Вызвав доктора, нахожу в себе силы, чтобы подняться и привести себя в более или менее приемлемый вид. Иду в ванну, а потом на кухню, ставлю чайник и, напившись чая, иду в комнату, устало опускаюсь на диван, перед глазами опять мелькают звёздочки.

Звонок в дверь, и я быстро, насколько это вообще возможно в моём состоянии, иду открывать. Это, наверное, врач пришёл. Открываю дверь. На пороге стоит мужчина-бета. Я немного смутился: всё-таки ожидал увидеть омегу или женщину-бету.

— Добрый вечер. Вы вызывали врача? — мужчина посмотрел в телефон. — Мистер Хейли?

— Да, здравствуйте, проходите.

Я отступил, пропуская бету внутрь квартиры.

— Меня зовут Ричард Томосон. Я врач-терапевт. Где можно руки помыть?

Он поставил свою сумку-саквояж тут же на пол в коридоре, снял пальто, повесив его рядом с моей курткой, и, закатав рукава, показал мне свои руки.

— В ванной. Сюда, пожалуйста.

Я открыл дверь в ванную и включил там свет, жестом показывая внутрь, при этом придерживаясь за косяк, чтобы не упасть. Бета вымыл руки и, обернувшись, внимательно посмотрел на меня.

— Куда можно пройти, чтобы осмотреть пациента? Я так понимаю, это Вы?

— Да, я. Пройдёмте за мной.

Я прошёл в комнату, по пути придерживаясь за стену. Ричард взял свою сумку и последовал за мной. Пройдя в комнату, бета огляделся и, присев на край дивана, поставил свою сумку на колени. Порывшись в ней, достал бутылек; открыв его, он сбрызнул себе на ладони, потёр их друг об друга.

— Ну, что ж, приступим. На что жалуемся?

— Эм… — я смутился, не зная, как об этом сказать бете-мужчине. — В общем, метка доставляет мне беспокойство, можно ли с этим что-нибудь сделать?

— Раздевайтесь до пояса и присядьте, Вам явно тяжело стоять.

Действительно, стоял я с трудом, придерживаясь за шкаф, чтобы не рухнуть на пол. Я робко сел рядом с врачом и снял футболку, которую предварительно надел перед визитом доктора, как, в общем, и штаны, в которых я остался. Бета снял повязку с моей шеи и начал осматривать укус, недовольно цокая. Я же старался не издавать ни звука, хотя прикосновения к метке были для меня болезненны. Врач осмотрел меня, послушал стетоскопом, обработал метку и заново перевязал.

— Мистер Хейли, я выпишу Вам обезболивающие и мазь, советую Вам лучше питаться, обязательно ешьте овощи и фрукты. Ваш организм обезвожен, пейте больше жидкости. И хочу Вас предупредить: если ждёте, что метка сойдёт, то этого не будет, она никогда не сойдёт, и против этого нет средства. Могу Вам только посоветовать пойти к альфе и поставить ему ответную метку, сразу станет легче.

Я вяло покачал головой, соглашаясь с врачом. А что тут можно сказать? Я и так знаю, что средство одно, но на это я не могу пойти. Натянув футболку и приняв несколько таблеток обезболивающего, которые мне дал мужчина, я проводил его и закрыл дверь.

На следующий день на работе я чувствовал себя не так уж плохо за счёт лекарств, что мне выписал врач, так что я работал в обычном темпе. Так прошло пару дней, пока ко мне опять не подошёл Эндрю.

— Что это у тебя? — он указал на таблетки в моей руке, которые я только собирался принять.

— Лекарства, — я был несколько удивлён его вопросом.

— По-другому сформулирую вопрос: что это у тебя за лекарства?

— Эм… Ничего особенного, доктор прописал.

— Давай сюда.

Эндрю сердито на меня посмотрел и протянул руку. Я послушно вложил в его ладонь баночку с таблетками. Альфа тут же начал читать, что это за препарат и инструкцию к нему.

— Это обезболивающие. И сколько ты за сегодня выпил таблеток? И ты вообще ел?

Эндрю сложил руки на груди. Я же опустил взгляд на стол. Выпил я таблеток больше, чем положено, и ел совсем мало.

— Ел, — тихо ответил я, не поднимая глаза.

— Я поговорю с ним, — альфа тяжело вздохнул.

— С кем? С врачом?

Я осмотрел кабинет — все, конечно же, смотрели на нас, совершено забыв про работу.

— Нет, не с врачом, а с тем, из-за кого ты в таком состоянии.

— Не надо. Прошу, мистер Фейбер, давайте прекратим этот разговор, — я глазами попытался указать альфе, что мы в кабинете не одни.

— Крис, ты погубишь себя.

— Давайте, поговорим в другом месте, — шепчу, как можно тише и незаметнее, но мне кажется, что со стороны это выглядит просто глупо и смешно.

Я поднялся и вышел в коридор, Эндрю проследовал за мной. Мы отошли к окну.

— Почему ты не идёшь к нему? Давай я всё-таки с ним поговорю. Ведь он тебе не желает зла.

— Я в этом не уверен. В школе я думал, что он хочет меня убить, — я грустно улыбнулся и перевёл взгляд в окно.

— Так это он тебя в школе доставал?