— Часа через четыре не раньше. Потом вместе все проверим и отчалим.

— А может быть все же утром попробовать сделать облаву и у станции покараулить, вдруг пацана удастся поймать, тогда и эвакуация не потребуется?

— Слабо верится что этот пацан так легко даст себя провести и попрется с утра на станцию. Если он сумел воспользоваться случаем удрать, он наверняка уже рванул из поселка, вот только в каком направлении? В любом случае он доберется до ментов и, уверен, ему поверят и нагрянут к нам. Поэтому нечего терять время. Лучше постарайся как следует замести следы и отчаливаем отсюда. Понял меня?

— Понял, — неуверенно ответил Аркадий.

— Хорошо, что понял, — оба поднялись и распрощались. Борис ушел за машиной, а Аркадий пошел помогать паковать и грузить оборудование.

После звонка Волина прошло меньше часа, когда Павел нажал кнопку звонка в квартире Гладышевых. Марина Владимировна открыла дверь и сразу узнала молоденького лейтенанта. Бросившись к нему с распростертыми объятиями, захлебываясь от счастья, произнесла:

— Он живой, представляете, живой. Сам удрал от них и поездом добрался до Москвы, а ведь ему всего семнадцать.

Павел снял фуражку и заглянул в комнату.

— А где сын-то?

— На кухне, отъедается, его ведь пять дней на одной воде держали без еды. Похудел так, прямо не узнать.

— Ничего, набрать вес куда проще, чем потом его сбросить, недаром все каналы забиты рекламой, как похудеть.

— Вы проходите, там и товарищи из милиции, что его привезли.

Павел открыл дверь и зашел на кухню. Перед парнем стояла большая сковородка, видимо он, пока матери не было, доедал остатки того, что было в ней, поскольку пустая тарелка, стояла рядом.

— Ты как? — спросил Павел, — Отошел немного?

— Ага, — произнес Николай, глядя на лейтенанта.

Лебедев достал свои документы, и милиционеры стали собираться, оставив парня на его попечительство.

— Ты того, больше не пропадай, — прощаясь, произнес один из них и, подмигнув Николаю, удалился вслед за товарищем. Павел присел на табурет.

— Давай знакомится, Лебедев Павел Юрьевич, инспектор райотдела милиции, занимаюсь твоим делом.

— Николай, — произнес тот и добавил, — Витальевич.

Павел решил, что пока не подъехал Волин, не стоит расспрашивать парня, к чему его травмировать, задавая одни и те же вопросы дважды. Марина Владимировна, предложила Павлу чашку чая, и тот, чтобы скоротать время, согласился. Как раз, когда Павел поблагодарил за чай, в дверь позвонили, и на кухню вошел Волин. Поздоровавшись и представившись, он попросил Марину Владимировну оставить их наедине с её сыном и тот стал рассказывать им подробности того, что с ним произошло и как ему удалось бежать.

— Значит, ты говоришь сел на станции Бологое?

— Да, там так было написано.

— А шел со стороны Питера?

— Выходит что так, раз сел в поезд, который приехал с той стороны откуда я шел.

— А дорогу сможешь найти, хотя бы приблизительно?

— Не знаю, темно было, хотя… Наверно смогу. Я постараюсь.

— Это хорошо, что постараешься, а не страшно туда снова возвращаться?

— Так ведь там ребята остались. А когда?

— Прямо сейчас.

— На вертолете летать приходилось?

— Нет. Круто. Я готов, — и Николай вскочил из-за стола.

— Вот и отлично, — произнес Волин и пошел договариваться с Мариной Владимировной насчет поездки сына на место преступления.

— А это не опасно? — услышал Николай возглас матери из комнаты.

— Мам, они же без меня могут не найти дом, а там еще Виктор, Илья, Олег, Ира и новенький остались, — крикнул он, выбегая из кухни.

— Хорошо, хорошо, я только спросила.

— Да вы не беспокойтесь. Он только место покажет. Там будет целая оперативная группа. Ему даже в дом идти не надо, и с ним постоянно кто-то будет.

— Я все понимаю. И когда?

— Прямо сейчас, я уже доложил и жду, когда за нами прибудет машина и прямо в аэропорт.

Пока ждали машину Павел и Артем спрашивали приметы врача и охранников, их имена или клички. Волин записывал все сказанное Николаем в блокнот, постоянно переспрашивая и уточняя отдельные моменты. Вскоре позвонили и сообщили, что машина у подъезда и можно ехать.

Николай переоделся, открыл холодильник и, посмотрев, чтобы такое взять с собой из еды, произнес:

— Мам, можно я яблок с собой возьму в дорогу?