— Его нет, остался в Реете, он не дотянул даже до Границы, раны были слишком серьёзными. Я снял с него седельные сумки, — Мэтжер кивнул куда-то за спину Ярси.

Тот оглянулся, и заметил в траве знакомые вещи. Порывшись в сумках, он вытащил чистую одежду и начал переодеваться.

— Медальон, — очень холодно произнёс Мэтжер. — Сними его.

Ярси вздрогнул, он уже сорвал с тела остатки рубашки, действовать приходилось одной рукой, и сейчас был обнажён по пояс. Солнечные лучи весело играли на серебряных гранях медальона, висящего на его шее.

— Что?

— Твой медальон серебряный, — пояснил Мэтжер. — Вскоре ты не сможешь прикасаться к серебру, оно будет жечь твою кожу. Сними его.

Ярси сжал медальон в кулаке и с силой дёрнул. Серебряная цепь не выдержала и порвалась. Сердце непривычно быстро забилось в груди, он открыл медальон. Картинка внутри была очень маленькой и отчего-то расплывалась, что-то мешало смотреть. Ярси потёр глаза, с изумлением почувствовав влагу на своей коже. Слёзы? Он не плакал с похорон мамы, он забыл, что это такое. Так было нужно.

Взгляд прояснился. Ярси провёл пальцем по изображению, стирая упавшую слезу. Его семья, отец — суровое лицо и отстранённый холодный взгляд, братья — Эгор и Еромир, внешне очень похожие на отца светловолосые и сероглазые, только в их взглядах никогда не было такого же холода и безжизненности. И мама — черноволосая красавица с ясными синими глазами, он один был похож на неё, на маму. Ярси медленно закрыл медальон, рука дрожала, возможно это последний раз, когда он видел их лица.

Он опустил медальон в кошель на поясе и с трудом стал натягивать чистую рубашку, по телу вновь начала разливаться слабость. Из сапог пришлось выливать кровь, все ноги были в крови, но помыться оказалось негде. И Ярси со вздохом, надев штаны, натянул сапоги обратно.

Обрывки окровавленной одежды он бросил в костёр, Мэтжер молча за ним наблюдал. Ярси забросил седельные сумки на здоровое плечо и огляделся, нужно было выбрать направление пути. Незнакомое место, незнакомый лес, но он чётко знал, в какой стороне находится Мирос и другие королевства. Словно кто-то вложил в его голову знания. И то куда он сейчас смотрел, повернувшись в сторону Мироса, его совершенно не радовало.

— Пять дней пути напрямую? Без остановок? — спросил он тихо.

— Ты ведь и сам чувствуешь расстояние, — спокойно ответил Мэтжер.

— Чувствую, — удручённо произнёс Ярси. Прямо перед ним была Реета, Мирос находился точно за проклятым лесом. И чтобы обойти Реету стороной понадобится не пять дней, а все десять.

— И чувствую, что если я сейчас войду в Реету, то уже не смогу из неё выбраться.

Мэтжер кивнул.

— Ты можешь продать мне своего коня? Прошу, у меня есть деньги, пожалуйста.

Мэтжер вновь молча покачал головой, на этот раз отрицательно.

— Прощай, — Ярси резко повернулся и быстрым шагом пошёл вдоль леса.

Ему хотелось идти быстро, хотелось бежать, но на самом деле слабость, сковывавшая его тело, становилась всё более непреодолимой, и каждый шаг давался с трудом. Но он упрямо брёл вперёд пока не начала кружиться голова, пока не стали подгибаться колени. А когда в глазах заплясали тёмные пятна, он опустился на землю и остался сидеть, чувствуя, как в душе затухает только что бушевавший из-за собственного бессилия пожар ярости, и не остаётся ничего. Нет даже пепла надежды, лишь пустота и безразличие.

Мэтжер не спеша подошёл и сел рядом.

— Ты потерял много крови, а действие снадобья закончилось.

— Чего ты хочешь от меня? — голос Ярси был глухим, ему невыносимо хотелось лечь на землю и больше не вставать. Никогда не вставать.

— Выслушай меня, Ярси.

— У меня нет сил, чтобы заткнуть уши.

— Я не желаю тебе зла, и вижу, что ты очень отрицательно относишься к перспективе становления оборотнем, но всё же позволь я расскажу тебя о них.

— Кто ты, Мэтжер? Откуда у тебя знания? И почему я должен тебе верить?

— Возможно, когда-нибудь я отвечу на твои вопросы, а пока просто прими меня как некую силу, нейтральную силу.

— Нейтральную силу? И насколько велика твоя сила? Кто ты, Мэтжер?

— Скажем так, я специализируюсь на нежити. Остальное не важно. Важно, что я знаю, что тебя ждёт.

— Ты уже говорил. Так ты тёмный колдун, некромант?

— Не совсем, послушай меня. Когда-то на месте этого леса было великое королевство, оно тоже называлось Реета. В нём правили колдуны, очень сильные колдуны, они были самыми могущественными в этом мире. Их знания собирались веками, и однажды они решили, что могут открыть Двери в другие миры. И у них почти получилось. Они смогли переступить через Грань реальности собственного мира. Только выбор они сделали не правильный, в их желаниях было больше Тьмы, а не Света. Они хотели быть всемогущими, хотели власти, хотели стать повелителями Сил, которые не подвластны людям, — Мэтжер задумчиво посмотрел на лес. — Если бы их желанием были только знания, всё было бы по-другому, но их выбор открыл им Двери в мир демонов — Тёмный мир. Две чуждые реальности соприкоснулись и теперь мы можем наблюдать последствия этого контакта. Нежить. Королевская семья стала оборотнями, все прочие жители вообще утратили человеческий облик.