Снова его переворачиваю, но чтобы трубку не пережать, скорее даже не переворачиваю, а чуть переваливаю то вправо, то налево. Пока меня не было, он видимо шевелился, флакон с дренажом повален, но не упал, а только наклонился, трубки не дали ему упасть. Снова попыталась отсосать воздух, пара бульков была, решила уж потерпеть до завтра. Судя по тому, что в лесу тихо, а на дороге только одна подозрительная подвода, нас скорее всего не ищут. А потому, как начнёт темнеть, варю кашу на ужин и на завтрак. Поэтому следует подготовиться к этому процессу, надо принести большой котелок воды, хвороста притащить…

И за время дороги Сосед сумел меня убедить, что нам обоим нужно переодеваться в гражданское… А из этого следует, что мне нужно мыться, тело можно и просто обтереть, а вот голову придётся мыть, мыло в мешках оказалось, но ведь холодно и вода ледяная… Про воду договорились, что первые два котелка подогреем и используем для мытья. И в связи с этим не будем ждать ночи, а запалим костерок сейчас, но под большой елью, чтобы дым крона развеяла. И дрова нужно отбирать самые сухие, чтобы дыма было поменьше. На этих болотах найти сухие дрова, вы, правда, в сказки верите? Но нашли, оказалось, что если правильно искать, то дров хватает. Сгрызенная короедами ель, с которой слетела вся кора и ветер её почти повалил, а мы смогли ободрав все руки наломать с неё сухих веток. Весь хворост по которому были сомнения оставили на вечер, а самый сухой в костёр в выкопанной ножом и шомполом ямке…

М-м-м-да-а-а… Так я ещё ни разу в жизни не мылась. Но что уж делать, Сосед прав в том, что не может от приличной деревенской девушки шмонить костром и потом. Это ещё от забулдыжного мужика, имеется ввиду лейтенант, которого решено выдавать за пьяного, может вонять и не только костром, но и чем похуже. Вот в результате стою на четвереньках, сбоку сзади костёр немного попу греет, под коленками пиджак из чьей-то гражданки, я кстати в чужую гражданку на ночь должна одеться, только бельё своё. Майка приготовлена вытираться, как и рубаха. Чистые кальсоны для мокрого обтирания, а вот в котелке вода уже остывает, но пока всё приготовила…

Сижу, завёрнутая в два одеяла, прихожу в себя. Больше я так мыться не желаю! Сначала вроде начала и даже не очень сильно замёрзла, а вот потом, когда уже во время вытирания, когда окатила себя остатками мыльной от волос воды и стала вытираться, а плеть мокрых холодных волос шлёпнулась на шею, а между лопаток струйка холодная потекла, у меня видимо запал и кончился. Меня начало так колотить, что если бы не орущий внутри меня Сосед, я бы там так и замёрзла. Уже не особенно разбирая, я натянула на себя приготовленную гражданку, волосы замотала кальсонами, потом рубахой и стала по приказу Соседа приседать, резко размашисто и не останавливаться ни в коем случае. Зубы клацают, меня всю трусит, руки и ноги дрожат, а тут ещё и приседать. Но на удивление после третьего десятка приседаний тело начало слушаться… Только Сосед велел приседать дальше, пока силы есть. За новой водой для ужина бегом, обратно в горку тоже, хорошо, хоть ноги в сапогах сухие и портянки свежие. Штаны верёвкой подпоясанные болтаются, пиджак поверх тельника любимого, и сверху ватник, так, что нормально вроде. Если не считать тюрбан на голове замотанный. В общем, согрелась и в себя пришла. Есть правда хочется ужасно, но это уже скоро. Котелок уже над костерком висит, а солнышко закатилось. Сейчас день вообще короткий всего несколько часов, ведь осеннее равноденствие уже прошло почти месяц как…

Во время готовки каши с остатками вчерашней тушёнки, это я про жир, который в банке оставила, размотала голову и стала раздирать свои спутанные волосы. Сколько их намоталось на зубья расчёски, даже подумать страшно, но это нужно сделать, иначе утром, когда подсохнут, вообще не разберёшь. Но постепенно вычесала, периодически сбрасывая пучки волос с расчёски в огонь. Заплела обычную косичку и подвязала наверх, чтобы не мешала под платком и завязала уже озябшую голову обоими платками, только нижний повязала косынкой и чьи-то новые портянки под него. А верхний полностью, как положено. Со стороны наверно это дико смотрелось, в моей разномастной одежде и платок с красивой бахромой. Каша немного недоварилась, но я её хватала обжигаясь и не замечая, что не доварена. Только в конце уже спокойно жуя, я поняла, что немного поспешила. Старалась весь жир поверху собрать сразу и съесть, потому, что завтра холодный его есть будет противно. Отложила в котелок на завтра, оказалось, что я пожадничала и нужно ещё один маленький котелок под кашу и ещё останется. Вздохнула, полезла искать второй котелок…

По дороге на болоте перехватила немного клюквы, сладкая и почти все кочки тетеревами помечены, не только мне понравилась. Но Сосед заставил собрать мох. А ещё уже когда искали и ходили кругами на высоком бугре он увидел лишайник и очень возбудился. Сказал, что это "исландский мох" и он очень хорошо сейчас подойдёт нашему больному. Вот этот лишайник заваренный в малом котелке сейчас с чаем доходит. Я попробовала, горечь противная, но Сосед требует, чтобы я не только сама попила, но и лейтенанта обязательно им напоила. Делать нечего, пошла поить. Я вот только удивляюсь, что за всё время он ни разу под себя не сходил. Сосед попытался объяснить, что возможно это просто шоковая реакция организма и недостаток воды, если бы воды давали больше и в капельницах ещё, то скорее всего уже бы имели все мокрые радости, хотя это было бы хорошо, значит почки работают… Но сейчас у нас выбора нет, имеем то, что есть… снова тихонечко набираю полный рот и губы в губы сцеживаю ему в рот. Листочки словно желатиновые упругие, разжёвываю и тоже даю, но надо разжёвывать в кашицу, иначе может всё твёрдое остаться во рту, а потом попасть в дыхательные пути и привести к аспирации, то бишь удушению из-за закупорки дыхательных путей. Поэтому в конце я ещё бинтиком изо рта вынимаю кусочки, что он не проглотил.

Возни жуть как много и стемнело, так, что оставили дренаж на утро… Нахлобучила поверх платка свою будёновку, и залезла под лейтенантский бок спать. Устала, хотя вроде ничего особенно не делала. Да и надутый желудок на глаза давит, как бабуля говорит…

Утром проснулась в полутьме, наш лейтенант в себя пришёл, порывается встать, еле удалось его угомонить. Встать у него сил всё равно нет, а вот руками машет и ногами елозит. К счастью спросила: "…не желает ли многоуважаемый сэр?" Оказалось — желает, выдала ему котелок, всё равно крупы у нас больше нет и тащить его я не собиралась. Долго кряхтел, чего-то бурчал, а я контролировала дренаж… После действа наверно все силы потратил, он отключился, но мы с Соседом были очень рады, что наш пациент заявил себя в команду желающих выздороветь…

— Когда следующий раз в себя придёт, нужно его настоем мха напоить обязательно…

Ну, нужно, так нужно. Я даже могу его в одну из фляжек налить… Сон он нам сдёрнул, и пока суд да дело, начало светать, а посему стала готовиться сниматься с места. Проверила свои волосы. Они на удивление высохли, хоть и стал нижний платок немного волглым. Как не оттягивай, а раздеваться придётся, вчера ведь впрыгивала во всё и про бельё забыла. Даже в сумерках видно, что мои ножки в синяках сейчас ни в одной бане лучше не показывать. Но до чего же приятно на ногах тёплые шерстяные чулки ощущать, натянула панталончики сверху, портянки и сапожки. Рубаху сразу после лифчика надела, теперь юбки, кофточку и жилетку. Платки повязать и можно куртку тёплую… За пазуху под грудью наган засунула, куртка приталенная, она мне велика. В чулок маленький пистолет… Сосед спросил, а стрелять в людей я готова? Не знаю, но если будет грозить опасность мне или лейтенанту буду стрелять, как и то, что выдерну кольцо из гранаты, если выхода не будет. Он типа хмыкнул, а я не понимаю, это может я такая неправильная, я могу очень долго сомневаться и колебаться, но если решила, то буду делать, и никто не остановит. Мальчишки мои это знают. Вот потому Валерка меня на слово и ловил.