— Здесь нет кровати, — проговорила она между поцелуями, надеясь, что он поймет тонкий намек. — А на полу грязно.

Вместо ответа он подхватил ее на руки и понес в кухню. Рин решила засунуть свое испорченное настроение поглубже и ответила на его ласки.

Когда они наконец смогли оторваться друг от друга, часы показывали половину второго ночи. Рин чувствовала себя совершенно вымотанной и слишком сонной, чтобы делать хоть что-нибудь, и предложила Анхельму остаться здесь до утра. Но он напомнил, что утром за ними заедет Кастедар, поэтому пришлось одеваться. Единственное, что ее волновало — это как они доберутся до дома в такой час. На это Анхельм заверил ее, что все продумал, и что у вокзала их ждет макина, которую он заказал еще утром. Рин в ответ только зевнула с опасным риском вывихнуть челюсть. И действительно: когда они дошли до здания вокзала, к ним подошел мужчина с круглым, как арбуз животом и пышными усами, и поинтересовался, не их ли он ждет.

Спустя еще час Анхельм принес спящую Рин на руках в номер, бережно уложил на постель и раздел. Спать им оставалось около четырех часов, но герцога это нисколько не тревожило: его любимая женщина была рядом, свидание удалось на славу, а то, что известие о доме ей не понравилось — это ничего. Он справится.

[1] Я сделала ту же ошибку

Я знаю ужасную боль

Милого сердца, которое было обмануто

Ожидание было таким долгим, таким долгим,

Было тяжело верить.

Я думала, что промахнулась с догадкой,

Я думала, что счастье для меня потеряно…

[2] Водопад Саливана находится на юге герцогства Кимри и является частью реки Арны. Высота — 1042 метра, свободного падения — 932, ширина — 133. Был открыт альтресийским геологом и исследователем Ярославом Саливаном в 3902 году во время первой экспедиции на юг Драконьих гор. Высота скалы, с которой стекает водопад, столь велика, что еще на середине свободного падения вода распыляется и превращается в туман. Примечателен тем, что вода падает не постоянно, а с перерывами. На вершине скалы река вытекает в глубокую чашу. Когда чаша переполняется, под давлением воды наклоняется камень, закрывающий ее, как природный шлюз, и поток обрушивается вниз.

До города Льяго они ехали долго, около трех часов. В макине помимо Рин и Анхельма был также и Фрис, который сидел на переднем сидении, рядом с Кастедаром. Никто не разговаривал, Фрис смотрел в окно, Анхельм читал, а сама Рин нырнула под руку герцога и спала на его коленях: просыпаться в восемь утра для нее было сущей пыткой. Когда проснулась, даже не сразу поняла, где находится. Макина остановилась перед пятиэтажным белым зданием с громадным парадным входом.

Кастедар привел их в зал, похожий на учебный класс: здесь было множество парт и доска. У окон стоял длинный кожаный диван, на котором расположилась компания. Демон сказал им ждать здесь, а сам ушел. Через некоторое время в класс вошли люди в белых халатах. Поздоровавшись с герцогом и его друзьями, они заняли места за столами и стали обсуждать предстоящий полет, о котором Рин читала в журнале. Затем вернулся Кастедар и жестом попросил всех подняться, после чего появилась королевская семья в полном составе: Илиас, Александра и Фиона. Илиас поприветствовал собравшихся и разрешил садиться.

— Господа! — начал он речь. — Сегодня мы присутствуем на испытаниях летательного аппарата, конструктором которого является ваш уважаемый коллега Георгио Феотокис. На это знаменательное событие, которое будет широко освещено в прессе по всему миру, я пригласил моего троюродного брата из Соринтии. Прошу приветствовать его светлость герцога Анхельма Вольфа Танварри Римера.

Анхельм поднялся и приветственно кивнул всем ученым. В это время Фиона и Александра также поздоровались и сели рядом.

— Мы собрались здесь, чтобы обсудить некоторые аспекты финансирования разработок, а также решить различные организационные вопросы, и я готов перейти непосредственно к делу, чтобы не терять время.

Кастедар, который остался стоять рядом с Илиасом, подал королю бумаги и очки, и тот прочитал:

— Первый вопрос от Виктора Бодо о новой гаубице. Отвечаю: да, я поддерживаю этот проект. Испытания завершились успешно, военная комиссия признала несомненную пользу и готова принять гаубицу Б-4 на вооружение. Ваш гонорар подписан, после совещания получите его у господина Эфиниаса. Поздравляю!

В зале встал один ученый и поклонился аплодисментам коллег.

— Второй вопрос от Светланы Крамской об утверждении испытаний шин для макин. Отвечаю: проект нуждается в доработке. Патент я утвердить не могу. Транспортная комиссия заявляет в протоколе, цитирую, «использование шины предложенной конструкции хотя и снизит аварийность, а также увеличит срок службы транспортного средства, вместе с тем значительно удорожит производство макины, а значит, соответственно повысит ее стоимость для потребителя». Думаю, госпожа Крамская, вы понимаете, что допустить такого на заре развития этой сферы индустрии мы не можем. Но я вижу, что комиссия признает несомненные достоинства изобретения, а посему предлагаю вам продолжить испытания и улучшить разработку в соответствии с замечаниями. Финансирование государство принимает на себя. Желаю удачи!