Было сложно дышать в горах. Воздух был разреженным, голова Дармика кружилась. Не слушая Неко, Дармик сосредоточился на главном входе в крепость в пятидесяти ярдах от них.

— Как приносят припасы? — спросил Дармик. — Это настоящий город. Люди должны приходить и уходить. И мы туда проникнем.

Шли часы, надежда Дармика угасала. Никто не приходил и не покидал крепость. Главные врата оставались закрытыми все время, охраняемыми солдатами на стене с луками на плечах.

— Это не так просто, как я думал, — признал Дармик. — Может, я заберусь на стену?

Неко молчал. Он подвинулся на дереве и смотрел.

Дармик озирался, искал следы, указывающие на другой вход.

— И, — Неко нарушил тишину, — ты не любишь… говорить, знаю. Но я хочу знать, что будет внутри. Поймаешь Рему? Предупредишь ее? — он забрался выше, чтобы оказаться на смежной ветке с Дармиком.

Дармик вздохнул, взглянул на друга.

— Ты имеешь право знать, — сказал он. — Но я хочу сперва задать пару вопросов.

Неко кивнул.

— Что ты думаешь о состоянии нашего королевства? — спросил он, отклоняясь к стволу, пытаясь устроиться удобнее.

— Это личный разговор? — спросил Неко.

— Да, — подтвердил Дармик. — Никто, кроме нас, не узнает.

— Я верен тебе, командиру и принцу, — сказал Неко. — Я сделаю все, о чем ты меня попросишь.

Дармик был рад слышать о верности Неко ему. От этого признаваться было проще.

— А король? — спросил Дармик.

Неко прищурился.

— Как я и сказал, я верен тебе.

— Понимаю, — сказал Дармик. — Но мой вопрос: что ты думаешь насчет короля и того, что он делает с королевством.

— Честно?

— Прошу.

— Мне не нравится. Надеюсь, ты наберешься однажды сил и власти все изменить.

Дармик ощутил смесь эмоций. Гордость за веру друга в него, печаль, ведь он еще не сделал больше. Конечно, Дармик собирался это исправить.

— А мятежники? — спросил Дармик.

— Надеюсь, их намерения благородны, и они изменят королевство к лучшему.

Пора было задать последний вопрос и раскрыть все.

— Как Элли со всем этим связана?

Тень улыбки мелькнула на лице Неко.

— Мы встретились год назад. Я с тех пор в тайне ухаживал за ней.

— Она из мятежников?

— Нет, — сказал Неко. — Но она пересеклась с ними.

— Объясни, — потребовал Дармик.

— До появления Ремы в замке мятежник пришел к Элли и сказал, что придет девушка с ключом.

— Откуда ты знаешь это?

— Элли призналась, не зная, что делать. Рема прибыла и показала Элли ключ-кулон, внутри — тайное послание. Я помог расшифровать его без знаний Ремы.

Как Дармик не понял, что ключ был символом? И рубин — алый — был цветом предыдущей королевской семьи. Он упустил много знаков.

— В ключе упоминается командир Мако. Когда мы поняли это и услышали слухи, что наследник жив, все встало на места.

— Ты знаешь, кто наследник? — спросил Дармик, задержав дыхание.

— Есть подозрения, но они не подтверждены. В ключе Мако был написан задом наперед — окам. И мы перевернули имя Ремы. Получилось Амер. Это имя предыдущей принцессы, да? Я не знал этого, но старшие, кто знал время до этого, узнали имя. Есть подозрения.

Тяжкий груз пропал с груди Дармика.

— Да, — сказал он. — Рема — Амер, наследница. Думаю, она не знает правды о себе.

— Элли тоже так думает.

— Где Элли сейчас?

— Я сказал Элли и Кэсси немедленно покидать замок. Они скрываются в городе.

Порыв ветра подул на дерево, листья зашуршали, ветви закачались. Облака скрыли солнце, и стало еще холоднее.

— Нам нужно попасть в крепость и поговорить с Ремой, чтобы составить план. Я хочу раскрыть ей ее сущность и обсудить, что дальше.

— Что ты хочешь с ней сделать? — спросил Неко.

— Вернуть на трон.

Глаза Неко расширились от потрясения.

— А ты?

— Я помогу.

Неко рассмеялся.

— Не ждал, что ты отвернешься от своей семьи. Не пойми превратно, я верю, что это правильное дело. Но я не ожидал этого от тебя.

— Как и я, — отметил Дармик.

— Я горжусь тем, что зову тебя принцем, командиром и другом.

Дармик еще никогда не был так польщен. Но возвращение трона Реме означало, что он не будет больше принцем или командиром.

— Последний вопрос, — сказал Неко. — Что ты чувствуешь насчет Ремы? — уголки губ Неко приподнялись, он подавлял улыбку.