— Достаточно, чтобы понять, что вы старательно ведете мистера Кларка к банкротству.

— Пытаетесь убедить меня в том, что не заинтересованы в этом?

— Один-один, — улыбнулся Рей. — Не знаю, зачем вам это нужно и не буду в этом разбираться. Пока не буду, — поправился муж Мариссы.

— Тогда зачем вам миссис Кларк? — полюбопытствовал Майкл.

— Не хотелось бы разгребать потом ее претензии. На данный момент фонд составляет основной капитал Кларков, поэтому любая сделка требует одобрения миссис Кларк, как главного акционера.

— С ее стороны проблем не будет, — заверил Реймонда собеседник, чем вызвал еще больше подозрений. Ройс казался слишком осведомленным для простого наемника.

— Я должен поверить вам на слово?

— Дело в том, что она давно не интересуется делами фонда, — пояснил киллер. — У миссис Кларк… как бы это сказать корректнее?… Проблемы с наркотиками, поэтому мистер Кларк планирует отстранить ее от руководства фондом. На днях будет собран совет директоров и этот вопрос решится положительно, будьте уверены.

— То есть, я могу не беспокоиться? — Реймонд с трудом сдержал крутившуюся на языке матерную тираду. Ничего более абсурдного он в жизни не слышал. Марисса и наркотики — вещи несовместимые!

— Уверяю вас, — подтвердил свои слова наемник Кларка.

— В таком случае, я жду документального подтверждения ваших слов.

— Конечно, — заверил его Ройс. — Необходимые бумаги вам вышлют сразу после совета директоров.

— Не стоит, — возразил бывший Кларк. — Я прилетел в Бостон сегодня утром.

— О… — казалось, Майкл был немного озадачен. — Я должен сообщить господину Кларку о вашем приезде?

— Несомненно, — губы Рея дрогнули в довольной улыбке. — Я надеялся повидаться с ним до подписания контракта.

— Я могу это устроить.

— Прекрасно.

Разговор с Майклом нисколько не успокоил Реймонда. Напротив, появились новые вопросы, ответы на которые он хотел знать немедленно. Невероятная чушь относительно наркотиков и отстранение Мариссы от руководства фондом — это все звенья одной цепи, которую паял Тайлер — в этом Рей не сомневался. Вот только как ему удалось убедить всех, что невестка наркоманка? Удивительным было не то, что существовал сам факт подобного развития событий, а то, что в это поверили. Все знали, что Марисса не тот человек, который свяжет свою жизнь с наркотиками, но пошли на поводу у Кларка. Почему? Он ведь не мог запугать или подкупить всех. Здесь было что-то иное.

Усевшись на кровать, Реймонд открыл ноутбук. Полистав светскую хронику, не нашел ничего особенного. Про Мариссу Кларк вообще почти ничего не было, кроме того, что «после смерти известного строительного принца Реймонда Кларка его жена совершенно забросила светскую жизнь». Папарацци жаловались, что миссис Кларк перестала выходить в свет, чем доставляла им немало проблем. Фыркнув, Рей приподнял брови. Конечно, нет сплетен — нет возможности заработать на хлебушек с маслом.

Потирая слегка колючий подбородок, Реймонд просмотрел еще несколько сюжетов, где красочно расписывали о нем, как о «ушедшем в расцвете лет», о том, как жаль, когда «уходят лучшие» и прочие дифирамбы усопшему. Новости и городские проблемы быстро наскучили «Максвеллу», и Рей открыл почту. Накопилось приличное количество писем, половина из которых представляли собой спам и рекламные рассылки. Он уже готов был удалить все, когда взгляд царапнула знакомая фамилия. Сообщение от Итана Харпера, датированное чуть ли не двухгодичной давностью. Странно, с чего бы дядюшке Мариссы слать ему письма? Вряд ли он хотел объяснить ему что-то о том, как так вышло что дочь ему не дочь. Хотел бы, сделал бы это еще накануне свадьбы. Кроме того, теперь, когда все рассказал Клайв, это уже не имело никакого значения. Открыв письмо, Реймонд не обнаружил ничего, кроме аудиозаписи. Файл заключал в себе беседу Тайлера и Итана. Точнее, это была скорее ссора, чем беседа, поскольку Харпер орал на отца… Мужчина резко нажал на паузу, прерывая воспроизведение.

Рей тяжело вздохнул, качая головой. Отец… Можно изменить взгляд на жизнь, мнение о человеке, лицо, но не привычки. Он все еще считал Тайлера Кларка своим отцом. Долгие годы этот человек был для него единственной родной душой. Честно признаться, Тайлер неплохо выполнял эту роль. Он дал ему все, что можно было требовать от отца: образование, социальный статус, воспитание, подобие заботы, даже любовь. Пусть эта любовь была искалеченным подобием того чувства, что должен питать отец к сыну, но она была. Как умел — так и заботился — радовал в детстве мелкими сюрпризами, не отказывал в карманных деньгах, научил обращаться с женщинами. Хотя, вряд ли это вложил ему Тайлер Кларк. Что мог знать о женщинах сутенер, который проигрывал их в карты? Нет, уважение к прекрасному полу в Реймонде было заложено на генном уровне — единственное, что успел дать ему Дерек Стайлз.

Сжав переносицу, Рей зажмурился так сильно, что стало больно глазам. Очень много лет он не вспоминал о родном отце. Лицо этого человека почти стерлось у него из памяти. Теперь, когда в нем поднял голову тот десятилетний мальчишка, который ждал отца из бесконечных командировок, Реймонду было мучительно больно. А еще ему было стыдно. Стыдно, что он настолько привязался и доверился чужому человеку, что позволил ему вытеснить единственное, что оставалось от прежнего Реймонда Стайлза — образ отца. Тряхнув головой, он снова взглянул на экран. В какой-то момент, Рей подумал, что не следует возвращаться к прошлому. Не нужно слушать эту запись, перебирать пыльные воспоминания о том, что никогда не вернется. Все это было предназначено Реймонду Кларку, который умер почти полгода назад. Такого человека не существует больше, он не может читать эти письма. Теперь вместо него есть другой, но имеет ли право Лоренс Максвелл копаться в том, что принадлежит ему лишь частично? Может, но должен ли?

На короткие секунды длинные пальцы хозяина номера замерли над клавиатурой. Реймонд хотел знать, чем закончился разговор в аудиозаписи, но Лоренс сомневался. В результате первый победил, и голоса снова наполнили звенящую тишину комнаты.

«Хочешь, я скажу, как все будет? — это был Тайлер. — По дороге домой ты попадешь в страшную аварию. Ужасная потеря… Гроб будет закрытым».

«Пусть так, — эта фраза, как и две следующие, принадлежали Харперу. — Всех тебе не убить, Тай. Сына ты уже потерял».