— Ровно двадцать лет назад мы с тобой пили водку на твоем патрульном эсминце "Взирающий". А через четыре дня на тебя кто-то настучал и тебя турнули с капитанства за несоблюдение дисциплины, растление экипажа патрульного корабля и использование в личных целях служебного положения и выделенных Ведомством средств. До сих пор удивляюсь, как ты под трибунал за такое не загремел.

— Ты же знаешь мою убедительность и мой характер. К тому же глава комиссии, разбиравшей мое дело, сам частенько бывал на "Взирающем". А то, что он просаживал там немалые денежки — это уже второй вопрос, но это его личные проблемы.

— Мн-да! Устроить из пограничного корабля межрассовую пивнушку, казино и бордель, и по раскрытии этого отделаться лишь небольшим выговором — это только ты можешь! — Г'Ханн громко рассмеялся.

— А что касаемо прикарманивания мной ведомственных денег, так это неправда. На них я честно оборудовал казино и бар. А то, на что они были выделены — приобрел с первого же дохода, — Загорский залпом опустошил предложенную ему стопку с горячительным.

— Знакомься, это моя жена Нари и сыновья: Роланд и Арчибальд.

— Что, земные имена на Нарне нынче в моде?

— Их назвали в честь двух землян, погибших на подорванном СЛУКовцами рейсере. Они отдали Нари свою капсулу и пакеты жизнеобеспечения, а сами остались и погибли при взрыве реактора.

— Ей два пакета?

— Она должна была вот-вот родить. А одного пакета двум малышам -ровно на поддержание анабиоза.

— Да, давно я тебя не видел, — вздохнул Яромир. — Кстати, познакомься. Это моя помощница. Ее зовут э-э-э... ее раса не признает имен... Только нумерацию.

— Точнее, им их не дают... Нарн тайно финансировал этот проект. Это мои ребята достали им пункцию тканей риаданского эльфа... Интересно, на что тебе удалось ее у них выменять?

— На тайны черного колдовства.

— Не издевайся. Если державная тайна, то так и скажи. Правда, я же тебе рассказал о причастности Нарна к этому проекту.

— Да я и так знаю, что Нарн — единственный тайный союзник Крыма, -ухмыльнулся СБ-шник. — А по поводу обмена — не хочешь — не верь.

— Он в самом деле обучил там кого-то мертвецов оживлять, — вмешалась леди.

На лице Г'Ханна выразилось недоумение. Однако Загорскому оно показалось несколько наигранным...

Стемнело. У костра остались лишь Яромир и Г'Ханн. Они перебрали уже все общие воспоминания своей молодости и теперь молча глядели на пламя.

— Пойду поохочусь до утра, — нарнец встал из-за костра и как-то странно потянулся.

— То есть? — непонимающе взглянул СБ-шник.

— Я тебе не рассказывал... На Риане я подцепил оборотничество. Теперь каждую ночь тянет побегать в волчьей шкуре. В городе — сдерживаюсь, а на природе — грех себе отказать.

Не став продолжать разговор, нарнец удалился в дубовую чащу. Загорский долго глядел ему вслед и через некоторое время вдалеке послышалась одинокая волчья песня.

— Ты не спишь? — прервала былые воспоминания внезапно подошедшая Диагностка.

— Не сплю. Вспоминаю.

— Что вспоминаешь?

— Детство, учебу, службу... Много чего вспоминаю. Тебе какое дело?

— Тогда, у зеркала... Ты не сердишься?

— А к тебе в душу кто-то когда-нибудь без спроса заглядывал? Я понимаю, что ты не специально, но все равно такое ощущение, что во мне порылись.

— Прости пожалуйста.

— Так что, "тогда, у зеркала"?

— Просто интересно. С тобой столько всякого случалось... Я ведь чувствую, с чем ты имел контакт. Но не более того... У тебя, наверное было много приключений.

— Бывало. Много чего бывало — работа такая.

— Расскажи, — осторожно попросила любопытная дама и тихо добавила: -Пожалуйста.

В другое время Загорский послал бы ее к чертям, а то и подальше. Но сейчас, под действием выпитого, его самого потянуло вспоминать.

— В детстве у меня был скверный характер. Товарищей у меня почти не было — я ко всем задирался... Отец пытался исправить меня. Он меня не наказывал. Он рассказывал о звездах, о дальних мирах. О чужих народах и их обычаях. Иногда он читал мне исторические романы или пересказывал их. Меня это не перевоспитывало, но я был заворожен этим... Он часто рассказывал мне о первых контактах землян с другими цивилизациями. О том, как они заключали мир, помогали друг другу. Наверное, он считал, что это сделает мое поведение более мирным... Более мирным я не стал, однако эти рассказы оставили глубокий след в моем мальчишеском сознании... Я мечтал быть разведчиком дальних миров, вступать в контакты с еще неизвестными цивилизациями, преодолевать всякие препятствия и опасности.