– Ага, – кивнул Ольг. – Утомился малька.

– Меня не западлу будет по-быстренькому обслужить? – заискивающе посмотрел мужик.

– Нисколько, – улыбнулся Ольг. – Только чуть позже, потолкуем сначала.

– А может, потом? – в глазах у мужика разгорелся огонек.

– Можно и потом, – согласился Ольг. – Залазь.

Мужик жадно втянул несколько раз из палочки дым, отбросил и кинулся к своей двери, вскарабкался внутрь. Ольг уселся обратно, захлопнул дверь. Мужик, не сводя с него горящих глаз, задергался на сидении, расстегивая портки. Ольг протянул руку, взял железными пальцами сзади за шею, сдавил слегка, в глазах у мужика появилось растущее удивление.

– Не торопись, – покачал головой Ольг.

– Сам хочешь? – шепотом спросил мужик.

Ольг отвернул его голову, заставляя увидеть скорчившегося Чалого с неестественно вывернутой шеей. Мужик, увидев залитый кровью труп, икнул и задергался. Ольг быстро отшвырнул его от себя, вышибая его головой окно. Мужик вывалился, рвотные судороги сотрясали тело. Ольг дождался, пока тот успокоится, дернул на себя, посадил обратно на сидение и жестко взглянул в испещренное порезами лицо.

– Здесь немного меняются правила поведения, – почти ласково проговорил он. – Я думаю, ты это понимаешь. Теперь я спрашиваю, а ты отвечаешь кратко, точно и понятно. Усек?

Побелевший мужик нервно кивнул, нащупывая что-то под сиденьем. Ольг дождался, пока в воздухе мелькнет кусок железа, перехватил руку, с наслаждением выкрутил до хруста суставов, выхватил железку, огрел по лбу. На месте удара тут же вздулась синеватая шишка, глаза мужика закатились, и он обмяк на сидении.

– Ну, – с разочарованием протянул Ольг. – Не люблю притворщиков. Придется врезать посильнее.

Мужик тут же открыл испуганные глаза. Ольг довольно улыбнулся.

– Так-то лучше. Итак, вопрос номер один. Куда едем?

– В Москву, – еле слышно прошептал мужик.

– Громче, громче, – тряхнул его Олег. – Пока расспрашиваю, ничего не сделаю. Что за место Москва?

– Столица, – от удивления мужик заговорил внятно.

– А как страна называется?

– Россия, – у мужика забегали глаза. Не иначе как сумасшедший. Сбежал из какой-то лечебницы, потому и шлялся голым по дороге.

– Большая страна? Кто царем?

– Нет царя, президент есть.

– Что еще за президент? Правителем кто?

– Президент.

Ольг махнул рукой, сам разберется, у кого хатка покраше, тот и правителем.

– Ладно, долго еще ехать?

– Около двух часов. К рассвету доберемся.

– Ну и хорошо. Помчали.

* * *

Дорога была ровной, неслись быстро, на конях не угонишься, Ольг расспрашивал трясущегося мужика, тот мямлил, путался в ответах, но в голове у Ольга уже выстраивалась ясная картина.

Страна огромная, народу в одном городе, как в родных землях на всем континенте, но живут так же, торгуют, бьются, более удачливые задавливают соседей. В городе относительный порядок и то по темным улицам ночью ходить небезопасно.

Магии не знают, была когда-то древняя, могучая, но сейчас следы от нее только в старинных преданиях остались, задавили, изничтожили. Вместо нее наука, заменили достижения мысли и умения на механических слуг.

Правила добра и зла определяет церковь, поклоняется единому богу, умело направляют умы и сердца жителей, искусно держат в неведении. Мужик не мог на память целиком ни одной молитвы вспомнить, но про другие веры отзывался фанатично, готов был хоть сейчас жечь, крушить, давить их последователей.

Власть держит кучка политиков, поддерживаются армией, живущей на гроши. Вместо королевских податей государственные сборы, собираемые специально учрежденными конторами, вместо запретов законы, вместо смертной казни для тех, кто поднимается выше планки – наемные убийцы. Страна милосердна, жителей понапрасну не разбрасывает, но ненужных давит, заставляет жить впроголодь, из границ выпускает с огромной неохотой. Добраться до царя простому человеку невозможно, любую жалобу перехватят, сотрут, вместе с человеком, на всякий случай.