— Конечно не против! А что в Артуре делается? И почему вы в одиночку там воюете?

— Ну, что сказать, адмирал Старк всё боится флот из базы выводить, все маневры в пределах рейда, даже когда мы два броненосца потопили, они выйти навстречу Того не решились.

— А как же вы тогда везде?

— А вот так, без прямого приказа и по здравому рассуждению, что японцы попробуют наши стационеры захватить или утопить, если до флота никак не добраться. Сейчас придём и может меня под домашний арест до приезда Макарова посадят, наверняка нас англичане дерьмом залили…

— Так вы уже знаете, что Макаров назначен командующим?

— Помилуйте! Откуда? Как война началась мы ещё в Артур не заходили, как после ночной атаки миноносцев подремонтировались, так и болтаемся по всему жёлтому морю. А про Макарова — это наше предположение, что больше некого…

— Назначен командующим флотом на Дальнем Востоке и вроде как уже выехал в Артур. А англичане требуют вас выдать для придания суду за пиратство. Якобы вы в мирное время захватывали и топили английские пароходы.

— С Макаровым вы нас очень порадовали, а от англичан другого и ждать не приходится. Это же они свою болонку — Японию вырастили и на нас натравили, конечно, им не нравится, что кто-то ей зубы выбивает. Ну, ладно! Основное выяснили! Вы с какой скоростью идти сможете?

— До четырнадцати разгонимся, хотя лучше десять-двенадцать…

— Давайте, вы пойдёте, как удобнее, а мы, если что, вокруг побегаем. Спешить нам вроде бы особенно некуда, за двое суток спокойно дойдём, главное нам с главными силами японцев не встретиться.

— Николай Оттович! А с японцами вы, что делать собираетесь, вон они уже к берегу пошли…

— Да и пусть идут! Нам, что их в Артур тащить? Там ещё их кормить, лечить, охранять! Да ну, к лешему! Пусть своего Микадо объедают!

— Ну, вы даёте! А подтвердить, что вы их потопили?

— Николай Александрович! Смотрите сколько здесь свидетелей! Так и зачем нам продукты на них переводить?…

Наши матросы действительно выглядели весьма колоритно, многие с повязками, да и взгляды у них были совсем не такие, как на "Маньчжуре". И после боя адреналин ещё летал над палубой, так, что команды разглядывали друг друга с искренним интересом. Мне уже сообщили, что в утреннем бою у нас ни одного раненого, вот мы и болтали спокойно, пока корабли параллельными курсами тихо скользили рядом.

Дальше снова два дня ничем не примечательного морского перехода. Уже на подходах к Артуру встретили пару японских миноносцев, но они так шустро ретировались, что гнаться за ними посчитали лишним. В видимости порта нас встретили наши миноносцы, один из которых "Бесстрашный" подошёл к борту и Михаил Коронатович радостно поприветствовал и поздравил с победами! После чего встал впереди, чтобы сопроводить между минных полей. Слава Богу, выставили минные поля и убрали корабли с внешнего рейда. В роли брандвахты нам отсалютовал "Разбойник", значит перевели и его из Талиенвана. На рейде нас встретили салютом все корабли эскадры, команды выстроились вдоль бортов и кричали "ура!", мы им отвечали. С облегчением увидели, что со всеми кораблями, кроме торпедированных в первый день "Аскольда" и "Цесаревича", всё внешне нормально. Встали на своё традиционное место, буквально через полчаса к нам направился катер с "Петропавловска"…

*- Канонерская лодка "Грозящий", спущена на воду в 1890 году. 1895–1905 гг. стационер на Средиземном море. Имела парадный ход в районе 12 узлов, носовое орудие 225мм/35 и 152мм/35 кормовое, оба Обуховского завода. Кроме этого 6 — 47 мм и 4 — 37 мм Гочкиса, ну, и два надводных торпедных аппарата 381 мм. Правда ещё имелся броневой пояс до 150 мм, хотя и узкий, но ведь был, сотворённый под патронажем гения Шестакова. Хотя, винить его особенно не за что, это период, когда рождалась совершенно новая стратегия и тактика войны на море, где все тыкались на ощупь и никто не знал, как на самом деле будет лучше и востребовано. В октябре 1917 году канонерка как могла участвовала в Моонзундском сражении. В 1898–1899 гг. на ней под командованием Эдуарда Николаевича Щенсновича служил старшим офицером лейтенант фон Эссен. В настоящий момент капитан первого ранга Щенснович командует в Артуре эскадренным броненосцем "Ретвизан".

Пока мы раздумывали, куда нам следует направиться, в береговой штаб или на флагманский "Петропавловск", за нас всё решилось само, на катере с "Петропавловска" прибыл офицер для поручений с приказом адмирала Старка немедленно прибыть на флагман. Ну, чего-то подобного и следовало ожидать. Я внутри психовала ужасно, наверно мало есть на свете вещей, которые я ненавижу больше, чем разборки на ковре у начальства. Николай, на удивление был почти безмятежен, даже мелькнула мысль: или я чего-то в этой жизни не понимаю, или он сошёл с ума… Н

иколай прихватил подготовленные рапорты, и проследовал на катер. Уходя распорядился отпустить посменно команду на берег. Радостная Клёпа уже улетела охотиться. В западном бассейне почему-то не было видно ни "Чиоды", ни "Акаси", а истребитель здесь и не мог быть, его место у судоремонтного завода. Ну, что ж, поедем бодаться, выбора всё равно нет.

В салоне Старка, кроме него присутствовал контр-адмирал Витгефт и флаг-офицер капитан первого ранга Эбергард. Если у двух гостей выражения лиц были безмятежными или даже любопытные, то красное лицо начальника над эскадрой являло едва сдерживаемую бурю.