Оглушенные столкновением соперники поднимались на ноги. Васто чувствовал небольшую скованность, но пока не мог в точности сказать, чем она вызвана. Порой не сразу и поймешь, насколько ты пострадал. Садишься в седло, подхлестнутый адреналином, доводишь до конца гонку и только после ее окончания понимаешь, что завтра тебе уже не играть.

Всеобщим замешательством воспользовался помощник Этейне, тот, который недавно был сбит Торпедой. Совладав с гравом, он уже двигался к кольцу, когда произошло столкновение капитанов, и мяч выскочил прямо ему в руки. Пришлось совсем немного подправить траекторию, дотянуться, и робот притих в его ладонях. Но о том, чтобы бросать в это кольцо, слишком высоко установленное, да еще в присутствии Торпеды, уже развернувшего свою машину, не могло быть и речи. Игрок «Атагриона» сделал единственное, что подсказывал ему здравый смысл: бросился наутек.

От Борко не укрылась эта попытка. Несколько мгновений он колебался, но потом услышал в наушниках голос друга и решил продолжить преследование. Здесь и без него как-нибудь разберутся.

Остатки команд уже стягивались к месту действия, и преследуемый, заметив на хвосте Торпеду, в ужасе дал пас своему товарищу. Тот быстренько развернулся и постарался удрать. Не вышло. С легкостью проскользнув мимо первого, Борко атаковал второго. Мяч снова вырвался, и теперь его подхватил Таннэль, третий номер «Катто-Банка». И это было идеально для Борко. Теперь он мог защищать, а сколько будет противников, – трое, четверо, – несущественно.

«Давайте, ребята, по центру, – бубнил в шлеме менеджер очевидные вещи. – Там вы и сами справитесь». Разумеется, справятся. Торпеда попросту не подпустит никого к игроку с мячом.

Таннэль стиснул мяч и помчался вперед. Вирвиен бесстрашно оттолкнул с дороги еще одного нападавшего из черно-красных. Теперь все они оказались позади игроков «Катто-Банка», а значит Борко полностью взял их на себя. И он показал, на что способен, за что получил свое прозвище, почему его опасались даже команды чемпионов. Он с яростью набрасывался на любого, кто пытался приблизиться, короткими ударами вышвыривал их за края трассы, а тех, кто пытался после оттуда выскочить наперерез, успевал заметить и перехватить. От Торпеды невозможно было укрыться. Его ускорения казались невероятными, торможения поражали воображение. Удивительным образом он удерживался в седле, словно влитой.

Не прекращая сражения, команды выскочили на площадку перед центральным кольцом. И тут Таннэль немного занервничал. Ему не следовало торопиться. Борко знал, что обеспечит прикрытие, но его товарищ не особенно в это верил. На широкой площадке так легко обойти защиту… Таннэль бросил. Недостаточно хорошо прицелившись, со слишком большого расстояния. Его сложно было винить в этом. Не он должен был бросать мяч. Это не его роль, и он в этом далеко не лучший.

Мяч ударился в шест и отскочил.

Откуда взялся еще один гонщик, никто из участников толком не понял. Борко различил краем глаза движение, обернулся, собираясь атаковать, но мигом понял, что это свой. А игрок с номером «1» на куртке стремительно вылетал на открытое пространство перед группой. Он даже не оторвал рук от скобы. Он просто приподнял локоть, и мяч угодил точно в налокотник.

Зеленый шар описывал дугу, и все вокруг замерло. Затихли игроки, молчали менеджеры, не произносили ни звука болельщики за щитом фан-зоны. Мяч сверкнул на солнце и влетел точно в центр кольца.

Локтем! Снайпер превзошел сам себя! Вот теперь все взвыли, и разочарованные возгласы проигравших потонули в восхищенном вопле. Васто выкинул вверх сжатые кулаки; за щитом сверкали нацеленные на него объективы фотоаппаратов. И только когда улегся первый шквал восторгов, Борко негромко сказал в микрофон:

– Хороший был бросок.

Это означало у него высшую степень восхищения.

– Единственный, кому ты можешь проиграть, – сказал Тек Нен, – это ты сам.

Га Бор хмуро смотрел на него и помалкивал. Менеджер вечно давил на больное.

– Эта игра у нас в руках, – продолжил Тек Нен. – Но только если ты сам себя будешь держать в руках.

– Ладно, хватит, – вспылил Га Бор. – Ты вечно так говоришь, будто я псих.

– Будь ты психом, не прошел бы медкомиссию, – невозмутимо заметил менеджер.

Га Бор фыркнул и отвернулся. В чем-то Тек Нен был, разумеется, прав. Два года назад шоссейный гонщик Га Бор Декаро был дисквалифицирован на полгода за грубый таран соперника. Его репутация и до того была изрядно подмочена, и после этого происшествия команда немедленно расторгла контракт. Заключить новый после отбытия наказания не удалось. Никто не хотел с ним связываться. Но тут подоспело неожиданное предложение: попробовать себя в игре с мячом, благо здесь таран правилами не запрещается. Команда «Аонто-системы» думала заполучить бесстрашного рубаку, но скоро убедилась, что даже в этом суровом виде спорта Декаро ухитряется выходить за рамки.

– Не надо все сваливать на мой темперамент, – буркнул Га Бор. – Тут нас многие могут обойти.

– Кто? – отмахнулся менеджер. – Спорю на что угодно, чемпион сдуется к концу игры. Он чересчур сильно играл в начале сезона, чтобы заканчивать в том же духе. Большой Босс слишком стар, хоть и храбрится. Снайпер хорош, но у него из поддержки – только Торпеда, остальные не тянут. А Солнечный парень еще недостаточно готов. Так что считай, сражаться тебе не с кем.

– Только с собой, ну-ну, – ворчливо подхватил Га Бор. – Можешь не переживать об этом. Я уже большой мальчик и понимаю слово «нельзя».