Квартира была маленькая, но уютная, полностью отражала суть своей хозяйки. Красный диван с россыпью оранжевых и желтых подушек. Молочные шторы с синими бабочками, обои на каждой стене разные, практически не заметные под картинками и полками с книгами и много, очень много живых цветов. Алые шары герани соседствовали с нежными фиалками и колючими кактусами. Именно последние мясистые суккуленты злили дядю Петю и часто валялись на полу.

Тая переоделась в домашнюю уютную одежду и сразу же достала толстую тетрадь, именуемую гордо «Скрижали любви». Раскрыв потрёпанный фолиант на последней чистой странице, она приступила к приготовлению ужина. Периодически отвлекаясь, записывала результат вечерней вылазки в кафе. Откусив кусок колбасы прямо от палки, она мечтательно улыбнулась и добавила ещё пару строк. Теперь история книгофилки и официанта была увековечена и обросла цветистыми эпитетами и красочными подробностями. Писать короткие рассказы на реальной основе было легко, это уже стало привычным делом, только когда дело дошло до описания чувств, родившихся между юношей и девушкой, Тая задумалась и не заметила, как доела колбасу, так и не сделав бутерброд. Как же описать то, что она увидела и почувствовала? Ведь это не органы чувств воспринимают, а что-то иное. Пусть она почти разобралась с запахами, мелодией, цветом, но остальное так и осталось загадкой, тут даже тактильные ощущения присоединялись. Выглядел этот момент как криптекс, вступающий в движение. Что-то защёлкало, закрутилось, все детали встали на свои места и опа – родилась любовь, неповторимая по своим характеристикам.

Кошка, заметив, что колбаса безвозвратно сгинула, прекратила жалобно завывать и тереться о ноги хозяйки и устало растянулась под столом. Тая взяла несчастную животину на руки и, уложив на колени, озабоченно пролистала тетрадь. Вчера она отправила к Игнату Савельевичу уже третью девушку, которая по всем параметрам подходила ему, может, хоть в этот раз произойдёт чудо и то, что у него внутри вместо сердца наконец ёкнет. За этот месяц, что она работала в редакции журнала, он ещё ни разу не обнаружил никаких человеческих эмоций, ни лучика свечения от симпатии или ревности, при этом, женщины так и льнули к нему, а он благосклонно принимал их внимание, одаривая в ответ равнодушием.

– Дядя Петя, как ты думаешь, получится? Очень уж он любвеобильный субъект. Хотя на самом-то деле и нет, но изображает очень достоверно.

Кошка повела ухом в сторону, будто слушает внимательно, и уткнулась носом в колени, нога хозяйки вкусно пахла колбасой. Тая долго гладила короткую шерстку непородистой любимицы и не заметила, как провалилась в сон.

Будильник вырвал из сна грубо, будто из наркоза, Тая вскочила и принялась носиться по дому, попутно собирая вещи и отгоняя настырную кошку. Собрала волосы в хвост, едва касающийся спины, натянула синюю футболку с желтым смайликом 1 на груди и светлые укороченные джинсы. Образ Арлекина довершила оранжевая кепка и кислотно-розовые кроссовки. На мгновенье Тая замерла и прикрыла глаза, возвращаясь в сон. Мужчина подарил девушке букет роз, и потом они долго и самозабвенно целовались. Шипы кололи руки, но любовники не обращали на это внимание, они погрузились друг в друга. Таю никогда никто так не целовал, она даже сомневалась, что сможет повторить подобное с кем-нибудь и не провалиться со стыда. Настолько это было откровенно и страстно. Тая встряхнула головой, прогоняя ночные грёзы. Это был замечательный сон. Один из тех, которые она называла лямурными. Сны о чужой любви.

Накинув на плечи рюкзак, она выбежала из дома. В палисаднике у подъезда копошилась семейная пара, завидев девушку, они синхронно поздоровались.

– Доброе утро, Тасечка. Кот твой опять ночью орал.

– Кошка. Дядя Петя – это кошка, – засмеялась девушка, уже в сотый раз поправляя соседей.

Она запрыгнула на велосипед и, быстро набирая скорость, выехала на дорогу. До ушей долетело начало привычного перешептывания за спиной.

– Соловьева вроде взрослая девушка, а эта серёжка в носу и пряди синие в челке, как у подростка, ей богу.

– Да, да, и на велике, как ребёнок, – по привычке согласился муж, но всё же нашел нужным добавить: – но она хорошая.

Они одновременно подняли головы и посмотрели в сторону скрывшейся за поворотом велосипедистки, улыбнулись каждый своей мысли. Тая всегда была в хорошем настроении, никогда не отказывала в помощи и то, что выглядела излишне ярко для двадцати пяти лет, не такой уж и большой недостаток.

Перед работой Тая успела заехать в тренажерный зал, где час потратила на то, чтобы хорошенько пропотеть. Вика – тренер, периодически подходила, чтоб откорректировать технику выполнения упражнений, но больше, чтобы просто поболтать. Рано утром в зале не так много посетителей, а Тая была постоянной клиенткой, и знакомство их длилось не один год. Тая поглядывала на Вику и изо всех сил сдерживала улыбку. Она видела, что той не хотелось подходить к ней, вообще ни к кому не хотелось приближаться, кроме новенького в углу зала, облюбовавшего беговую дорожку. Вика нахмурилась, её озадачивало, что сутулый, худощавый парень совершенно не в её вкусе, раз за разом притягивает взгляд. Стройная, спортивная Вика никогда не обращала внимания на представителей мужского пола, не обросших вовремя мышцами и завышенной самооценкой.

Неделю назад Тая вручила парню абонемент в этот зал, попросив знакомую подыграть, будто он везунчик и выиграл его в конкурсе через инстаграм. Целых семь дней понадобилось счастливчику, чтобы набраться смелости и прийти сюда. Это точно оказалось не то место, где он себя чувствовал уютно, поэтому и выбрал дорожку, чтобы никто его не трогал. Особенно его настораживала красивая мускулистая девушка в коротких шортах, пожирающая взглядом. Но уже через пять минут этот взгляд казался буквально волшебным, под ним выпрямилась спина, и появилось желание увеличить скорость на дорожке, лишь бы произвести впечатление на девушку, кружившую вокруг него, словно акула на охоте.

Вика никак не могла решиться согнать новенького с дорожки, чтобы познакомиться, но Тая видела её горящий взгляд и нехарактерное для неё смущение.

Ему явно нужна твоя помощь, поставил подъем и скоро скатится с этой дорожки кубарем.

Вика не ответила, восприняв эти слова как призыв к действию, и с готовностью ринулась выручать непутевого юношу.

Тая прикрыла глаза, погружаясь в нахлынувшие эмоции. Эта любовь родилась внезапно с первого знакомства, закружив в водовороте ощущений. В голове словно застучали барабаны, повеяло запахом моря и хвои, веки озарила яркая вспышка тёмно-синего цвета, глубокого, как морская пучина. Любовь с первого взгляда стала редкостью, последний раз Тая наблюдала её рождение больше года назад. Люди будто боялись любить, опасались быть отвергнутыми и обманутыми, придумывали себе причины и тянули, тянули, добавляя купидонам забот.

На работу Тая немного опоздала. У неё не было непосредственного начальника, и она выполняла роль курьера на побегушках. Вроде бы изначально её взяли в отдел корреспонденции разносить письма по отделам, но уже через неделю стали отправлять с разными мелкими поручениями. Купить кофе, отнести не слишком важные документы, почту редакторам, заказать обед. Больше всего её услугами пользовалась бухгалтерия, состоящая сплошь из женщин. Рекламный отдел повесил на неё обязанность снабжать канцелярией и выпечкой. На самом деле в этом современном стеклянном здании находилась не только редакция журнала «Мир на ладони», где официально она числилась делопроизводителем, но и ещё парочка организаций поменьше, в том числе местная радиостанция и газета. Объединяло их только то, что всё это принадлежало одному человеку Грацианову Савелию Иосифовичу. Сам Барс Старший, как называли его в «Стекляшке», давно не руководил ни одним направлением, иногда интересовался только журналом. Он оставил во главе людей, которым достаточно доверял, и удалился от дел, сосредоточившись наконец-то на личной жизни. Его единственный сын Игнат занимал руководящий пост в редакции, но большую ответственность брать на себя не желал, ограничившись ролью главного редактора.