— Ты постой. Че это ты так? Подавись! Ты че, недоволен, что ли?

— Доволен, доволен, — сказал Килил, не оборачиваясь.

— Нет, ты недоволен! А сейчас ты будешь доволен!

Крашеный не стал больше доискиваться поводов для драки, он просто подскочил к Килилу, намереваясь смазать его кулаком по затылку.

Килил отпрыгнул в сторону. Он уже успел присмотреть суковатую палку длиной в метр и в руку толщиной. Схватил ее, поднял.

Трое остановились.

— Башки порасшибаю! — сказал Килил.

— Трус! — сказал крашеный, беря на самолюбие. — С палкой и дурак может!

— А я как раз дурак!

— Как лаз дулак! — передразнил сопливый картавость Килила, И, нагнувшись, поднял комок сухой грязи, кинул в Килила.

Тут и его друзья поняли, что делать, тоже начали кидаться грязью и камнями.

Килил отступал спиной, уворачиваясь, отбивая камни палкой. В него попал всего один, в ногу, не больно. Килил уже был в начале дачной улицы. Тут он чуть не оступился, оглянулся, увидел у забора кучку щебенки. И открыл ответный огонь. Попал в сопливого, тот взвизгнул. Килилу было удобней: щебенка под рукой, а им приходилось искать снаряды. Поэтому они стали прятаться за деревьями у пруда. Улучив момент, когда они все попрятались, Килил побежал. Бежал, сворачивая и петляя, уводя преследователей (если они преследуют) от своего дома.

Возвращался к дому осторожно, медленно, постоянно оглядываясь.

Вскипятил воды, попил чаю и сказал себе, что ничего страшного не случилось. Наверняка у этих местных пацанов такие стычки с дачниками происходят чуть не каждый день. Вряд ли они будут специально искать его, тем более что они хоть и пострадали от его камней, зато получили удочки.

Но в поселок лучше пару дней не ходить. Да и не надо: продуктами он запасся.

Жалко, ухи не будет. Зато можно сходить в тот лес, который за дачами, и поискать грибы.

Килил отправился туда. Дачные участки, чем ближе к лесу, тем были все дряхлее и запущеннее, а потом началось поле, все в ямах и траншеях. Некоторые были укреплены досками и бревнами, и Килил догадался, что это не просто траншеи, а окопы. А вон какие-то большие зеленые щиты. Наверно, это военный полигон, а щиты — мишени, тут солдаты учатся стрелять. Значит, должны быть патроны, пусть даже стреляные. И Килил, забыв о грибах, начал поиски. И вскоре набил полные карманы пустыми гильзами, а потом начали попадаться настоящие патроны. То есть не совсем настоящие, без пуль, головки сдавлены на конус и покрашены красной или синей краской. Но, сравнивая с гильзами, Килил увидел, что капсюли у них целые. Наверно, это холостые патроны, которыми стреляют для шума [5] . А потом попались сразу два целых, лежавшие рядышком. Абсолютно настоящие, да еще новенькие, желтые, приятно тяжелые в руке. Килил выкинул пустые гильзы, потерявшие для него интерес, и вернулся домой со своим богатством, чувствуя себя совершенно счастливым человеком.

Ольга и Геран собирались в дорогу. Как только Ольга узнала от Полины новость, тут же решила: ехать. Теперь все ясно, Килил отправился к бабке. Ему там очень понравилось, когда они там были, он с большой неохотой уезжал и даже говорил, что хочет вернуться сюда насовсем. Ольга торопливо давала Гоше указания: сходить в милицию и узнать, нет ли чего нового (на тот случай, если Килил поехал куда-нибудь не туда и его, может, видели еще в каком месте), а потом сидеть дома; возможен вариант, что Килил передумал и вернется с полдороги. Геран звонил на вокзал и узнал, что ближайший поезд через три часа. О наличии билетов сказать не могут, только в кассах. Ольга была уверена, что билеты будут. В крайнем случае придется заплатить бригадиру проводников и устроиться в служебном купе, она ездила так к матери, когда та заболела.

Тут появился Карчин.

По дороге сюда он все ждал неприятностей. Каких-нибудь опять самолетиков или еще чего-то в этом духе. Не смотрел на перекрестках, стоя перед светофорами, ни вправо, ни влево. Вдруг телефон переливчатой мелодией известил, что пришло письменное сообщение, SMS-ка. Карчин нажал на кнопку, прочел: «Целую, Даша». Какая Даша? Что еще за Даша и с какой стати ей вздумалось его поцеловать? Мимолетная подружка? — но у него давно уже нет мимолетных подружек. Было дело, грешен, якшался с несколькими проститутками, из них две считали его своим постоянным клиентом. Он хотел позвонить по указанному номеру, но тут новое сообщение. «Целую, Соня». И еще одно: «Целую, Микса». И еще: «Целую, Дана». И еще: «Целую, Борис». И еще: «Целую, В. В.» Сообщения сыпались одно за другим, телефон сигналил не переставая. Карчин отключил звук, бросив трубку на сиденье. Краем глаза видел, как дисплей то и дело вспыхивает, получая все новые сообщения. Карчин отключил телефон совсем. Надо бы посмотреть, есть ли там функция запрета приема сообщений; раньше в ней не было надобности.

Настрой у Юрия Ивановича был решительный. Он увидел сборы и сразу все понял.

— Что, хотите поехать туда и перепрятать сына? Извините, не получится! Варианта два: я вызываю наряд милиции и едем туда вместе — или едем без милиции, сами. И вы там хоть что с ним делайте, хоть наизнанку выверните, но чтобы документы были!

— Опять хамите? — стоя в двери своей комнаты, поинтересовался Гоша.

— Заткнитесь, юноша, вас это не касается! Ну? Едем?

— Мы и так собрались, — сказала Ольга. — Думаете, мы не волнуемся? Мы сами только что узнали. А вам кто сказал?

— Неважно. Узнали они! Скажите еще, что не сами его туда отправили! Ладно, не будем. Вы собрались? Отлично! Едем!

Геран догадался:

— Вы на машине, что ли, хотите?

— Конечно. На поезде и дольше, и вообще. Хочу контролировать ситуацию. Не беспокойтесь, у меня машина комфортная!

— Не уверен, что это быстрее... — начал вслух размышлять Геран, но Ольга уже была согласна. Поезд через три часа, а тут — уже сейчас. Для нее это было решающее обстоятельство. Чтобы уже ехать, не томиться ожиданием, приближаться к Килилу. Только бы он был там!