– Значит, теплокровные и играют музыку… – мечтательно повторила Ки.

В светлицу вплыла нянюшка Зилла. Она единственная носила волосы связанными в строгий узел, отчего становилась ни на кого не похожей, ведь под водой даже мужчины гордятся шевелюрой и бородой и позволяют волосам свободно струиться по течению. Ки всегда хотелось спросить нянюшку, почему она выбирает такую прическу, но она не решалась.

– Итак, мальки, какую сказку рассказать вам сегодня? – спросила Зилла весело.

– Про Мелюзину, – мечтательно сказала Ки.

Ей так нравился эпизод, где муж нарушил клятву и подглядел, как жена моется, но та его простила. А потом человек, разумеется, снова ее подвел. Так уж заведено у людей. Но девушки-кромешницы все равно выходили за них замуж и выходить будут. Ведь Мелюзина родила мужу детей, целых десять! Жили они долго и счастливо. Пока… ну понятно, что пока. Люди – это люди, не надо от них ждать добра.

– Про Эгле, – тут же проговорила Ассо.

Пора напомнить Ки, что не только кромешницы-девушки выходят за мужчин человеческого рода, но и женщины из рода людей порой заключают браки с кромешниками, кромешники тоже женихи хоть куда. Но ничего хорошего и в этом случае не выходит! Вон люди, родные братья Эгле, замучили племянников, а волшебного зятя убили.

Нянюшка покачала головой, и от нее покатились холодные волны неодобрения.

– Опять все мысли о смешанных браках?

– Вот я и хочу… – подхватила Ассо.

– Рано вам об этом думать, – отрезала няня. – Это все старинные легенды.

– Нянь! – Ки села на постели и принялась болтать серебристыми ногами. – Ну вот есть же наши, которые живут прямо среди людей. Прямо с людьми живут.

Няня отмахнулась, а Ассо засмеялась.

– Детка, – сказала она свысока. – Не каждая связь заканчивается браком. Да, нянь?

Зилла нахмурилась, и те пряди, которые не влезли в строгий пучок, взметнулись вокруг головы.

– Ассо, – произнесла она железным тоном. – Ты не забыла, сколько Ки лет?

– Ну не столько же, чтобы всерьез верить, что мужчина и женщина непременно женятся, стоит им повстречаться! – запротестовала старшая. – Так даже мальки не считают.

Ки закусила губу. Так, значит, связи между кромешниками и людьми продолжают завязываться, просто малышам об этом не говорят!

– А дети? – пискнула она.

– Дети? – угрожающе повернулась к ней нянюшка. – Что дети?

– Дети тоже появляются вне брака?

– Ки! Ассо! – Няня подняла руки кверху, будто молилась Луне. – Это невероятно. Как вы смеете… юные девы рода Водяника!

Она опустила руки и посмотрела на них как-то по-новому, отчего девочкам стало вдруг страшно.

– Ки, замолчи и немедленно спи. Ассо, тебе предстоит разговор с отцом. Ты, я смотрю, уже достаточно выросла, раз вкладываешь в голову сестры подобные мысли.

– Я не…

– Она совершенно…

Но Зилла пресекла их жалкие попытки оправдаться.

– Я поговорю с твоим отцом, а потом с ним поговоришь ты, – отрезала она, тыча пальцем прямо Ассо в грудь. – Полагаю, пришел возраст твоей ссылки на поверхность. Отбудешь свой срок, поглядим, как у тебя все сложится.

– Запоешь? – переспросила Ки, против воли представив себе сирену.

– Ссылки? Возраст? – уточнила сбитая с толку Ассо. – Возраст ссылки? Это еще что такое?

Няня резко развернулась, так что у обеих девочек уплыли одеяла.

– Отец тебе все расскажет, – отчеканила она. – До сей поры вы были слишком малы, чтобы знать об этой почтенной вековой традиции, но я смотрю, ты уже вполне готова, а не то заиграешься.

– Няня! – взмолилась Ассо. – Ну что я такого сделала?

Но все было бесполезно. Дверь закрылась.

Ассо всхлипнула. За что такое наказание?

Ки оттолкнулась от своей постели и подлетела к сестре, обняла ее за шею, прижалась щекой к щеке. Так они просидели долго, а когда Ки оторвалась от Ассо, глаза ее горели, как звезды.

– Слушай, не бойся, – сказала она шепотом. – Отправиться на поверхность – это же так здорово. Я тебе завидую. Ты сама познакомишься с людьми. Наверняка повстречаешь кромешников, которые живут прямо среди них, ты-то их всегда распознаешь. Ты будешь слушать му-зы-ку. Узнаешь, какие горячие бывают муж-чи-ны. Эх, Ассо. Ну и везет же тебе! Это мне впору рыдать, остаюсь тут одна, как дура!

Денис прождал до вечера. Вымыл пол, проветрил квартиру, отчистил плиту. Вынес мусор. Потом просто сидел на кухне, тупо глядя в одну точку, не в силах поверить, что жена его бросила.