— Что дальше? — поинтересовался я у нашего командира.

— Необходимо провести зачистку и собрать всех жителей где-то, потом они должны принять присягу и собственно всё.

— мелочи какие, — буркнул я, оглядывая высоченное здание прямо перед нами. Сколько в нём этажей? Десять? Сто?

— Мелочи или нет, а надо начинать. Если ты помнишь у других групп, то же задание и они будут продвигаться от окраин к центру, уничтожая всех, кто будет вызывать подозрение.

— интересно это как? Мне не нравится твоя рожа и я тебя укокошу?

— примерно так.

— но это же жестоко!

— у тебя есть другие предложение? — Вскинула бровь любимая. Что ответить я не нашел и предпочел насупится.

Первоначальной задачей было обследовать здание администрации, определить комнаты для принятия присяги и камер для жителей, ожидающих этого не очень приятного процесса, а также, место для временного лазарета, когда мы освободим другое здание лазарет можно будет перенести туда. Машины и трактора должны будут прийти сюда, усиливая позицию нового начальства города.

30

Да уж, пришел, увидел, победил это только на словах так. На самом деле это долгая тяжелая и монотонная работа, особенно если здание огромное, а вас всего десять человек, двоим из которых по-хорошему необходима медицинская помощь. Начали с подвала, в котором обнаружились самые настоящие камеры. К тому времени когда мы обошли второй этаж и раздали назначение помещений начали подтягиваться машины, часть из которых была нагружена местными жителями. Отряды, проводившие зачистку на окраинах, значительно поредели, к центру приходили конвойные, сообщавшие информацию о состоянии секторов, потерях и приобретениях. Людей катастрофически не хватало, но деваться некуда. Ополовинив и так скудную команду пришлось отрядить людей на перепись прибывших, на ведение записей о состоянии нашей боеспособностей. Конвоиры начали размещать жителей в камеры и в помещения отведенные для этого. Водитель, приехавший на машине, заполненной всяким хоз-бытом, ставил замки на новые помещения каземата. Два человека принялись устраиваться для проведения присяги. Жизнь бурлила. Когда мы закончили со зданием появилась машина с докторами.

Здание быстро заполнялось новой жизнью, прибывающие машины становились в виде ограды вокруг администрации. Оставив, одного из ответственных солдат за главного по распределению и прихватив рацию для экстренной связи мы двинулись к ближайшему дому.

У меня уже давно чесались руки посмотреть, как живут диковинные местные в этих диковинных домах. Небольшой командой направились в ближайший дом, на верхние этажи. Дойдя до конца коридора, для начала, постучались в крайнюю дверь — тишина. Ну что ж, мы попробовали быть культурными. В следующее мгновение мой рифлёный ботинок со всей силы ударил в то место где находился замок. Дверь с треском открылась, ударившись о стену. Мы вошли в розовый холл, стены которого были украшены таким же розовым то ли пухом, то ли мехом. Больше там ничего не было, если не считать нескольких подушек вделанных в пол. Оттуда вело несколько аркообразных входов в другие помещения. Первым оказалась подобие кухни, только вместо шкафчиков и плиты там стоял один шкаф — лифт, похоже сюда доставлялась еда. Места для посуды не было, разве что два крючочка с кружками и краник рядом, я с некоторой опаской повернул вентиль, оттуда полилась какая-то бурая жидкость, прикидывавшаяся то ли, чаем, то ли кофе, но похоже это была смесь обоих напитков — бурда редкостная. Ещё на кухне был динамик на стене, стеклянный стол и два стула. В серых стенах это помещение смотрелось казармой, особенно на контрасте с розовым холлом. Другой комнатой была ярко салатовая спальня, как люди тут могли спать, оставалось только диву даваться, зелёными были стены, жалюзи на окне от пола до потолка, постельное бельё, всё-всё, даже по началу показалось что вещи на вешалке тоже зелёные, но это оказались чехлы, в которые была одета каждая вешалка с непонятной кучей кусков тканей. Последней комнатой оказалась ванная, в отличии от кухни здесь тоже было огромное окно, сама же сантехника была вделана в пол. То есть если ты хотел помыться, то лез в глубокую выемку, а вот для испражнения, приходилось садится на пол и вытягивать ноги, я не знаю, как чувствовали себя жильцы, но мне это казалось весьма неудобным, особенно, если учесть, что стульчак располагался прямо посередине достаточно большого помещения.

Вообще выходя из квартиры, я думал о том, каким же извращенным мышлением надо обладать чтобы жить в таком странно устроенном доме?

В следующей квартире после звука кто-то заскрёбся, будто мыши под дверью:

— Открывайте! — прогремел мой голос на весь коридор.

За дверью ещё активней зашебуршились, но дверь всё же открыли. За ней стояло нечто, непонятного пола, волосы этого существа были окрашены во все цвета радуги, оно было завёрнуто в кучу тряпок, или это был такой балахон? Из-под странноватой одёжи виднелись тонкие ноги-палочки в розовых лосинах.

30/11/16

— не убивайте меня, — проблеяло нечто, — я ничего плохого не делаю, я всего лишь компьютерщик, — судя по тому, что тряпки ходили ходуном человек, трясся от страха. Наверное, это было естественное поведение, учитывая наш внешний вид: черные костюмы и автоматы, наставленные на дверь.

— к стене. Руки за голову. Ноги на ширине плеч, — отдала распоряжение Ася, оттесняя плечом хозяина квартиры и заходя внутрь. Человечек исполнительно встал как ему велели, — кто-то ещё есть в квартире?

— нет, — удивленно ответил горожанин. Причину его удивления мы узнали позже, как оказалось в городе редко кто жил вместе с кем-то, будь то супруг или ребёнок. Супруги обычно жили в одном здании, но в разных квартирах, а дети росли в специальных интернатах, лишь изредка встречаясь с родителями, но сейчас нам это было неведомо.

Убранство этой квартиры было более приятным глазу, но таким же, на мой вкус дурацким, как и у предыдущей. После тщательного осмотра мы пошли дальше. В общем по окончанию обхода самого верхнего этажа, за нашими спинами брело стадо разноцветных шариков — жителей, которых мы решили сопроводить до административного здания, ставшего главным. Во дворе места уже не хватала и прибывавших людей выгружали на площади.

— не боишься, что они скооперируются и нападут? — спросил я Асю

— каким образом? — ехидно поинтересовалась она, — у них даже оружия нет.

— иногда оружие не нужно, нужно всего лишь, чтобы было много народу.

— Ты посмотри на этот сброд! — недовольно фыркнула девушка, — они не в состоянии защитить себя, они могут только идти за сильнейшим, а сильнейший сейчас — это мы. Тот, кто хотел или мог так или иначе бороться или среди нас, или в армии.

Я лишь недовольно покачал головой, она, на удивление, беззаботна. Я понимаю, что активно велась пропагандистская работа вокруг наших городов, но ведь и любимая далеко не сразу и не совсем по своему желанию стала такой как сейчас — это всё обстоятельства, которые сейчас поворачиваются к жителям не лучшей стороной.