— Богато… — проговорила Рин. — Не так давно здесь были пустыри…

— Теперь твои слова не дают мне покоя, — признался Анхельм. — Помнишь, я мучился с налоговыми отчетностями? Я-то надеялся, что невязка в налоговых декларациях — ошибка казначея, но теперь вижу, что нет, это казначей получал неверные цифры. Что если здесь и вправду работорговля? Закон Соринтии на эту тему выражается предельно ясно: смертная казнь. Если все действительно так, я вынужден буду действовать без промедления. Но — боги свидетели — у меня нет на это времени!

Рин бросила на него осторожный взгляд: герцог был напряжен и мрачен, голубые глаза смотрели подозрительно, а губы сузились в ниточку. Он нервно крутил перстень-печать на пальце и разглядывал виллы.

— Губернатор знает о моем приезде, я отправлял почтового голубя еще из Гор-ан-Маре, — добавил он, и Рин сердито фыркнула.

— Зачем? Неожиданный визит был бы куда эффективнее!

— Этикет требует предупреждать высокопоставленных персон о своем визите. Он не обычный горожанин, — объяснил герцог. — К тому же, у меня есть дела к нему, мне нужно было, чтобы он подготовился. Естественно, я не рассчитывал, что встряну в историю в первый же час после прибытия.

— Анхельм, — позвала Рин, и он перевел взгляд на нее. — Что будем делать?

Герцог задумчиво пожал плечами.

— Что делать с этими двумя? — уточнила Рин. — С порога бросить ему их под ноги — не лучшая тактика.

— И не думал об этом. Сначала я расспрошу его о делах, а ты слушай и сопоставляй с тем, что тебе известно. Конечно, ты тоже будешь вовлечена в беседу, поэтому старайся как можно меньше отвечать на его вопросы. Покажи всем своим видом, что ты стесняешься его, разыграй, что слишком сильно устала с дороги и хочешь отдохнуть. Что угодно!

— Притворюсь, что у меня болит горло и пропал голос. Скажешь, что меня продуло на корабле.

— Хорошо, подойдет. Моя задача — вынуть из него максимум информации, а затем сопоставить его рассказы с реальностью и тем, что ты знаешь.

— Если я захочу что-то сказать, буду писать тебе записки.

— Да. Твоя одежда… точнее, твое оружие тебя может выдать.

— Боюсь, что мы уже уехали слишком далеко от торговых кварталов… — покачала головой Рин. — При мне Соколиная песня, револьвер и кинжал. Попробуй-ка спрятать Песню в дипломат, под бумаги?

Рин отстегнула ножны и протянула Анхельму. Тот раскрыл дипломат и попробовал уложить, как она сказала. Крышка закрылась с трудом.

— Ну, никто не увидит, если будешь аккуратен, — понадеялась Рин. — Револьвер останется со мной, ты все равно не умеешь стрелять.

Рин отстегнула с бедра кинжал и взвесила в руке.

— Давать его тебе бесполезно, а на мне он будет выглядеть подозрительно.

Анхельм взял у нее оружие, отвернул полу пиджака и спрятал в потайной карман. Ткань заметно вытянулась вниз.

— Видно, что у тебя в кармане что-то есть.

— Ну и что? Может, я там кулек монет по три рема несу. Я герцог, он не посмеет задавать вопросы. Кстати, вспомнил: я все время забывал показать тебе, где держу деньги.

— Это еще зачем? — удивилась Рин. Анхельм усмехнулся и снова раскрыл дипломат.

— Ты как маленькая. Мы очень далеко от дома, мало ли что случится. Смотри внимательно. На мелкие расходы деньги лежат в дипломате, вот в этом кармане. С крупными счетами другая история. У тебя с собой записная книжка?

Рин кивнула и достала из бокового кармашка на бедре свою записную книжку и карандаш. Анхельм взял и стал листать, ища пустую страницу. Рин перевернула сама и ткнула пальцем в список адресов в самом конце книжки.

— Ты пишешь не на соринтийском? — спросил Анхельм, записывая номер счета.

— Нет, это аириго. Я пишу на нем, чтобы не забывать родную речь, и чтобы никто не смог прочитать мои дневники.

— Понятно. Так, вот мой счет. Запомни его на всякий случай. Основной банк, который обслуживает меня, находится в Кандарине, мои дела ведет… дай допишу… Горан Малкович. Если расходы крупные, я предъявляю паспорт, ставлю печать моим перстнем и называю банковский счет, на который потом приходит чек.

— Представляю, какие чеки тебе придут, когда мы вернемся домой, — пробормотала Рин, вспомнив обо всех украшениях и платьях, которые лежали в ее чемоданах. Герцог рассмеялся.

— Не волнуйся, это из разряда мелких расходов. Крупные расходы — это покупка домов, предприятий, ювелирных изделий и так далее. Вернемся к нашим баранам. Свою легенду помнишь?

— Да ни к чему здесь легенда, — поморщилась Рин. — Называй меня по фамилии, а ему не представляй.

— Хорошо. Я все же надеюсь, что здесь все гладко, а недоразумение с этими двумя — действительно недоразумение.