– Дорогой барон, ссылайтесь на меня. О том, что Стефания узнала о моём местонахождении, наверняка уже знают и другие венценосные особы, так что появлению такого документа они не будут особо удивлены, а мы, некоторых из них щёлкнем по носу. Можете так же намекнуть им, что у вас имеется инструкция, которая предписывает, опят таки от моего имени, выпускать преступников на свободу, из-за невозможности их содержания. Имена не называйте, а только номера и их территориальную принадлежность. Посмотрим, как они на это отреагируют...

Мое восстановление шло очень тяжело, правда я теперь мог передвигаться быстрым шагом метров пятьсот, а потом мне не хватало воздуха, и я начинал задыхаться. Даже самый лёгкий меч я поднимал с большим трудом, старый монах пояснил, что все мои связки и сухожилия были повреждены и ещё не восстановились, так что надо набраться терпения, со временем всё придёт в норму. Но вот этого самого времени у меня не было. И я и Кляйн прекрасно понимали, что на веру королева не примет мою смерть и ей потребуется нечто существенное, нежели просто разговоры. Убедить её могло только одно - мой саркофаг в фамильной усыпальнице герцогов Лотар, так как она прекрасно знала о том, что я мог спокойно перемещаться за пределы крепости, а значит, по всем канонам, моё тело нельзя было кремировать в самой крепости и надлежало традиционное захоронение. В Лоте демонстративно стали из камня вырубать 'домину', в которую следовало поместить гроб с моими останками. Но не думаю, что подобные ухищрения могли обмануть эту хитрую и коварную женщину, а значит неумолимо приближалось время, когда мне надлежало исчезнуть из герцогства и найти надёжное убежище, где я мог продолжить своё лечение и восстановление. У меня осталось чуть больше года до того времени, как я мог предъявить своё право на корону и трон, а значит, именно к этому сроку я должен буду быть готов во всё оружие к противостоянию с мачехой.

Прошло ещё несколько месяцев, прежде чем я почувствовал себя способным к самостоятельному путешествию, но не на коне, а пешком - даже конные прогулки мне были пока строго противопоказаны. Многие вечера мы вместе с бароном размышляли, куда мне податься и где я смогу затаиться. Это место должно быть недалеко от какого-нибудь магического лечебного центра, а значит возле крупного города, так как они располагались только в столицах графств, да и то не всех, а только самых крупных. Вопрос о том, чтобы спрятаться на территории одного из четырёх королевств, с которыми соседствовало королевство Гар и которые входили в содружество, отпал сразу же. Не знаю, как такое возможно, но осколки магии действовали только на нашей территории, а, следовательно, получить качественную лекарскую помощь я мог получить только здесь. Это не значило, что в других королевствах не было одарённых людей, были и в достаточном количестве, но только в основном среди членов королевских семей или их близких родственников. Именно этим я могу объяснить свою способность пользоваться пространственным карманом и прятать свою татуировку. Что я ещё умел делать, как сын короля Георга, я пока не знал, не до этого мне пока, надо сначала твёрдо встать на ноги, а уж потом разбираться со своими способностями. Одно я точно знал, - лечебная магия мне не доступна...

На днях произошло знаменательное событие, так как ворота крепости теперь были постоянно закрыты, то арестантский обоз из королевства Тор простоял почти трое суток, прежде чем они поняли, что это была не шутка с отказом принимать арестантов. Вскоре к ним присоединились две арестантские кареты из королевства Сюр, которые тоже не солоно нахлебавшись отправились назад. Я поинтересовался у барона, почему этих арестантов не содержат у себя, и выслушал небольшую лекцию, почему этого не делают в других королевствах.

– Видишь ли, твоё высочество, из любой тюрьмы, кроме нашей, можно сбежать или отбить арестанта. А есть такие преступники, смерть которых, даже случайная, может потрясти основы государства и привести к свержению правящей династии, крупномасштабной гражданской войне или восстанию против 'кровавого режима'. О том, что арестант отправляется в крепость - тюрьму Лотар объявляется во всеуслышание, а я потом подтверждаю поступление узника, называя его титул и полное имя в последний раз, после чего ему присваивается специальный номер, о котором никто не знает, кроме меня и смотрителя каземата. Нахождение арестанта у нас гарантирует, что с ним ничего плохого не случится и он умрёт своей смертью. Особенно это касается тех, кто претендует на корону и проиграл борьбу за трон - никаких наследников, бастардов и прочих претендентов.

– Это что же получается, король проверял меня, когда попросил пройти через ворота во внутренний двор? Он что, был не уверен, что я являюсь его сыном?

– Именно так, твоё высочество. Только тот, в ком течёт кровь Гаров может стать герцогом Лотара. Так что, если б ты был не его родным сыном, отсюда бы ты не вышел, так как замок тебя не признал бы.

– Бррр, как же это всё омерзительно и грязно. Я же не рвался ни в королевские сыновья, ни в герцоги, жили б мы спокойно, занимались садом и цветами...

– Что теперь об этом говорить...

Самый дельный совет нам подал старый смотритель Грув, который по-прежнему присматривал и опекал меня словно заботливая нянька, - А почему бы нашего господина не спрятать под самым носом у королевы? Она же его не видела больше десяти лет, а его внешность за это время разительно изменилась, особенно после покушения.

– Грув, опять ты за свои старые штучки, говори яснее и не зли меня.

– Что вы, господин комендант, и в мыслях не было, разве что только чуть-чуть. А предложение у меня очень простое. В королевстве Гар имеется четыре академии, где готовят молодых людей для службы на благо своей родины. Кто-то станет военным, кто-то образованным придворным, кто-то важным чиновником, а тем, кому повезёт, могут войти в ближнюю свиту венценосной особы. Да и сами принцы и принцессы обучаются в них. Конечно соваться в первую академию, куда поступают самые знатные и богатые не следует, там все они на виду, да и проверяют их принадлежность к высшему свету. А вот остальные академии попроще. Во вторую академию принимают не только знатных сынков и дочерей, но и очень богатых детей купцов и чиновников. Вот в неё и надо поступить нашему господину, тем более, что имеется возможность скрыть своё настоящее имя и обучаться под вымышленным. Я точно знаю, что это не возбраняется.

– Старый хитрец, откуда тебе это известно, ведь если мне не изменяет память ты уже лет двадцать пять служишь в крепости.

– Моя дочь является директрисой второй академии, и мы изредка переписываемся. Я по молодости согрешил с одной очень благородной девицей, и её родня поклялась найти меня из-под земли и смыть кровью, естественно моей, позор своей дочери, вот я и спрятался сюда. Через десять лет послал весточку своей Нате - интересно же, кто у нас родился. А там и дочь узнала о моём существовании, с тех пор она изредка делится со мной своими новостями и проблемами, а я помогаю ей своими советами.