Джек был поражен. Гостья говорила о том же предмете, что и Фелпс, только сообщила намного больше подробностей. Фелпс упоминала только о размере и разноцветных волокнах. Увы, ни той, ни другой Джек ничем не мог помочь.

— Вот приблизительно такой альбом я ищу.

— Понимаю. Но полупрозрачные листы с вмурованными нитями — это почти легенда. Вроде бы их делали как раз здесь, на островах Флорида-Кис, ещё до войны. Причём делали вручную, кустари-одиночки, используя волокна из стеблей каких-то редких растений, по секретным технологиям, которые теперь никто не помнит. Но я такого ни разу не видел. И даже не видел того, кто видел, — Джек говорил правду. Только правду. Но это была не вся правда. Ему было неловко, словно он обманывал бабушку, но иначе он обманул бы мисс Фелпс. Чего делать не хотелось. И не только из-за полученных денег. Она была весьма суровой женщиной.

— А что-то похожее?

— Последний раз я продал нечто подобное три месяца назад, коллекционеру с континента…

— Коллекционеру?!

— Да. Люди собирают всё, в том числе и фотоальбомы. Как марки или бабочек. Это старое здание, туристы заходят сюда просто, чтобы посмотреть, что внутри. И один такой сфотографировал мой интерьер. А потом выложил фотку в интернет…

— Выложил?…

— Ну да. А коллекционер этот, — он открыл на компьютере свою бухгалтерию, — вот он, из Сент-Питерсберга, увидел на ней тот альбом и приехал за ним. Не поленился. И торговаться не стал. Без разговоров отдал восемьсот долларов. Я теперь думаю, что и тысячу можно было попросить.

Гостья, презрев усталость, подошла, чтобы посмотреть на монитор. Лишь заметив недоумённость в её взгляде, он понял, что увидеть она хотела не строчки из торгового баланса, а ту самую фотографию. К счастью, Джек помнил, где её искать.

— Вот он, видите, — пояснил он, тыкая в корешок на экране, — такой зеленоватый.

— Восемь сотен! — воскликнула старушка. — Вот уж не ожидала. Серьёзный вызов моей щедрости.

— К сожалению, мне нечем бросить этот вызов. Ничего подобного у меня сейчас нет в ассортименте. Увы… Но тот экземпляр, о котором вы говорили, стоил бы намного больше. «Ещё бы, если за одну только информацию о нём и им интересующихся, я могу получить тысячу». Это, как я уже говорил, шедевр. Если только он существует.

— Намного?

— Да, может быть, несколько тысяч.

— Несколько тысяч… Вот раскатала губу, старая дура. Скажите, Джек, а вы-то как тот, проданный, экземпляр получили, если не секрет?

— Купил с рук, у кого-то из местных жителей. Сейчас уже не помню, как его звали. Пожилой мужчина. Тучный такой, с довольно темной кожей… Кажется, он жил где-то неподалеку… — Джек виновато развел руками.

— А про него ничего нет в ваших записях? — она кивнула на монитор.

— К сожалению, нет. Это ведь расходы, а не доходы. С них налоги платить не надо. И документально оформлять покупки с рук не обязательно, если только продавец не настаивает. А этот как раз не настаивал. Сразу получил свои три сотни и, довольный, ушёл.

— Может, у него другие альбомы есть? — с робкой надеждой в голосе спросила гостья.

— Не думаю, иначе он бы давно их принёс ко мне. С деньгами у мужика явно туго.

— Что же мне делать?

— Даже не знаю, что посоветовать…Моя основная работа — фото и видео съемка. Без ложной скромности, скажу, что у меня получается. Не зря учился. Чуть хуже выходит монтаж и редактирование, но тоже жалоб нет. А торговля аксессуарами — это так, приработок… Вообще-то, где-то на острове есть антикварная лавка…

— Есть, но у них нет фотоальбомов, я там уже была. Собственно, это оттуда меня направили к вам.

— Можно походить по гаражным распродажам. Ну, знаете, когда люди вытаскивают старый хлам с чердаков, подвалов, сараев и отдают соседям за центы. Чтобы те снова попрятали это в погреба и гаражи.

— Вы же понимаете, что на это надежды мало. Мы не в большом городе живем.

— Есть ещё один фотосалон, на другом берегу острова. Это, конечно, мой конкурент, но я не настолько жаден. Вот их адрес, — Джек достал из ящика стола рекламную карточку и протянул бабушке.

— Спасибо. Ох, но это уж не раньше завтрашнего дня. Два таких путешествия за сутки моё тело не выдержит. Спасибо, Джек, вы были очень добры и внимательны ко мне. Я ведь понимаю, какими утомительными мы, старики, бываем.

— Ну, что вы, мэм, у меня так мало клиентов. Я только рад возможности с кем-нибудь поговорить. Если вы оставите свой номер, я обязательно позвоню, когда что-нибудь появится.

— Ой, Джек, я же и не представилась даже. Вот старая склеротичка. Конечно! — она углубилась в свою сумку и через некоторое время выудила-таки оттуда визитку. — Возьмите, пожалуйста. Меня зовут Фиона Аптон.

— Я непременно сообщу, если будут хоть какие-то сведения, миссис Аптон, — Джек посмотрел на карточку. Там было только имя и телефонные номера.

— Что ж, тогда я, пожалуй, пойду… Вы не переведёте меня через дорогу? Сейчас такое движение!

— Ну конечно! — Джек взял её под руку. Точнее под рукав. Ткань жакета оказалась настолько плотной и толстой, что человеческая конечность сквозь неё совсем не прощупывалась.

Время давно перевалило за полдень, но и до заката было ещё далеко. Самая жара. И как только бабушка Фиона не плавится в своих одеждах? Они вышли на раскаленную улицу. Редкие полураздетые прохожие спешили мимо, к спасительным пляжам и кондиционерам, совершенно не проявляя интереса к фотографированию. А вот машины действительно имелись в обилии. Мимо прополз грузовик с продуктами из северного порта, таща за собой целую вереницу легковушек, не способных обогнать его из-за интенсивного движения по встречной полосе. Миссис Аптон вцепилась в руку Джека.