Джош снимает очки, кладет их вместе с книгой на тумбочку, а затем откидывает одеяло.

— Ну, тогда сегодня моя счастливая ночь. Иди ко мне, Холли.

Взглядом скольжу по его лицу, затем по гладкой обнаженной груди вниз, к слегка очерченному загорелому торсу, и останавливаюсь на его плотных белых боксерах.

Сглатываю и снова поднимаю глаза к его лицу.

— Холли, — хрипло предупреждает мужчина. — Не смотри на меня так. Не сегодня. Я желаю тебя гораздо сильнее, чем победы Ливерпуля в финале Кубка Англии, и как пожизненный фанат красных, скажу, что для меня это слишком.

— Это ты взял за правило только прижиматься, а не я, — говорю, смело выходя из ванной в рубашке, едва прикрывающей ту часть меня, которая в данный момент изнывает от желания. Ободренная голодным взглядом его глаз, позволяю одной стороне моей рубашки соблазнительно соскользнуть с моего плеча.

— Холли, — почти рычит Джош. — Ты играешь нечестно. Я пытаюсь быть джентльменом.

— А что, если я не хочу, чтобы ты был джентльменом? Что, если мне нужно, чтобы ты сделал то, чего так хочешь?

Если я думала, что контролирую ситуацию, то глубоко ошибалась.

Быстрее, чем это вообще возможно, Джош припечатывает меня к кровати, прижимая свое твердое бедро к жару моей гладкой промежности, и удерживает мои руки над головой.

— На тебе нет нижнего белья, — шипит он, когда я не могу остановить себя и начинаю бесстыдно тереться об его бедро.

— Определенно, — признаюсь ему, затаив дыхание. — Мне нечего было надеть после ванны, и нет ничего хуже, чем носить грязные трусики, когда ты чистый.

— О, Боже, — стонет Джош мне в губы, двигаясь и создавая восхитительное трение о мою кожу в самом нежном месте.

— Перестань бороться с собой, пожалуйста, Джош, — умоляю я без угрызений совести. — Я хочу тебя, и ты... — вырываю руку и скольжу между нами, захватывая его напряженный член, скрытый тканью боксеров, — по-видимому, хочешь меня, если это считается за признак. Так почему мы сдерживаемся?

Мужчина останавливается и с легким прерывистым дыханием прижимается своим лбом к моему.

— Понятия не имею, — стонет он, прежде чем обрушить свой рот на мои губы в бешеном, пожирающем поцелуе.

Руками он скользит под подол моей рубашки в поисках груди. Джош не нежничает, когда находит мои соски, а щипает и сжимает их, пока я не кричу ему в рот, продолжая бесстыдно тереться об его ногу. Сочетание твердого бедра и грубых волос чуть ли не доводит меня до оргазма. А в совокупности с наркотическими поцелуями и умелыми пальцами я уже почти готова умолять его.

— Хватит, Джош. Хочу, чтобы ты был внутри меня, когда я кончу.

— А я хочу, чтобы ты кончила, благодаря моему рту, — задыхается мужчина между поцелуями, затем тянется одной рукой к моему холмику и скользит по промежности.

— В другой раз, — хрипло вздыхаю я, когда он пальцами находит мою чувствительную вершину и начинает кружить вокруг нее с восторженной решимостью.

— У меня нет презервативов, — признается Джош с придыханием. — Я не ожидал…

— У нас все хорошо, Джош. Они нам не нужны, клянусь. Я ничем не болею, — скольжу рукой под его нижнее белье, обхватываю член и начинаю гладить его в восхитительно медленном темпе. — Ты тоже. К тому же, я не могу иметь детей, так что в презервативах нет необходимости.

Кручу рукой так, что моя ладонь трется о широкую головку его члена, размазывая предэякулят, и слышу стон Джоша.

— Я хотел бы ласкать тебя пальцами и языком, — говорит он, покусывая мою шею. Затем спускается к груди. Когда мужчина сильно всасывает один сосок, я дергаю за его волосы. Мое лицо, наверняка, выглядит диким, когда произношу:

— Я могу кончить в любую секунду и хочу, чтобы ты был внутри меня. Пожалуйста.

— Какая же ты нетерпеливая, Холли Ричардс, и к твоему сведению, у меня хватит терпения на нас обоих, однако не в этот раз. В этот раз я дам тебе то, о чем ты просишь.

Джош отрывается от моего тела, стягивает нижнее белье, заставляя член дернуться и удариться о нижнюю часть его живота, а затем снова возвращается ко мне.

Твердый, горячий и тяжелый.

Раздвигаю ноги, чтобы удовлетворить его, совершенно не стыдясь своей потребности в этом мужчине.

— Я хочу тебя, — шепчу ему в шею между облизываниями и покусываниями.

— Тогда забирай меня, — отвечает он. — Всего.

Мужчина погружается в меня одним длинным плавным толчком, и я кричу от желания, наполненного облегчением.