— Это оно и есть.

И мои сомнения потонули в долгом и страстном поцелуе. Однако сейчас слишком много воспоминаний терзали нас обоих, чтобы предаться чему-то большему. Страсть переросла в тихую неспешную нежность.

— Ты так и не ответила мне, откуда ты знаешь Шихана? — вспомнил свой вопрос Лис, — а что еще интереснее, откуда он знает тебя?

— А с чего такой интерес к Хану? — тут же включились материнские защитные инстинкты, но арьяр понял их иначе.

— Между вами что-то есть? — недовольство ему скрыть не удалось.

— Естественно, но не романтического плана. Повторю вопрос, что тебе до него?

— Я почувствовал в мальчишке нашу кровь, как только увидел его, — я напряглась, — и не просто нашу, а родственную.

Сердце замерло, а потом пустилось вскачь, отдаваясь ударами в ушах и горле.

— Он прямой потомок моего брата. Та же кровь, тот же зверь. Я уверен в этом.

И все ухнуло вниз.

Лисиан пришел в миры тысячу лет назад. Я только что застряла головой между молотом и наковальней.

— Так кто он тебе? — тот самый вопрос, спускающий гильотину.

— Сын.

Даже не хочу представлять, как это звучит и выглядит в данной плоскости наших отношений. Туго мне придется следующие сутки. Может сдаться запретникам. Они меня быстро в эфир отправят.

Вот только богиня Равновесия никогда не пасует перед трудностями. Даже потухший и полный непонимания взгляд Лисандра не напугает меня. Пришло время достать скелетов из семейных шкафов.

— Ты хочешь сказать, что никогда не видела моего брата?

Я даже кожей почувствовала, что мне не верят. Совершенно, что было понятно, но также приносило в мою душу неприятное чувство. Лис отгородился от меня, и это ранило сильнее его слов и острых взглядов. Я больше не могла его чувствовать. Будто поставили стену.

— Так и есть. Я не знала его.

— Да ты издеваешься? — никак не хотел услышать меня арьяр, — сама понимаешь, как бредово все это звучит? Шихан твой сын. Ты его родила, но пытаешься доказать мне, что никогда не вступала в связь с его отцом, — Лис встал с песка и отошел от меня на несколько шагов, — лучше бы сказала правду, какой бы она ни была.

И на этом арьяр развернулся ко мне спиной, выбрав курс к материнскому лесу, из которого вышли все животные, созданные в Первомире. Моэ не поверил. А ведь мог, наоборот, открыться и почувствовать через меня, что не лгала. Но нет. Лисанд привык не доверять никому. Инстинкт хищника, что жаждет выжить. От этого сложно отвыкнуть и просто поверить. Не тот он мужчина.

Я дошла до леса, следуя за любимым, но в рощу не зашла, а вернулась на берег. Села к самой кромке накатывающих волн и приготовилась ждать. Ничем не подпитываемый с моей стороны огонь в его разуме должен вскоре потухнуть, и тогда он сможет здраво оценить ситуацию. Некоторые вещи сложно принять. Особенно то, что твоя пара имеет сына от твоего брата близнеца. Однако у этой ситуации есть и другая сторона. Наследие Лисиана продолжит жить в Шихане. Его любимый брат будет всегда незримо рядом. Эта мысль придет в голову арьяра, но ему нужно время остыть.

На берегу я просидела одна гораздо меньше, чем рассчитывала. Из мыслей и переживаний меня вывел шорох. Лис молча вышел из лесу, когда солнце клонилось к закату. Молча подхватил меня на руки и понес обратно в материнские рощи.

— Не говори ничего. Я все еще зол, — хрипло выдавил из себя арьяр, слишком крепко прижимая меня к себе.

Я сделала, как он просил. Не проронила ни слова, пока он нес меня. В глубине леса была чудесная цветочная поляна, я знала о ней с детства, а вот хижины там точно раньше не было. Кто-то бывает в Первомире довольно часто, в отличие от меня.

— Я не могу быть вдали от тебя, но не могу и смотреть на тебя. Пока.

На этом он внес меня внутрь, положил на скромную кровать, повернул лицом к стене и обнял за талию сзади, еле уместившись на остатке постели. Я чувствовала его дыхание на своих волосах и коже. Оно было частым и прерывистым, как у разъяренного зверя, но сам зверь сдерживался изо всех сил. Два часа понадобилось Лисандру, чтобы заснуть. Тогда, и только тогда я позволила себе уплыть в сон следом, терзаемая переживаниями.

А поутру я проснулась одна. Лис ушел к океану. Ему тяжело давалось новое, а доверие было для него именно в новинку. Присоединяться не стала, а вот позавтракать было делом насущным и необходимым. Вчера крошки во рту не было. Приятным сюрпризом стал теплый хлеб, свежее копченое мясо и овощи. А как я радовалась, когда обнаружила чайник с заваренным кофе в стазисе, чтобы не остывал. Тогда и поняла, что теперь никакая ссора не заставит Лиса уйти от меня. Связь окрепла и завершила свое становление. Завтракая, я не переставала улыбаться, поскольку чувствовала все те метания, которые происходили с арьяром сейчас. То он срывался к лесу, то потом тормозил и с мыслью «не пойду мириться», возвращался к океану, садил свой зад на мокрый песок и проклинал Смерть. А потом снова подрывался и чуть ли не бегом несся к хижине. Меня эти метания здорово веселили, особенно учитывая то, что для них на самом деле не было никакого повода.