Шрифт:
– Не то что бы забыли, но мне ни к чему лишние обсуждения.
– Понял, босс. Будет сделано.
Андрей размышляет еще некоторое время, а затем говорит:
– Кирилл Евгеньевич, но вы должны знать, побочным эффектом того, что все станут забывать о вашем браке, будет то, что все будут забывать о вашей супруге. Она готова к этому?
– Я не думаю, что это возможно. Она все-таки не певичка-однодневка.
– Но вы ведь знаете, как это бывает — купленная пресса, молчание, и вот уже некогда известный человек забыт.
– Я думаю, что немного информации будем сливать. Дозировано.
– Хорошо, понял. А Ольге Александровне об этом вы сами скажете?
– А надо говорить?
– Я не знаю. Но кто-то же может проговориться?
– Кто?
– Я не знаю. У нее есть директор. Вдруг ей это не понравится.
– Я ничего не буду говорить. Не думаю, что жена будет против того, что её имя меньше полощут в прессе.
– Хорошо. И еще, я сумел внять ксерокопии с ее карты.
– Отлично, Андрей.
Кирилл берет папку с листами, мельком смотрит, он не врач, но читать умеет. Так значит, она пила контрацептивы. Странно. Зачем? И зачем тогда говорила ему, что не может зачать? А, вот написано, это было лечение. Вглядывается в строки ниже, читает, что в тот месяц она не пила. Интересно, а как сейчас? Пьет или нет? И все-таки, почему она была так уверена, что не может зачать? Мужчина уверен, что Ольга говорила это вполне осознанно, и это не было ее желанием оттолкнуть его. Скорее это была ее боль. Кажется, если бы она могла родить, то ей было бы намного проще. Он откидывается на сидении и говорит:
– Мне надо найти хорошего врача, который сможет рассказать мне, что там написано.
– Я подберу нужного человека, босс.
– Отлично.
Кирилл больше не думает об этом, его ждет встреча. Очередная разборка. Впервые он боится за свою жизнь. Впервые очень хочет поскорее домой. И все потому, что обещал Ольге вернуться. Обещал Оле беречь себя …
Ольга же сильнее укутывается в одеяло, прикрывает глаза, думает о том, что вновь не сумела настоять на своем. Она не сумела убедить мужа, что он должен найти себе другую … Женщина вздыхает, говорит себе:
– Он же знает, что ты не можешь родить …
Молчит, продолжает:
– Почему ты не признаешься ему, что можешь родить?
Вздыхает, ощущает, как глаза наполняются слезами, усаживается на кровати, вытирает выступившие слезы и говорит сама себе:
– Он не хочет детей! Не хочет!
Женщина содрогается от рыданий, шепча:
– Ты не можешь говорить с ним о детях. Побойся Бога! Не забывай о своем возрасте! Ты не можешь обрекать будущих детей на сиротство! Твой муж вполне разумно не хочет детей. Он не хочет их от тебя! Просто смирись!
Ольга продолжает плакать, понимая, что и так многое имеет … Она замужем за внимательным, добрым, чутким мужчиной. Она любит и любима! Чего еще ей надо? Разве она может даже мечтать о большем? Это было бы кощунством!
Она поднимается, следует в ванную и тщательно умывается. Муж не должен заметить, что она плакала. Ни в коем случае! Женщина вглядывается в свое отражение в зеркале и слабо улыбается. Кажется, она нашла решение. Саша сказал, что она способна зачать. Однако с тех пор прошло уже много времени, и ничего не произошло. Она просто не будет пить таблетки. Это все, что она может сделать. И она дает себе еще немного времени, полгода. Да. Она ждет полгода, и если у нее ничего не получится, тогда она оставит мужа. Теперь она знает, что ему нужно сказать для этого. И она скажет.
Женщина вновь беззвучно плачет. И даже содрогается от мыслей о том, что его придется отпустить. Но она должна … Должна будет.
Ольга улыбается сама себе и шепчет:
– Но время еще не вышло! Не вышло! Больше я не буду думать об этом. Не буду омрачать оставшиеся дни и месяцы. Я буду наслаждаться каждым днем, каждым мгновением нашей общей жизни. Я постараюсь запомнить каждый миг … И это ощущение всепоглощающего счастья. Я запомню. Я буду счастлива!
Он возвращается и нисколько не удивляется, что она не спит, хоть и старательно делает вид. Улыбается, шепчет:
– Олечка, ну почему ты не спишь?
– Просто не спится.
– Сейчас разденусь и лягу.
Уходит в гардеробную, стаскивает пиджак, слышит её сдавленный стон, оборачивается, Ольга стоит и прижимает руки ко рту. Он тут же пересекает разделяющее их пространство, заключает жену в объятия, шепчет:
– Не надо, маленькая моя. Я же обещал тебе, что буду себя беречь.
– Но … Это же …
Она сглатывает, а он продолжает:
– Да, это бронежилет … А здесь сбруя для оружия …
Она касается его пистолета, шепчет:
– Ты умеешь им пользоваться?
– Да, родная. Обстоятельства моей жизни научили меня этому.
– И сегодня тебя могли убить?
– Нет, милая. Нет!
– Но ты …
– Олечка, я просто одел это на всякий случай.
Она кивает. Просто заставляет себя ему поверить. Кирилл нежно касается ее губ и шепчет:
– Я обещал быть с тобой вечно! И я собираюсь сдержать свое обещание!
Глава 11.
Осень не принесла ничего нового в их распорядок жизни. Ее концерты, его сидения в офисе и иногда вечерние или ночные отлучки. Ольга старалась не думать о том, куда он ездит и что делает. Наконец, в один из промозглых осенних вечеров муж сказал: