— Может, вернешься, к своим? У меня есть возможность это организовать.

— Нет, Иванович. Я там уже не смогу работать.

— Может, неделю отгулов возьмешь?

— Нет. Это не поможет. Я, все слишком поздно понял. Теперь, уже ничего не исправить.

— Ну что ж, тебе решать. Ты, Алика не встретил, когда ко мне шел?

— Нет, не видел.

— Спать уложите, а то будет болтаться, где его не просят. Пришел, ни петь, ни рисовать.

— Хорошо, Иванович, сделаем.

— Тогда свободен.

— У меня тоже вопрос есть. Я, Витьке место нашел, но надо два-три дня, что бы на собеседование съездить.

— Что за место?

— Старшим опером, в разбойном отделе.

— Там, у вас на севере?

— Да.

— Жаль парня терять. Из него, хороший бы, опер, получился. Через год-два, всех бы за пояс заткнул. Но им с Женей не ужиться. Характеры одинаковые. Кому-то придется уйти. Скорей всего Вите. Пусть пишет рапорт на пять дней, в счет отпуска.

Игорь встал с кресла и вышел из кабинета. В нем действительно что-то перегорело. И не сегодня и не вчера. Черное равнодушие накатывало как снежный ком. Он все чаще ловил себя на том, что бы элементарно прострелить голову и не мучиться. Останавливало только то, как это воспримут жена и дети. Когда он вошел в кабинет, Алик сидел на столе и размахивал полупустой бутылкой водки, пытался что-то петь, но слов было не разобрать, одно мычание. Виктор, о чем-то задумавшись, стоял у окна и смотрел на небольшой магазинчик, где грузчики пытались натянуть гирлянду.

— Через неделю Новый год. — Подумал Игорь. — Самый любимый детский праздник. С весельем, детскими утренниками и подарками. Как он его в детстве ждал. Когда отец из леса приносил небольшую елочку, которую всей семьей целый вечер наряжали. Утром, просыпаясь от смоляного, лесного запаха он бежал к елочке, где лежал кулек с конфетами и с парочкой мандаринов. Как оказывается, мы быстро стареем. Жизнь, запущенным бумерангом, возвращается в небытьие. Что-то я расклеился, одернул себя Игорь.

— Виктор, пиши рапорт, на пять дней и к Ивановичу за визой.

— С какого числа?

— Да, хоть с завтрашнего.

— А деньги где на билет взять?

— Алик же, где-то нашел. Оставили возле подъезда, без копейки денег в кармане, а он пришел пьяным, да еще и принес полбутылки водки.

— Ты, его еще просто не знаешь. У него такое бывает. Попадет вожжа под хвост, обежит полгорода, но деньги найдет. Зато потом полгода может ни капли в рот не взять.

— Вот и возьми с него пример. Найди, у кого занять. Тебе надо до Нового года обернуться. Ищи деньги прямо сейчас. Иванович сказал, что бы Алика спать уложили.

— Он, сейчас сам спать ляжет. Когда песни петь начинает, это у него последняя стадия. Нужно только стулья составить.

Они составили стулья. Алик поставил недопитую бутылку на стол и держась за спинки стульев, лег. Виктор накрыл его бушлатом.

— Витя, что сегодня делать будем? А то меня, с этими американцами, из колеи выбило. Даже не знаю, за что хвататься.

— А давай, на адресок смотаемся, который Седой подсказал.

— Давай, только рапорт Ивановичу отнеси.

Виктор быстро нацарапал рапорт, сходил к Ивановичу. Тот подписал его и отнес в секретариат, для регистрации. Одевшись, оперативники вышли из здания УБОП, морщась от холодного ветра, прошли на улицу, которую назвал Седой. Обошли ее вдоль и поперек, но найти указанный дом не могли. Виктор остановил перебегавшего дорогу парня и спросил того. Парень рассмеялся и сказал, что если кто не знает, то ввек не найдет. Дом стоит на соседней улице, в конце, если они к Сашке, то им нужно поторопиться. Тот хотел перекусить и собрался идти на рынок. Добавил, что сегодня на рынке много карасей с богатыми лопатниками, кошельками. Парень, передернув от холода плечами, убежал. Игорь и Виктор уже почти подходили к дому, когда из ворот вышел хорошо одетый парень, чужие лопатники, пошли ему в прок. Что его насторожило? По-видимому, цепкий, жесткий взгляд Виктора. Оглянувшись по сторонам и поняв, что назад в дом не успеет, парень подпрыгнул, ухватился за верх высокого соседнего забора и перемахнул через него. За забором раздалось злобное рычание и дикий визг. Открыв калитку, Игорь с Виктором зашли во двор. Саша лежал лицом в сугробе, и большая азиатская овчарка держала его за лодыжку. Попрыгушник-побегушник, боялся пошевелиться. Пес решил поменять лежащий возле будки обглоданный мосол, на более свежий. Увидев, вошедших, пес отпустил ногу и завилял обрубком хвоста. Признал в них своих, родных, собачьих кровей. Виктор, стараясь не делать лишних движений, подошел, к лежащему на снегу. Взял его за воротник куртки и поволок к воротам. Овчарка обиделась, что ее лишают законной добычи, успела несколько раз цапнуть Сашу за ногу. Тот еще раз взвыл и на порог дома выскочил хозяин, старый цыган и начал громко вопить.

— Вы, что сволочи, делаете. Вы же напугали мою собаку. Если вы мне сейчас не заплатите, то я спущу ее с цепи.

Игорь издалека показал ему удостоверение. Хозяин собаки недовольно заворчал.

— Мужик, ты не ругайся, лучше найди, чем перевязать. Видишь, кровью истекает.

Хозяин собаки зашел в дом. Пока Игорь и Виктор осматривали укусы, из которых обильно текла кровь, цыган вышел из дома. В руках у него была бутылка спирта, какая-то мазь и бинты. Пока Виктор перевязывал раны, цыган попросил Игоря, признав его старшим, не трогать собаку. Он решил, что потерпевший, тоже опер. Игорь рассмеялся и сказал, что такой собаке нужно памятник ставить. Цыган довольно хохотнул.

— Да, у меня Цезарь золотой. Он уже пять лет, как участвует в собачьих боях, но еще, ни разу, не проиграл. Я вообще понять не могу, как он вас к этому парню подпустил. Он только меня слушается. Дети с женой стороной его обходят.

Распрощавшись с гостеприимным хозяином и его псом, опера повели задержанного в УБОП, благо идти не далеко было. Дом находился почти на задворках. Первым делом пришлось вызвать врача. Раны, не смотря на перевязку, кровоточили. Врач, который приехал на скорой, обработал раны, вкатил Саше укол от столбняка, и сказал, что ничего страшного.

— Мужики, а где это его так?

— Проголодался. Хотел, у собаки, кость спереть. А это не только у людей не приветствуется, но и у собак.

— Это точно.

Врач собрал чемодан и ушел. В кабинет зашел новый начальник отделения, Сергей. Увидев лежащего на стульях Алика, с которого сполз бушлат, он поморщился.

— Очнется, дайте ему в ухо и гоните домой. Игорь, зайди срочно к секретчику, документы получи, пока тот на обед не убежал. Виктор, а ты к начальнику УБОП. Тот уже полчаса рвет и мечет. Тебя найти не может.