— Если у вас будет змеиное воинство — вам покорится весь мир.

— И что нужно сделать для этого? — прищурил глаза Давлат, явно заинтригованный.

— Вам нужен, как и прежде — жрец! — проговорила ведьма. — А я могу помочь.

Мужчина на некоторое время задумался. Его рука привычно легла на подбородок, затеребила короткую бороду и все это время ведьма молча ждала, что скажет в итоге повелитель Хайрата.

— Что я должен сделать для этого?

— Малах уже не вернется, — ответила Наима. — Его связь с принцессой оказалась сильнее, чем мы думали, но я нашла нечто интересное под храмом и смогу привести Исхана. Только его кровь создаст для вас войско, равного которому ещё не видел мир! — хитро заметила она.

Мудрец прищурил глаза, всматриваясь в лицо ведьмы.

— Сделай это для меня, и я отдам тебе амулет, как только получу его, — сказал он.

— Клянитесь, повелитель!

— Клянусь! — уверенно сказал мужчина.

Наима встала на ноги.

— Мне нужны несколько человек, кем вы могли бы пожертвовать, мой господин! — произнесла она. — И я приведу к вам Исхана.

— Как? — только и спросил мудрец.

— Если хотите увидеть, пойдемте вместе, но возьмите с собой всю свою стражу, тех, кому сможете доверять, — сказала женщина, а про себя подумала о том, существуют ли подобные люди, преданные Исхану настолько, что смогут отдать за него свою жизнь.

— Хорошо! — согласился он.

Наима направилась к выходу.

— Я буду ждать вас и воинов перед входом в храм! — сказала она.

— Сегодня?

— Сегодня! — ей не терпелось получить амулет, а предчувствие, которое еще не подводило женщину, твердило ей о том, что видение, которое озарило ее, когда принц Хайрата Шаккар связал свою жизнь с принцессой Роккара, вот-вот должно было сбыться.

— Почему бы нет? — Давлат кивнул, а Наима, кланяясь, попятилась к выходу из зала.

«Если решишь обмануть меня — убью!» — одновременно подумали оба, даже не догадываясь о том, насколько близки были в тот момент их мысли.

Нас осталось всего лишь трое. Последний воин Акрама погиб перед входом в пещеру: что-то схватило его сверху и утащило за собой. Мы услышали только ужасающий и полный отчаяния и боли, крик, после чего все стихло. Только отчего-то я была уверена, что где-то там, в темноте, находился еще один желоб, предназначавшийся для крови жертв Исхана. Нам не стоило ожидать от всего этого ничего хорошего, но тем не менее мы вступили в проем меж скалами и оказались в просторной пещере, освещенной горящим светом факелов, закрепленных на стенах.

Я увидела странное арочнообразное строение, находившееся неподалеку от входа, а затем увидела и все остальное. Зрелище, признаюсь, ужасающее.

Исхан стоял в проеме под каменной аркой и смотрел на нас. Его глаза горели удивительным золотым огнем, напоминая мне мой собственный взор, и я неожиданно подумала о том, как была глупа, не замечая очевидных вещей. Ведь при самой первой встрече я обратила внимание на необычный цвет глаз жреца, но почему после перестала это замечать?

Исхан был не один. Рядом с ним стояла принцесса Тахира и выглядела она весьма странно. Может быть, это игра теней сделала ее такой бледной, или жрец успел причинить вред девушке, но я видела, что она словно не замечает нас, стоит каменным столпом, устремив свой взгляд в никуда.

— Тахира! — крикнул Акрам и шагнул было к жене, но Аббас ухватил его за руку, останавливая.

— Подождите! — прошептала я.

— Пришли! — Исхан не спрашивал, он констатировал факт.

— Отпусти принцессу! — сказала я.

— Если ты к ней прикоснулся хотя бы пальцем... — начал было угрожающе мой брат, но улыбка жреца остановила его.

— Мне не интересна принцесса в подобном смысле! — ответил он и взял Тахиру за руку. Девушка даже глазом не моргнула, позволяя ему это.

— Я ещё вернусь за вами. Ведь вы должны мне сердце Малаха! — сказал Исхан, обращаясь к нам с Аббасом, и арка неожиданно вспыхнула странным красным светом. Удивительный узор, змеившийся по камню, засветился ярким светом, а пространство внутри арки потемнело, скрывая от наших глаз жреца и принцессу Хайрата.

— Нет!

Кажется, мы выкрикнули это одновременно с Акрамом и также одновременно бросились вперед. Я успела увидеть только мелькнувшие тени, вошедшие в темноту арки, после чего узоры вспыхнули ещё ярче.

— За ними! — крикнула я, прыгая следом. Что-то мелькнуло за моей спиной, и я ощутила, как мою руку схватили чьи-то сильные пальцы, но почти сразу соскользнули, выпуская меня. В уши ударил яростный крик. Проваливаясь в липкую темноту и ощущая себя так, словно тону в горячих зыбучих песках. Меня вертело и кружило, лишая возможности вздохнуть. А когда я вывалилась на каменный пол, то пролетела еще над каменным полом, пока не врезалась в каменную стену. Боль отдалась в плече. Я охнула, но тем не менее, поднялась на ноги, оглядываясь. На первый взгляд можно было сказать, что мы остались там же: я находилась в пещере, почти идентичной той, в которую пришли вместе с братом и менсуваром мужа, но это было не так. Пещера оказалась шире и глубже. Совсем другая и вместо фонарей в ней горели светильники, наполненные маслом. А затем я увидела и людей, стоявших рядом. Моему удивлению не было предела.

— Майрам! — проговорил кто-то. Меня определенно узнали.

— Но как? — услышала я еще один, не менее удивленный голос, принадлежавший жрецу. Кажется, обращался он не ко мне. — Кто посмел? — голос Исхана дрожал от гнева.

— Это я! — вперед выступила тень, принявшая знакомые до отвращения, очертания.

— Наима! — прошептала я.

— Как? — кажется, старая ведьма тоже была удивлена. Я же испытывала противоречивые чувства: удивление и острое желание схватить старуху за горло и давить до тех пор, пока не услышу хрипы из ее горла.