Полезла в наш плавучий сарай. И если корма была вытащена на берег, то течь всяко должна себя проявить, а для этого полезла щупать под пациентом спереди от своей лавочки. В серединке нашла немного, но понюхала и убедилась, что это не вода… Сказать, что я обрадовалась, это было бы слишком мало. В очередной раз вспомнила радостные повизгивания Архипа о его замечательном "Фофане", может и в этом дело, что лодка такая прочная, ведь удар на полном ходу, при том, что лодка сейчас из-за напитавшегося водой мха имеет массу наверно больше пяти центнеров…

В общем, растягивать переживания об отсутствии течи я не стала, наверно усталость уже стала выливаться в некоторую эмоциональную ригидность… Я устало опустилась в своё гнёздышко в сене, свернулась калачиком и уснула…

Потом ещё в полной темноте я выруливала от своей стоянки, по плескам волн впереди определила берег, камни или островки и пошла от мыса в озеро и только отойдя не меньше сотни метров повернула на юг и понеслась изо всех сил. Часа два до начала рассвета махала вёслами на полную. Примерно через час от начала движения прошёл поезд, который своим путевым прожектором очень хорошо показал мне расположение берега. И хоть сквозь безлиственный лес я хорошо видела свет с его паровоза, но о том, что с него могут увидеть меня на воде не беспокоилась, не до того машинистам, чтобы озеро разглядывать.

Я благодаря поезду подправила и скорректировала свой курс, убедилась, что впереди открытая вода и с новыми силами пустилась вперёд. Этой ночью машин больше не было ни одной, хотя я их не очень боялась, ведь в темноте в боковом отсвете от фар ковчег едва ли можно разглядеть. Сколько я отмахала в километрах не знаю, но Видлицу я увидела когда рассвет уже начинался. К этому времени я подошла гораздо ближе к берегу и теперь очень внимательно выглядывала возможные камни, но на расстоянии больше десяти метров от берега их не видела. Примерно в полутора километрах за Видлицей уже совсем рассвело, и я решила больше не рисковать. Как на зло, почти весь берег здесь представлял из себя шикарный песчаный пляж… Дороги видно не было, а вот поезда шли высоко возвышаясь над лесом, я так пропустила два прижавшись к берегу и хорошо их рассмотрела. Похоже перед мостом через речку Видлица путь проложен по высокой насыпи… Но у меня времени уже почти не осталось, так близко от крупного населённого пункта, слишком чревато обнаружением и здесь наверно самую большую опасность для нас представляют неугомонные вездесущие местные мальчишки, которые как все их сверстники во всём мире лазают везде и совершенно не предсказуемо, а главное, им до всего есть дело и вооружены они страшным для нас неуёмным любопытством. К счастью увидела выемку берега, здесь подлесок с кустами и деревцами почти спустился в воду, и, прижавшись, мы стали почти не заметны рядом с этой порослью. Я втиснула лодку как смогла близко, но вылезать и проверять уже не рискнула. Слишком уж здесь открытый берег и на песке меня станет хорошо и далеко видно…

В этот день я не рискнула дремать и регулярно аккуратно выглядывала и осматривалась по сторонам. И для моего развлечения Сосед мне показывал фильм, как обещал с Софи Марсо под названием "Весёлая пасха". Он сказал, что в этом фильме Марсо наверно столько же лет, как и мне сейчас. И вообще, я почти успела обидеться, когда он сказал, что покажет мне актрису, на которую я очень похожа, а там с начала фильма по-французски очаровательная Мари Лафоре, на которую я ну, никак не похожа. Откуда я знала, что французы своё кино вот так через голову снимают. Мне ужасно не понравился этот морщинистый старикан со сломанным носом, который там носится, как заведённый и всех женщин обманывает… На что Сосед очень развеселился, и сказал, что я ещё очень молодая и глупенькая, а Жан Поль Бельмондо, это по нашему Иван Павлович, как перевёл его имя Сосед, это безудержная харизма, бездна очарования и его сломанный нос, губы — пельмешки и многочисленные морщины только придают ему шарма и он кумир многих женщин во всём мире. А когда я выразила своё сомнение в его словах, он пообещал, что обязательно попробует показать мне фильм "Профессионал".

А Софи Марсо мне понравилась, хорошенькая девушка и наверно я на неё правда похожа, только нос у меня меньше, а глаза больше немного, но это лицо сильно меняет, и Сосед согласился. И наверно мне такая стрижка пойдёт, только вот боюсь, что мои волосы лежать не будут и придётся чёлку всё время с глаз убирать. И ещё мне показалось, что я более худенькая, а грудь у меня наверно чуть меньше, но это обычно, сейчас после беготни по этим лесам, мне наверно ещё отъедаться придётся… И вообще, мне показалось, что она выше и крупнее меня. Но я благодарна Соседу, что он так хорошо обо мне отзывается. Вообще, я обалдела от этих французских отношений и эмоций, машины бьют и ломают, друг с другом чёрте чем занимаются и всё на такой скорости и в суете, ужас просто. У нас комедии другие, хотя, если "Весёлых ребят" вспомнить… Как мы с Верочкой смеялись, когда первый раз смотрели, Верочка сразу после фильма заявила, что ей нужно второй раз смотреть, потому, что половину фильма она смеялась, а когда смеётся, то её пухленькие щёчки глаза подпирают и ей ничего не видно, а значит половину фильма она не видела, а только слышала…

Мне Сосед уже много фильмов показал. Но самый любимый это про капитана Титаренко "В бой идут одни старики"… Сосед потом спросил, кто из героев мне больше всего понравился и долго потом переваривал мой ответ. Ну, а что я сделаю, если, правда из всех мне больше всего понравился разбитной и подвижный грузин Вано, который, когда Кузнечик сбил свой первый Мессер в столовой кричал с жутким акцентом: "Какой сто грамм? Дарагой! Тебе чача нада! Чача!". Потом Сосед объяснил, что с такой реакцией он впервые столкнулся. Там почти все главные персонажи настолько сильно и красиво выведены, что на второстепенных уже как-то внимания не обращаешь, и всю любовь и внимание к себе притягивают Титаренко и Кузнечик, Ромео и Маша, Макарыч и Скворцов, чуть за ними Смуглянка, ну, и комполка с Зоей, наверно. А почему Вано, да потому, что живой, шумный, понятный и подвижный. Все главные персонажи — это слишком очевидно, а мне всю жизнь всегда было жалко и обидно за всех, кто остался в тени официального победителя, это я о спорте, если вы не поняли. И ведь тренировались не меньше, и победу часто определяет сущая мелочь, случай, если хотите, но все смотрят только на одного и первого, а есть не менее заслуживающие внимания вторые и третьи, четвёртые и пятые… Вот наверно из-за этой болезни спорта в стремлении определить единственного победителя, я спортом заниматься не стала… А дурость, когда в футболе или хоккее награждают всю заявленную победившую команду, а игрок может ни в одной игре на поле так ни разу и не вышел, так и просидел запасным, но вот медаль на груди и звание ЧЕМПИОН…

Так весь день тихонечко и просидели, чтобы вечером снова в сумерках рвануть вперёд изо всех сил. Уж сколько раз я так рвалась изо всех сил, руки, спина и плечи с уже не проходящей усталостью, они словно скукоженные, но зубы стискиваю и со скрипом заставляю их разгибаться, браться за вёсла и грести, грести, грести… Я это делаю уже почти не думая, автоматически, только переключаю режимы гребли с одновременной на попеременную и обратно. Руки уже перемотала новыми полосками ткани, нижняя рубаха уже скорее на маечку похожа, но эти повязки хоть немного защищают разбитые, стёртые израненные ладони. Я уже так привыкла к повязкам, что их совершенно не замечаю… И вот гребу отскочив от берега вдоль просматриваемого насквозь пляжа и очень надеюсь, что в серой хмари начавшихся сумерек меня припозднившиеся проезжающие с дороги не увидят. Гребла и гребла. Кстати, за весь день по дороге слышала ехали и ехали, с моего места дорогу было только слышно, а вот в просматриваемом далеко озере я патрульных финских баркасов не увидела. Был какой-то дымок на горизонте с запада и всё. Вот вчера видела в озере кто-то проплыл на юг. Впрочем один день наблюдения ни о чём принципиально не говорит, так, что делать из него выводы очень самонадеянно и опасно. Берег здесь идёт в юго-восточном направлении, вот параллельно ему и плывём. Пару раз проехали припозднившиеся машины и один мотоцикл, это я не по одинокой фаре сужу, у одной машины тоже всего одна фара была, а ещё и по хорошо различимому звуку мотоциклетного мотора. Гребла уже в полной темноте, но этот бесконечный пляж мне нужно преодолеть, а если рассвет меня застанет на нём, то всё было зря! Вот я и гребу и гребу, пока не понимаю, что настал предел, и я поворачиваю к берегу и снижаю скорость, ведь с прибрежными камнями мы уже имели радость познакомиться…

Вообще диковатое ощущение, плыть в темноте к берегу, со стороны которого слышны шлепки волн, но определить по ним расстояние не получается, потому, что звук очень большой протяжённости, и каждую секунду ждёшь удара, звука встречи с берегом и невольно притормаживаешь руки с вёслами, чтобы не разогнать лодку, а берега всё нет и нет… И вот наконец я ткнулась, но не в песок и не камни, а кажется в траву или тростник. Вообще, я повернула к берегу, не столько потому, что устала, устала я ещё когда только тронулась сегодня в путь, повернула потому, что последняя машина как раз где-то в километре позади выворачивала из леса по дороге и потом ехала вдоль самого берега. А это значит, что этот кусок пути мимо берега по самому краю которого идёт оживлённая дорога кажется остался позади…