За что? Боже, за что ты послал мне этого престарелого мачо? Я невольно возвела глаза к потолку. Ответа, естественно, не последовало.

Мистер Вежливость тронул меня за руку:

– Так что?

Я чуть отшатнулась.

– Спасибо за приглашение, но мне надо пораньше лечь спать. Я что-то устала от духоты и тряски.

– А куда вы едете?

– В Лазаревское.

Мистер Вежливость аж подпрыгнул от счастья:

– И я! И я – в Лазаревское! А где вы планировали остановиться?

Я задумалась. Сказать или нет? А вдруг он маньяк? Вдруг будет преследовать меня весь отпуск? Моя природная честность устроила кровавый бой с природной же осмотрительностью. Осмотрительность победила.

– Я пока не решила, где поселюсь.

Мистер Вежливость поглядел на меня с искренней тревогой.

– Будьте осторожны при выборе жилья. На побережье полно мошенников.

На моих губах появилась вежливая улыбка. Мужчина тут же откланялся и ушел. А мне почему-то сразу стало так неловко, как бывает, только когда я съедаю последний кусок пирога, не предложив его внукам. Может, напрасно я была так груба с этим Максимом? Все-таки можно было и принять его предложение прогуляться. Хоть бы дух перевела от этой сортирной вакханалии. А теперь как? Из вагона не выйти – стыдно.

Я вытянулась на полке и снова раскрыла книгу. Макс и Нэнси ввалились в квартиру и стали стаскивать друг с друга одежду. Брюки парня повисли на люстре, лифчик девушки вылетел в открытое окно. «Я хочу тебя! – закричала Нэнси, обвивая Макса руками и ногами. – Как же я тебя хочу!» Он отнес ее в спальню и швырнул на кровать, а потом…

Мое воображение почему-то нарисовало на месте Макса Мистера Вежливость, а на месте Нэнси меня. Кажется, я даже вскрикнула от ужаса. Вскрикнула и захлопнула книгу. Нет, я не могу читать такое на ночь.

Мой телефон вдруг завибрировал. Я нехотя коснулась пальцами экрана – и сердце ухнуло куда-то к селезенке: по вайберу звонил Никита. Ёлки-палки, зачем? Мы же договорились, что он просто черканет мне пару строк, как приедет в отель! И что делать?

Помявшись секунд десять, я все-таки ответила на звонок, но камеру включать не стала.

– Да-да?

На экране возникло встревоженное лицо Никиты и заплаканное – Сёмы.

– Что случилось? – сразу испугалась я.

Зять постарался улыбнуться.

– Ой, вы только не нервничайте. Так-то у нас всё нормально: долетели, без проблем доехали на такси до Лазаревского, заселились. Сейчас вот вещи разбираем…

– Бабуся, привет! – В кадр втиснулась счастливая моська Танюши. – Папка мне меч купил. Деревянный! – Она достала из-за спины какой-то толстый дрын и затрясла им из стороны в сторону.

– Осторожно! – одновременно закричали Сёма с Никитой, но внучка сшибла телефон куда-то на пол.

Несколько секунд слышалась суматоха, а потом на экране вновь появилось лицо зятя.

– Почему Сёма плачет? – строгим голосом спросила я. – Ты его там не кормишь? Немедленно купи ему мороженое, попкорн и газировку.

– Нина Львовна, у нас ЧП, – признался Никита, а потом его телефон опять отправился в полет.

– Ты что творишь?! – закричал зять, видимо, Тане. – Хватит размахивать палкой.

– Это не палка, а меч! – обиженно огрызнулась внучка, а потом послышался звук бьющегося стекла.

Никита чертыхнулся, но тут же встревожено уточнил у дочери:

– Не порезалась?

Я чуть локти себе не сгрызла от чувства вины. Оставила своих птенчиков одних – и вот, получай. Хотя ничего не попишешь. Если бы я поехала с ними, зять бы уже через два дня умотал с побережья под предлогом производственной необходимости. Знаю я его.

Минуты через две телефон поднял Сёма и грустно шмыгнул носом:

– Баб, ты где?

Почти сразу рядом с сыном нарисовался взмыленный Никита:

– Действительно, Нина Львовна, вы куда подевались?

– Да здесь я, здесь! – буркнула я, с тревогой оглядываясь по сторонам. – Просто камера не работает.

– А что это у вас за звуки? – нахмурился зять. – Как будто рядом храпит целая рота.

– Да кино смотрю. По Первому каналу. Ты лучше расскажи, что у вас случилось.

– Танька сейчас разбила стаканы.

– А до этого?

Зять вздохнул:

– Сёма забыл своего медведя.

Какой ужас! У меня сразу началась тахикардия. С тех пор, как не стало нашей Тонечки, Сёма старался и на день не расставаться с ее последним подарком – плюшевым мишкой. Даже в школу иногда с ним ходил.