– Папа назначил Вас герцогом? – она довольно быстро взяла себя в руки, немного смутившись поспешной реакции.

– Только что. Вот, подбираю себе комнату. Теперь буду жить рядом с вами. Скажи, вот эта комната свободна? – я показал на соседнюю дверь.

На лицо принцессы без улыбки смотреть было невозможно. Вот уж не думал, что над ней так легко подшутить. Её брови удивлённо взлетели вверх, затем проявился румянец на щеках.

– Эта спальня Кары, – сказала она.

– Жаль, мне эта так комната приглянулась! Эх, пойду искать дальше.

– Ам, Берси… – начала она, но не знала, что сказать.

– Всё, всё, – я виновато склонил голову, – прошу простить меня за столь грубые шутки. Я здесь за тем, чтобы проверить, всё ли у Вас хорошо. В городе беспорядки, а во дворец проник посторонний. Ваш отец беспокоится.

– Я… прощаю Вас, – она немного натянуто улыбнулась, всё ещё краснея. – У нас всё хорошо. Рога… Асвер Эстер смотрит, чтобы сюда не заходили посторонние. Вы не останетесь чтобы выпить с нами чаю?

– Спасибо за приглашение. У меня много дел, но я загляну к вам часа через два. А Вы пока не покидайте эту часть дворца. И передайте госпоже Елене мои опасения по поводу постороннего.

– Хорошо, – она кивнула. – Мы будем ждать.

Поклонившись, я уверенным шагом направился дальше по коридору. В его конце, в нише у колонн, действительно находилась асвер, следившая за покоями императорской семьи. Я её сначала не заметил, лишь промелькнувшее намерение узнать что происходит выдало её.

– Эстер, – тихо сказал я, подойдя ближе. Показал жестом, чтобы она дала меня руку. Повторив ту же молитву, что и для Байс, я оглянулся, помахав рукой Каре, выглядывавшей из комнаты, где принцессы отдыхали с мамой. Затем тихо добавил: – Следи за коридором. Если появится незнакомый человек в сером балахоне или кто-то с треугольным фонарём в руках, сначала убей, а потом узнавай, что он хотел и зачем пришёл.

– Хорошо, – серьёзно кивнула она, успев поддержать меня под локоть, когда я потерял равновесие.

– Всё хорошо, просто оступился.

Простая молитва отнимала неожиданно много сил. Самые сильные заклинания исцеления меркли на её фоне. Чувство было такое, словно я пару часов кряду занимался исцелением тяжёлых ран.

Пытаясь не показывать слабость, я вышел через дверь в ещё один длинный коридор. Затем мы немного прошли, чтобы отойти подальше от поста стражи.

– Вьера, левый рукав принцессы, заметила?

– Нет, – она едва заметно покачала головой, наблюдая за коридором, по которому бегали слуги. Я хотел, чтобы она обратила внимание на одежду принцессы, и она смотрела именно туда, куда нужно. Плохо, что ничего не увидела.

– Плохо… – озвучил я эту мысль.

Левый рукав у Лейны был специфически испачкан. Глядя на него, я видел грязную и чёткую отметину от чьей-то пятерни. Это была не магия, об этом можно сказать с полной уверенностью. Странно, почему отметка оставалась невидимой для других. Меня не покидало предчувствие, что нельзя откладывать решение этого вопроса. К тому же присутствовал ещё один фактор, о котором я умолчал.

Приняв решение, я быстрым шагом направился дальше по коридору. Поймав по пути слугу, который неосторожно выглянул из комнаты, приказал тому проводить нас к выходу из дворца, предназначенному для прислуги. Через пять минут Ивейн подогнала туда повозку, и мы помчались по дворцовому проспекту на запад. Я понимал, что время неподходящее, но следовало действовать быстро. Мы едва разминулись с большой толпой горожан, которые шли в сторону центра города. Те, кто шёл впереди толпы, нацепили на себя шлемы и доспехи, снятые с городской стражи. Кто-то потрясал дубинами, кто-то тащил на плече длинные боевые копья. Глупцы. Если их не подавит первый Имперский легион, то у них нет и призрачного шанса против асверов. Этот бунт прольётся реками людской крови.

На улице, где я когда-то жил в пансионе, людей было необычно много. Они стекались в огромную людскую толпу, не позволяя проехать повозке и загоняя нас на соседнюю улицу. Мне редко бывает жутко и страшно, но видя подобную картину, у меня мурашки бежали по спине.

– Стой! – я почти вывалился из повозки, пытаясь докричаться до Ивейн. Диана в последний момент успела схватить меня рукав. Нырнув обратно, я посмотрел на своих спутниц. – Дина, Вьера, я вас очень прошу, ждите здесь. Пожалуйста. Не приведи Великая мать, что горожане признают в вас асверов и повозку придётся бросать.

Дождавшись, пока они кивнут, я выпрыгнул из повозки и помчался к движущейся толпе. Как я говорил, людей было много. Среди обычных горожан шли лавочники и мастеровые. Я чудом увернулся от толстого пекаря, с ног до головы присыпанного мукой. Кто-то прокричал мне вслед, чтобы я не путался под ногами и не мешал. Шума и гама в толпе было много. Слышался чей-то удивлённый голос, спрашивающий, а куда, собственно, все идут и зачем.

Пробиваясь сквозь толпу, я схватил Грэсию за рукав зелёной мантии преподавателя академии и что есть сил потянул к узкому проходу между домами. Расталкивая горожан, прошёл сквозь толпу как тяжёлая галера по реке, разгоняя небольшие льдины. Когда мы остановились, я повернулся к Грэсии и нырнул вниз, уходя от удара каменным жезлом целителя по зубам.