и установлен наверх с помощью соседских рабов, градусов, примерно, на двадцать.

Так что, теперь её рабу достаточно было просто таскать воду в баки, а нагревать и переливать из одной ёмкости в другую уже не требовалось, как не требовалось и ожидать, пока летнее солнце нагреет воду для её импровизированного душа. Заранее бы продумать, можно было бы устроить душ в доме. Хотя, нет. Вика сообразила, что в этом случае, пришлось бы многое объяснять Ламарии, домовладелице. И так, когда её раб Касий, мелкий доносчик, с любопытством разглядывавший строительство, рассказал ей об этом, она тут же примчалась, переживая за свои цветочные клумбы, разбитые между яблонями и оградой во внутреннем дворе.

Увидев порождение сумрачного Викиного гения, Ламария пришла в немалое изумление, а оценив его практичность, стала весьма довольной, явно уже начав прикидывать насколько можно будет поднять стоимость аренды со следующих постояльцев и как убедить свою нынешнюю квартирантку, чтобы дала ей во временное пользование своего раба для изготовления подобного устройства во дворе своего особняка.

Вообще, Ламария с каждым днём относилась к своей квартиросъёмщице всё лучше и лучше. Что было понятно — она получала плату за длительную аренду по цене суточной. Даже донос Саны Шантон о связи Неллы с гленским аристократом, во взглядах домовладелицы ничего не изменил. Выгода перевесила в её взглядах гленский синдром.

— А потом мы с Нюрой, — подскочил к ней запыхавшийся Гнеш, оставив Нюру тяжело дышать возле молодого грушевого дерева.

— Нет, Гнеш, — поправила его Вика, — Сначала я, потом ты, потом Нюра.

Ишь ты, с Нюрой он решил душ принимать. Рано ещё ему. Понятно, что это всё она думала в шутку.

— Ну да, — легко, без всяких задних мыслей согласился брат, — А ты когда нас исцелишь? Мы уже по двадцать подходов сделали, как ты сказала. Всё, пальцы больше не держат.

— Идите, продолжайте, — отмахнулась она, перед этим, мгновенно, их обоих полностью исцелив, восстановив, тем самым, все их силёнки заклинаниями Малого Исцеления, — До обеда выкладывайтесь полностью. После обеда сходим в город погуляем.

— Ура-а, — бурно одобрил её идею Гнеш и побежал к Нюре.

Четвёртый день уже, как Вика начала грузить ребят постепенно и силовыми упражнениями. Благодаря магии исцеления, она могла увеличивать продолжительность тренировок и нагрузки в их ходе, практически безгранично. Но старалась всё же этим сильно не злоупотреблять. В реальности, у неё не было планов сделать из этих замечательных и, уже кажется, полюбившихся ей детей, роботов-убийц. Но вот, здраво оценивая свои доставшиеся умения, сделать из них самых сильных воинов, в стиле а-ля спецназ, ниндзя или асассинов, она сможет уже в ближайшем будущем.

Вот только, к её огромному огорчению, Вика пока даже для себя не определилась с этим будущим.

— О, тёпленькая пошла, — пробормотала она известную фразу набухавшегося Ипполита, — Жела! Принеси мне тот кувшинчик! — крикнула она рабыне, вспомнив прикупленное, по случаю, непонятное масло, которое здесь использовали вместо мыла состоятельные горожане.

— А когда ты уже начнёшь нам приёмы показывать?

После душа и вкусного обеда — Жела молодец, с каждым разом готовить у неё получалось всё лучше и лучше, хоть ресторан открывай — они, всей её большой семьёй, а Рудия, с его женой и дочерью, она тоже причислила к своей семье, всё равно, людей, ближе, чем они, у неё в этом мире не было, сидели на веранде и обсуждали, что им надо докупить на ближайшие дни.

— Смотри, первый приём, — она быстро, почти мгновенно, щёлкнула его по уху. Не больно, но чувствительно, — Запомнил? Но тут главное не сам приём, а вывод из него. Даже в кругу друзей, ушами не хлопай.

Рудий и Жела засмеялись.

— Госпожа, а можно мне тоже с вами пойти? — смелости спросить Нюра набралась, а вот смотреть в лицо хозяйке, которую уже чтила, похоже, больше Единого, так и не решалась, — Я могу покупки нести.

— Да мы с Гнешем и не думали, что-то в дом закупать, — Вика провела Нюре рукой по её распушившимся после душа волосам, — Это Жела сейчас на Кривой рынок пойдёт. Я тебя не ограничиваю в твоё свободное время. Иди, куда хочешь. Ну, кроме районов Нижнего города. Там опасно. И допоздна я вам с Гнешем запрещаю болтаться. Пока. Вот, как станете самыми страшными зверями в этом zooparke, так и будете ходить, где хотите и когда хотите.

Нюра, всё так же, не поднимая на неё взгляда, молча кивнула. Никто переспрашивать про зоопарк не стал. Её близкие постепенно привыкали к странностям своей сестры, благодетельницы и хозяйки.

Вика с удовольствием взяла бы девочку с собой на прогулку. Но она хотела, кроме прогулки, ещё и посидеть в какой-нибудь приличной кондитерской, естественно, не в той, где её почти неделю караулит Дебор — она пару раз, используя Скрыт, туда наведывалась и убедилась, что парень её там, и правда, ждёт, бедняга — а найти, что-нибудь не хуже той. Но, как в её прежнем мире, часто на входах в магазины вывешивали обращения к покупателям, оставлять своих собак на улице привязанными, так и здесь, Нюре пришлось бы ждать на улице, пока Вика с братом налопается пирожными, тортами, булочками или пирожками. И хотя здешние правила не требовали привязывать рабов, но сама такая постановка вопроса Вику коробила. Всё же, попаданка, можно считать, пока ещё не до конца адаптировалась под здешние реалии.