— Янка, привет, — сказал, останавливаясь у её стола. — Почему трубку не берешь?

— Занята была, — ответила, поднимаясь из-за стола. — Прости, не было времени.

— Времени у неё не было, — усмехнулся, сложив руки на груди и впиваясь в Яну цепким взглядом.

— Ты что-то конкретное от меня хотел? Или просто поболтать?

— Да нет, ничего конкретного... Впрочем, хотел узнать, собирается ли Остапов праздник организовывать. Ты же наверняка в курсе, а то всего неделя осталась, а от шефа твоего никакой информации.

И вдруг до неё дошло, что в последние годы они с Игорем почти перестали говорить по душам или общаться о чём угодно, кроме работы Яны. Стоило ей стать личным помощником Остапова, как Игорь нет-нет да и пытался что-то выведать.

Спрашивал между делом, настаивая на ответе, и странный огонёк периодически вспыхивал в зелёных глазах.

Яна не болтала лишнего, потому что за слив личной информации могли не только уволить — это, собственно, было меньшей из бед, — но и голову снять.

Отшучивалась, огибала острые углы, а Игорь, раз за разом, возвращался к попыткам узнать такие детали, о которых знать ему было совершенно незачем.

В один момент многие детали мозаики стали на свои места. Когда это началось? И почему Яна раньше не замечала, что Игорь использует её в своих целях?

— А что, тебя ещё не пригласил? — горько улыбнулась, складывая в сумку телефон и ключи.

С языка чуть не сорвалась просьба по таким вопросам обращаться к Лене, но остановила себя, понимая, что вот такие уколы ничем хорошим не закончатся.

Андрей просил никуда не влезать, а Яна и сама понимала, что он прав. Не время для лихорадочных метаний.

— Пока ещё нет, — пожал плечами, а на лице тревога проступила. Боялся, стервятник, что такое важное событие, как юбилей Остапова пройдёт мимо него.

— Расслабься, в этом году я заведую списком гостей. Ты приглашён, просто ещё не успела всех обзвонить.

Расслабился, выдохнул, и улыбка расцвела на полных губах. Игорь был красивым мужчиной, вкладывающим в свою внешность много сил и времени, посещая регулярно спортзал и косметолога. Жаль, что никакими масками и усиленными тренировками не замажешь душевную гниль, не исправишь внутреннего уродства.

— Отлично, а то думал, старый хрен забыл обо мне.

— Ты бы аккуратнее с такими выражением в его приёмной, у стен тоже уши имеются.

Яна держалась из последних сил, чтобы не вывалить на Игоря всю ту правду, которую успела узнать за эти несколько дней, но не в офисе, посреди приёмной, разговаривать об этом.

— Янка, мама просила заехать к ней. Поедешь со мной? Или снова планы на вечер?

В словах явный подтекст, но отмахнулась от внезапной обиды. Вместо этого ухватилась за идею поехать вместе с Игорем к маме и выяснить всё, раз и навсегда. В тепле родительской квартиры поговорить будет намного проще, потому что больше не хотела молчать и складывать боль на душе штабелями.

Яна ехала на своей машине к родительскому дому, чтобы не сорваться на Игоря раньше времени. Пусть брат и удивился такому положению вещей, но лишних вопросов задавать не стал, лишь бросил странный задумчивый взгляд на Яну, но смолчал.

Чем ближе к цепи, тем спокойнее Яна себя чувствовала. В квартире, где прошла юность, всегда ощущала себя в своей тарелке, просто однажды решила, что хочет жить одна, да и до работы от съёмного жилья гораздо ближе, потому только выгода.

Игорь тоже съехал почти сразу после окончания института, чтобы родители не донимали вечным контролем, которого Игорь с детства не переносил почти на физическом уровне.

— Мама мне плешь проела, что мы редко домой приезжаем, — засмеялся Игорь, нажимая кнопку вызова лифта. — Ещё и женитьбой скорой начала меня доставать.

Вот неугомонная женщина, то так ей плохо, то эдак не устраивает.

— Ну, так и женился бы, порадовал маму, на свадьбе погуляли бы.

Игорь бросил на неё быстрый насмешливый взгляд и улыбнулся.

— Ох, Янка, ну вот чего ты ещё начинаешь? — спросил и пропустил вперёд, когда лифт распахнул створки на нужном этаже. — Сама же знаешь, что я не пригоден для семейной жизни. Зачем делать несчастной женщину, которая ничем перед мирозданием не провинилась?

— Самокритично.

— Вполне. — Пожал плечами, доставая из кармана связку ключей и примеряя один из них к входному замку. — Мне давно уже не двадцать, чтобы заблуждаться на свой счёт.

— И что, нет никого на примете, с кем бы хотел прожить дольше пары месяцев?