— Как же долго я этого ждал, — довольный, словно все это действие было ради одного зрителя, который теперь остался один на один с ведущим актером. — Сколько нервов и сил моих ты потратил за… сколько? Два месяца? Три?

Никакого ответа. Только шум бьющихся о борт волн нарушал тишину, витавшую в воздухе.

— Неважно, — покачал головой мужчина, доставая из кармана зажигалку. А затем нож. — Сейчас все получат то, что заслужили, — беспокойный огонек вспыхнул на уровне темных тусклых глаз. — Видишь?

И снова тишина, которая лишь раздражала того, кто хотел услышать мольбу о пощаде. Однако как показала практика, даже при отсутствии какой-либо реакции собеседника, замолкать мужчина не собирался.

— Это средство возмездия. А в сочетании с этим, — старое лезвие рассекло оранжевый огонек, постепенно раскаляясь. — Я не только выполню приказ, но и получу возмещение морального ущерба за все то время, что приходилось видеть твою поганую рожу.

Нужно было ответить. Сказать хоть что-нибудь. Но тогда этот тип получил бы желаемое и потерял всякий интерес к своей жертве. А значит мог отвлечься и заметить Соню. Допустить этого Виктор не мог. И так из-за него собственная дочь покинула безопасные стены, рискуя жизнью. Не ради того, чтобы умереть от глупой ошибки родителя. Ей нужно было время. Еще пара секунд.

— Ну что же ты молчишь? — приторно-сладким голоском пропел конвоир, раскаляя металл до красного оттенка. — Неужто хваленое красноречие закончилось именно сейчас?

Соня заняла удобную позицию, едва выглядывая из-за старых ящиков. Голова с лысеющей макушкой на прицеле.

— Я предпочитаю действовать.

О чем шла речь, мужчина понял не сразу. А когда опомнился, было уже поздно. Шесть патронов. Первый из которых попал прямиком в голову любителя раскаленного металла. Не теряя времени, Виктор пригнулся, уворачиваясь от стремительно падающего тела, делая рывок в сторону ближайшего охранника. Который времени не терял.

— Один нужен живым! — успел выкрикнуть мужчина, чем сильно сбил планы дочери.

Соня замешкалась, на мгновение теряя концентрацию, что и стало ошибкой. Заминка позволила растерявшимся охранникам выхватить оружие, начиная стрелять в сторону прозвучавшего выстрела. Девушка вовремя скрылась за ящиками. Острые щепки, полетевшие от задетого пулей ящика, задели кожу, но боли не было. Адреналин в крови делал свое дело, отодвигая все побочные чувства на задний план.

— Посторонние на кор… — договорить любителю покричать не дали — Виктор добрался до него раньше, сбив с ног. — Ах ты…

Короткий удар рукояткой обреза утихомирил перевозбужденного товарища, устраняя еще одну проблему. Помогая встретиться тем, кто так давно ждал этой встречи.

— Какого черта ты здесь делаешь? — у него голос дрожал, когда, едва развязав руки, прижимал дочь к груди. И вроде бы не место и не время, тем более что последний торговец все еще палил в воздух, кроя сбежавших трехэтажными проклятьями, но несколько секунд у них было. — Соня, нельзя так…

— Я боялась, что ты мертв, — судорожно выдохнула девушка, сжимая пальцы на спине отца. Отпускать категорически не хотелось. И это было взаимно. — Боялась не успеть. Ты не представляешь, как мы спешили и даже не знали сможем ли быть вовремя.

— Мы? Кто еще здесь? — хотя и так догадывался. И все равно не был рад, что столько людей рисковали жизнями.

— Доигрались.

Злобное шипение сверху заставило людей вздрогнуть. Виктор крепче прижал к себе дочь, кидая взгляд на обрез в ее руку. Поздно — дуло уперлось прямиком ей в голову, вынуждая замереть обоих.

— Думала проберешься сюда и так просто сбежите? — цедя каждое слово, не сводил с них яростного взгляда торговец. Одного движения хватило бы, чтобы мужчина нажал на курок. — Ничего, за двоих мне больше заплатят.

Снова разговоры. Снова бесполезные длинные речи в неподходящий момент. По мнению Сони именно так люди и проигрывают сражения. Сама недавно проверила это, на личном опыте. Сейчас ситуация была похожа. Громко стукнулась о стену дверь за спиной торговца. Выстрел.

Не в голову, но мужчина все равно выронил оружие, падая перед ними на землю.

— Очередной любитель разговоров?

Быстрыми шагами к ним приблизился последний член их веселой компании. Тяжело дышал, но все равно был здесь, с ними. Живой.

— Хреново выглядишь, — говорил нарочито небрежно, но Соня видела на лице беспокойство вперемешку с облегчением. — Вы оба.

— Что вы за люди такие, — крепко обнимая юношу, счастливо улыбнулся Виктор. Шутка ли, оба ребенка здесь, в самом центре опасности. — Не сиделось в бункере?

— Как мы могли сидеть там, в безопасности, когда ты здесь? — возмутилась Соня. — А Сергей даже отправлять на помощь никого не хотел!

— Зобин, — хорошее настроение от воссоединения с детьми резко сошло на нет, стоило услышать имя товарища. Бывшего товарища. — Секунду.