Шрифт:
–Не нужно мне хоть какую. Тебя хочу.
–За совращение малолетних срок дают.
–Ничего, я терпеливый, подожду твоего восемнадцатилетия.
–И что поменяется то?
–Повзрослеешь. Поймешь, что к чему. Не надоело еще в нищете жить?
Янина резко скинула его руку:
–Не надоело.
–А кто сегодня деду обещал лодку с японским двигателем?
Янина зло рассмеялась:
–Так ты еще и подслушиваешь наши разговоры?
–Мимо шел. Ты же громкая.
–Ах вон что, а я думала ты ходишь уже не умеешь, машина все время под задом или яхта.
–Не ерничай.
Янине надоел этот диалог. А Иванчук будто только сейчас заметил странную одежду Янины-мужскую рубашку. И это его взбесило:
–Странная одежда у тебя. Передо мной недотрога, а сама не понятно с кем обжимаешься?
Смесь ревности, злости и страсти сносила ему голову. Еще чуть-чуть и он бы точно сорвался.
Янина зло на него посмотрела, будто сжигая взглядом, у нее как у кошки блестели зеленым глаза.
Иванчук отпрянул назад:
–Ведьма.
– Вот и не попадайся у меня на пути.
Янина почти бегом влетела во двор. Сердце бешено трепыхалось.
Она прокралась как можно более тише в дом. «Хорошо, что дедушка спит». И тихонько устроилась на кровати, скользнув под мягкий плед. Свернулась калачиком.
Странные смешанные чувства бурлили внутри. Ей казалась, что она кого-то важного встретила, но не может вспомнить кого. И еще эта мерзкая встреча с Иванучуком в переулке. «Что он вообще за мной таскается? На этот раз увернулась, а потом как быть, ведь явно не отстанет». Дедушке Янина ничего не хотела рассказывать, чтобы не расстраивать.
Глава третья
Долго не могла уснуть, ворочалась, только с рассветом задремала. Проснувшись, уловила отрывок разговора.
–Что ты можешь ей дать?
–Я люблю и всегда буду любить внучку.
–Этого мало.
Дед молчал.
–Я научу ее тому, о чем другие могут только мечтать.
Дед вздохнул и с тихой печалью прибавил:
–Этого и боюсь. Я ведь ждал тебя пятнадцать лет. Все думал, когда ты появишься. Потом было успокоился: может свезет и ты забудешь про нас, но нет.
Говоривший напряженно молчал, будто собирался с силами:
–Я не мог раньше.
–И хорошо, что не мог.
–Кто дал ей такое имя?
Дед задал странный для Янины вопрос:
–А ты совсем забыл мою дочку?
Голос говорившего звучал надрывно, он пытаясь спрятать, внутреннюю боль:
–Не говори ерунды. Не было и дня, чтобы я не вспомнил о ней.
–Внучку оставь. Погубишь ее.
–Нет. Отдам ей все. Я богат так, как тебе и не снилось дед.
–Я не про то.
–А про что дед?
–Ты сам знаешь.
Янина притаилась, чтобы ни слова не пропустить из этого короткого странного разговора. Но все равно ничего не могла понять. Разговаривают будто шифрами. Одно было ясно, говорили про ее маму и про нее.
«Мама»-Янина прошептала это слово. Она никогда не видела даже ее фотографии. Голос говорившего казался знакомым. Но ни один из ее друзей так не разговаривал резко и властно.
Когда Янина вышла во двор, никого уже не было. Дед как обычно плел корзинки и сундучки.
Она обняла его и чмокнула:
–Дедуля, ты у меня самый любимый и самый хороший!
–Что с утра ластишься? Натворила чего? И на море не пошла?
–Не спалось мне ночью. Я слышала, что кто-то приходил к нам?
Дед продолжая плести корзины сказал:
–Был один турист, спрашивал дорогу на море.
«Уж не схожу ли с ума. Может быть правда приснилось?»-раздумывала про себя Янина. Она полола грядку с редиской и луком, механически вырывая сорняки. Но внутри все было кувырком.
–Деда, я на море. Мы с тобой чуть позже пообедаем.
–Иди, иди. Что я у тебя вечно голодный то ли?
Янина долго не могла найти свой любимый сарафан: «Куда он мог подеваться?». Она озадачено еще раз осмотрела комнату. И тут ее внимание привлекла скомканная мужская рубашка.
«А это еще что такое?»-Янина взяла ее и вообще не могла понять, как эта вещь попала к ней. Она аккуратно сложила ее и положила в самый дальний угол шкафа, будто пряча от себя.
Пришлось одевать шорты и майку. Янина вприпрыжку бежала к своему лучшему другу-морю. Уже вовсю палило солнце.