— Игорь, что случилось?

— Алик, да ну их всех к чертовой матери. У нас после праздников, ничего не осталось?

— Полбутылки виски.

— Доставай, а то от этого дурдома, скоро крыша поедет.

Алик достал из сейфа бутылку и поставил на стол. Виктор достал кружки и заглянул в холодильник.

— Мужики, закусить нечем. Один сухарь лежит.

— Сейчас, что ни будь, организую.

Алик вышел из кабинета. Через несколько минут, он зашел в кабинет с Женей, в руках у которого была плитка шоколада.

— Красиво живете. — Сказал он.

— Женя, взятки борзыми щенками берем. — Ответил Виктор.

— Ты, мне не говорил, а я, не слышал. Давай, разливай.

Разлив остатки по кружкам, все выпили и закусили шоколадом.

— Игорь, ты чего прокурору наговорил, что даже через телефонную трубку, ядом плюется? Распорядился от дел тебя отстранить.

— Об этом, я уже догадался. Сказал все, что о нем думаю.

— Зря ты так. Этот гоблин любит, когда перед ним по стойке смирно стоят и со всей его бредятиной соглашаются.

— В кои-то веки, нужно и правду услышать.

— Игорь, этот боров стольким хорошим операм жизнь сломал. Его туда специально назначили, что бы нас на коротком поводке держать.

— Да, все я понимаю, нервы сдали.

— Игорь, Алик сказал, что эти четверо уродов, на тебя заявления написали?

— Да, Женя, вот такой фортель. Хотели как лучше, а получилось как всегда.

— Алик, возьмешь мою служебку, водителю скажешь, что он сегодня с тобой работает. В Сосновке найдешь этих двух гоблинов и проведешь с ними беседу. Объясни, что они могут сменить подписку о невыезде на уютную камеру с окнами на север, шутки закончились. До Жирафа нам не добраться, до сих пор в изоляторе ФСБ сидит, а Железяку я завтра с утра сюда выдерну. Здесь и побеседуем. Игорь, завтра к девяти подходи, а пока прими дела у Виктора.

— Женя, я еще, не все успел сделать.

— Вот с Игорем и сделаете. Алик, пойдем. По пути в ГОМ завезете. Игорь, ты Алика дождись, что бы с нашими баранами определиться.

Когда Женя и Алик вышли из кабинета, Виктор подмигнул Игорю и достал из холодильника две бутылки пива.

— Витя, а это у тебя откуда?

— Ты, что забыл, что Алик ящик приносил?

— Я, думал, что вы уже приговорили.

— Мы ж, не верблюды.

Выпив по бутылке пива, они начали просматривать и подшивать в дела бумаги. Время пролетело незаметно. На улице потемнело, зажглись фонари. Виктор посмотрел на часы и заторопился. Хотел пробежаться по друзьям, попрощаться. Извинившись, что не сможет дождаться Алика, он сказал, что в холодильнике, в коробке, из под бичпакетов, лежит несколько бутылок пива, ушел. Оставшись один, Игорь взял бутылку пива, открыл ее и подошел к окну. Сделав пару глотков, он закурил. Чувствовать себя загнанным зверем, когда всегда сам был загонщиком, было противно и обидно. Алик появился только в десять вечера, продрогший до костей.

— Игорь, поставь чайник, а то замерз. Обратно ехали, ремень вентилятора порвался. На трассе никто не останавливается, все боятся. Думал, последние зубы, от холода, раскрошу.

— Может, пиво будешь? Правда, оно тоже холодное.

— Доставай.

Игорь достал две бутылки пива и открыл их. Одну подал Алику. После чего спросил, как тот съездил. Сделав глоток, Алик ответил.

— Еле нашел. Всю Сосновку перевернул, а они в спортзале занимаются. Их комерс, которому порекомендовал, взял обоих. Ситуация такая. Мишку с Сенькой выдернули в районную прокуратуру, нагнали им жути, заставили написать заявления. Пришлось им объяснить, что злой опер, хуже раненного льва. Завтра тебя выдернут на опознание. Парни тебя опознают, но от того, что их избивали, откажутся. Плохо, что с Железякой не успели поговорить. Сейчас, я, Жене позвоню, может он что придумает.

Алик допил пиво и подвинул к себе телефон, набрал домашний номер начальника отдела. Тот был дома и трубку снял сразу. Алик объяснил ему ситуацию, а потом долго выслушивал Женю, иногда чему-то поддакивая. Положив трубку, он сказал Игорю.

— Женя сейчас созвонится с начальником оперативной части СИЗО. Завтра, к семи утра выедет туда. Часов до девяти, у него будет время поработать с Железякой. Железяка против «кума» не попрет. Тот камеру или продол заморозит, передачки получать никто не будет. Железяку зеки сами порвут. Братан, ты не переживай, все будет в норме. Но ящиком водки не отделаешься.

Алик с Игорем распрощались и разошлись. Был уже двенадцатый час, когда Игорь подходил к дому. Чертыхнувшись, что кто-то опять выкрутил в подъезде лампочки, он начал подниматься на ощупь. Краем глаза, даже не глаза, а на уровне подсознания, он ощутил какое-то движение и начал поворачивать голову. После сильного удара по голове, у него потемнело в глазах, и Игорь он опустился на пол. Очнулся от резкой боли в руках и ногах. Игорь попытался подняться, но вновь потерял сознание. Второй раз он пришел в себя, когда двое мужчин атлетического телосложения, с лицами дегенератов, выволокли его, на улицу.

— Куда его?

— Как куда? Мусор к мусору. Возле контейнеров и бросим.

Подтащив Игоря к мусорным бакам, мужчины прислонили его спиной к одному из них, а сами прошли за угол дома, где их ожидал большой черный джип. Оба сели на заднее сидение. Водитель повернул к ним голову и спросил.

— Как прошло?

— Слон, не переживай, все ништяк. Как ты и сказал, ноги, руки поломали. За что его так жестоко?

— Нашу кассу снял.

— Так, за это, перо в бок надо. Касса это святое.