– Сколько можно есть? – спросила она, нахально выпятив грудь. – Все жуете и жуете… брр!

– Речь не обо мне, а о тебе! – отрезала Марта. – Прикройся! А не то Генри расстроится. Он человек старомодный.

Поболтав ногами в воздухе, Джильда хохотнула.

– Вот смешно! Видели синячище у меня на заднице? От вашего Генри остался. Такого огромного у меня давно не было. Гляньте-ка… – Перекатившись на живот, она продемонстрировала синяк.

Марта сдавленно хихикнула.

– Ну, может, не такой уж он старомодный. Но ты все равно прикройся, милая. Не ровен час, Генри сорвется с поводка. А проблемы нам не нужны.

Скорчив рожицу, Джильда сдернула со стула пеньюар, набросила его на талию и спросила:

– Что за проблемы? Я думала, все улажено.

– Хочешь? – Марта протянула ей конфету.

– На такой-то жаре? Нет уж, спасибо! – Повернувшись на бок, Джильда уставилась на восседавшую под зонтиком великаншу. – Так что за проблемы?

– Никаких проблем. – Генри Шелли, незаметно появившийся на террасе, с одобрением взглянул на обнаженную грудь Джильды. – Совершенно никаких. Мы с Эйбом утрясли все вопросы.

– Ну-ка не пяльтесь, старый распутник! – крикнула Джильда, натянув пеньюар до подбородка. Во взгляде Генри мелькнуло разочарование.

– Говорят, священнику не возбраняется читать меню в Великий пост, – с хитрой ухмылкой заметил он и уселся рядом с Мартой.

– Хватит уже! – резко произнесла Марта. – Что сказал Эйб?

– Ну, как и ожидалось, сперва он принялся голосить как резаный, но в итоге согласился на треть. Нашел нам хорошего парнишку. Он приедет через пару дней. Нужно подогнать форму и купить машину… а в машинах он разбирается лучше всех. Так что денька через два можно приступать.

– Ты его видел?

Генри кивнул и коснулся висков шелковым носовым платком, не отводя глаз от ножек Джильды. «Красивая девушка», – с легкой грустью подумал он. В прошлом Генри любил поразвлечься с красивыми девушками.

– То, что нужно. Характер непростой, но уверен: мы с ним сработаемся.

– Что значит «непростой»? – Марта сунула руку за очередной конфетой.

– Вспыльчивый. Если парню кто не понравится, может и стукнуть. Но я таких ребят знаю. В экстренном случае не подкачает. – Шелли перевел взгляд с Джильды на Марту, и та почему-то встревожилась.

– Милая, ты бы оделась. И мы отправимся в казино, все вместе.

– То есть старичкам нужно перемолвиться, – подхватила Джильда. Прижав пеньюар к груди, встала и прошла по террасе, сверкая ягодицами. Генри завороженно смотрел ей вслед.

– Милая девушка, – мурлыкнул он, подкручивая ус.

– Ремня бы ей выдать, – сердито проворчала Марта. – Так что там насчет мальчишки?

Пересказав слова Эйба, Генри продолжил:

– Я с ним встретился. Остался доволен. Парень словно создан для нашего дела. Вот только… – Он поправил галстук-шнурок. – Меня беспокоит Джильда.

– Думаешь, он на нее западет?

– Уверен, что так и будет.

– Какая разница? – Марта выудила из коробки еще одну конфету. – Девчонке нужен парень. Так пусть будет из своих. Не вижу причин для беспокойства. Значит, с сейфами все пройдет гладко?

– Эйб голову дает на отсечение.

– А ты взял у него брошку?

Генри вынул футляр из кармана.

– Эйб не поскупился. Эта вещица тянет на восемнадцать штук.

Рассмотрев браслет, Марта одобрительно кивнула.

– Как думаешь, Генри, с Эйбом проблем не будет?

– Похоже, нет. Он, конечно, хитрюга, но пока что нас не подводил. Возьмем камушки, придем за деньгами, там и посмотрим.

На мгновение Марта задумалась, а потом сунула футляр в лежавшую на столе сумочку.

– Дело выгорит, Генри? Как считаешь? – В ее голосе мелькнула тень сомнения.

Заложив ногу за ногу, Генри устремил взгляд вниз, на портовую суету.

– Должно выгореть. Почему бы и нет.

Два дня спустя троица снова собралась на террасе. Все были слегка напряжены, но изображали совершенное спокойствие. Марта и Генри расположились в шезлонгах под огромным зонтом, а Джильда улеглась на самом солнце. Откровенное белое бикини подчеркивало бронзовый оттенок ее кожи.

Марта погрузилась в вышивание, время от времени переключаясь с пяльцев на огромную коробку шоколадных конфет. Генри купил ее в холле, в магазине подарков. Старик изучал биржевую колонку в «Нью-Йорк таймс»: мысленно покупал, продавал, высчитывал воображаемую прибыль. За этим занятием он мог сидеть часами. А Джильда могла часами нежиться на надувном матрасе, наслаждаясь палящим солнцем. Собственно, этим она сейчас и занималась.

О чем она думает, когда загорает? Ни Марта, ни Генри понятия не имели. Генри считал, что ни о чем, но Марта знала Джильду получше и придерживалась другого мнения.