Спустя несколько минут, на столике появился поднос с заказанной едой. Из носика белоснежного чайничка поднимался пар. Аромат лаванды успокаивал.

— Спасибо большое, — я с большим удовольствием принялась за ужин.

«Завтра меня ждет первый учебный день и все то новое и неизведанное, о чем рассказывали братья». От еды отвлек свист с улицы и гомон мужских голосов:

— Гони его! Сейчас попадется, на кладбище не уйти!

Открыв окно, я осторожно выглянула.

На улице, в тусклом свете фонарей, у общежития стояла группа из пяти парней, в руках они держали охотничьи хлысты и ритуальные кинжалы. «В такой час положено отдыхать, а не гулять», — меня это насторожило.

— На ночь глядя задумали устроить охоту? — я принялась быстро одеваться. Зашнуровав ботинки, и выбежав из комнаты, я понеслась по коридору и ступеням вниз.

Группы видно не было, но на кладбище горели шарообразные магические сферы.

«Дьявол, они что же, решили перед учебой совершить парочку ритуалов или жертвоприношений?», — для таких процедур использовали животных или человеческую кровь — это было запрещено. «Видимо, таким целеустремленным законы не писаны», — я поспешила за парнями.

Так и оказалось: охотники поймали маленького лисенка и держали за загривок. Его шкурка была обагрена кровью, смешанной с грязью. Они расставили черные свечи и начертили пентаграмму на одной из мраморных плит, которую я сегодня отреставрировала, приведя в идеальное состояние. Сейчас же светлый камень испачкали черными разводами, поплывшим воском и кровью.

— Принесем жертву ради удачной учебы и силы нашего факультета, — объявил худощавый парень.

Судя по дорогой одежде и родовому перстню с драгоценным камнем, он был аристократического происхождения. Такие колечки я распознавала с первого взгляда, но порадоваться за свой факультет не могла. Подобные ритуалы носили символический характер, а никак не придавали ума и сил тем, кто его проводил. Банальная праздность ради прирезанной зверушки подняли в моей душе волну гнева.

Слившись с мраком и обернувшись тенью, я незаметно к ним подкралась. Эта способность была подвластна лишь сильнейшим некромагам, я же овладела ею еще в детстве.

Когда хлыщ занес над лисенком серебряный кинжал с рукоятью, инкрустированной драгоценными камнями, я подула в его сторону ледяным дыханием некромага, которому меня обучил Малефикарум. Лезвие и рукоять кинжала покрылись толстой коркой льда. Парень вскрикнул и выронил оружие из обожженной холодом руки, обернувшись к сгустившемуся мраку.

— Ариан, что случилось? — спросил его напарник, потянувшись к валяющемуся на земле кинжалу, но одернул ладонь, зашипев от боли.

— Отдай животное и вместе с дружками приберите этот бардак, — прошипела я.

«Это любимый способ отца и братьев. Вместо зачаровывания плащей-невидимок — сливаться с окружающим мраком».

Студенты с испугом смотрели на сгусток тьмы.

— Не люблю, когда оскверняют Мое кладбище, — я усилила туман.

Змеями он пополз к ногам парней, опутывая их по колено, замедляя движения, заставляя дрожать от страха и холода.

— Ты кто? — гневно спросил Ариан, дергая ногой и пытаясь отогнать появившуюся из тумана петлю. Она же обвилась вокруг лисенка и держащего его Ариана, тот нервно вздрогнул — животное упало на траву.

— Смерть несущая, — прошептала я, нагнетая обстановку.

«Они примут меня за сильного призрака, а с такими лучше не связываться. Подобная нечисть легко проникает в слабое духом тело и занимает его, выкинув никчемную душу». — Еще раз вздумаете проделать что-то подобное, и я отправлю ваши жалкие душонки в преисподнюю или подселю кого-нибудь из моих соседей, здесь их полно…

Отовсюду послышались охи и вскрики, растревоженные непрошенными визитерами, призванные мной духи покойных стали медленно выплывать из могил и склепов.

«Отцу будет интересно узнать, как преподаватели не замечают ночных мероприятий».

Самый смелый из пятерки запустил отпугивающим заклинанием — мой ментальный щит дрогнул, но не пропустил заклинание, и оно отскочило — врезалось в дерево и оставило в нем трещину. Если бы отец не водил меня с братьями на практику, сейчас я бы оказалась в незавидном положении против пяти парней.

«Хватит с ними играть, дело к ночи», — одернула себя я:

— Пошли вон, — прохрипев и окутав каждого нарушителя отделившимися от моего бесформенного тела черными путами, я столкнула парней между собой.

«Шишки и расшибленные лбы грозят всем», — первым сбежал заводила Ариан, а когда испуганные крики остальных донеслись из-за ограды — кладбище погрузилось в безмятежный сон. Духи улеглись, а я вышла из мрака и склонилась над шерстяным комочком, завернув его в куртку.