– Вы извините, но я даже не знаю что говорить.

– Да ничего особенного. Поздороваетесь, по очереди представите номинантов, и потом вы, Анастасия, объявите победителя. Он будет в конверте, который мы вам вручим перед выходом на сцену.

– Я далека от музыки. Пусть это сделает Виктор, – её начал бить мандраж. Это же прямой эфир. Скажи слово не так, и потом страна еще долго об этом не забудет.

– Нет, Виктор будет поздравлять, он уже и речь подготовил, а объявите Вы.

– Речь?

– Да. Две. Одна если победит Стас, вторая, если кто-то другой, – ответил супруг

– Витя, я не знаю, – занервничала Настя, когда парень ушел за наушником для Свиридова. – Там же тысячи людей, и еще столько же сейчас у экранов телевизоров. Ты понимаешь, что я впервые это делать буду.

– Конечно! И ты справишься! Выглядишь сногсшибательно. И рядом с тобой я буду чувствовать себя королем, – муж притянул ее к себе и поцеловал в щеку.

Настя пальцы заломила, понимая, что никуда все равно не денется. Если Виктор решил, предъявляй хоть сотню аргументов, ничего его решения не изменит.

Достала из сумочки помаду, подкрасила губы. Господи, если бы знать заранее, что придется на сцену выходить, накрасилась бы хоть поярче. Она, конечно, и сейчас выглядела довольно хорошо, просто с макияжем поторопилась, слегка оттенив глаза серыми тенями и подводкой. Настя посмотрела на часы на смартфоне, подумав, что вполне успела бы сейчас подправить макияж в дамской комнате, а потом передумала. Если Виктора устраивает её внешний вид, значит пусть так и остается. Он не спрашивает её мнения, пусть довольствуется тем, что есть.

Через пятнадцать минут после того, как Свиридову вставили в ухо наушник и проверили его работоспособность, пару объявили ведущие, и они под всеобщие овации вышли на сцену. Ноги Настю не слушались. Она вцепилась в руку мужа холодными пальцами, боясь упасть прям там. Сцена была огромной. Чтобы добраться до центральной точки, нужно было спускаться по двадцати ступеням. Сердце колотилось, как сумасшедшее.

– Насть, расслабься, – шепнул Виктор, сжимая её пальцы. – Это все лишь награждение. Улыбнись и покажи всем, какая ты у меня.

Настя глубоко вдохнула, подходя к микрофону, и ослепительно улыбнулась.

У Стаса перед глазами все огни сцены в одно сплошное пятно слились, когда вышли Свиридовы. Он не готовил себя к этому. Не к такой реакции на ту, кого люто ненавидел. Его охватила предательская дрожь, ведь награждать должна была не Настя. А она мало того, что без предупреждения снова врывается в только устаканившуюся жизнь, расковыривая старую рану, так еще и выглядит, как чертова Афродита. Сердце парня забилось, отдаваясь эхом в ушах, пока он наблюдал, как болезнь всей его жизни плывет вниз по блестящим ступеням. Виктор поддерживает её под локоть, положив ладонь сверху и что-то говорит, а эта стерва улыбается. Так, что у парня дыхание из легких со свистом вырывается. Ледяные пальцы вцепились в сиденье, пока они громко приветствовали зал, читали имена номинантов и смотрели короткие отрывки из их клипов. В какой-то момент Настя посмотрела в зал, а потом её взгляд упал прямо на него. Увидеть парня было невозможно, потому что при прокрутке клипов свет в зале тускнел, а в глаза находящихся на сцене били прожекторы.

Настю словно магнитом потянуло посмотреть в правый угол зала. Невозможно было объяснить почему, просто дикая сила притяжения и острое покалывание на коже буквально развернули её в ту сторону. Она обвела взглядом первые ряды, но особо выделить никого не получилось. Свет ослеплял.

– А тепееерь, Настя, – бодро проговорил Виктор в микрофон, его рука легла на тонкую талию, обращая на себя внимание. Свет в зале зажегся, и супруга, опомнившись, вернула взгляд в центральную камеру, – Давай уже назовем имя Лучшего артиста года. Открывай конверт, любимая! – Настя улыбнулась и выполнила просьбу мужа.

– Кто же это? Не терпится узнать? – под одобряющий гул зала, девушка достала белый лист бумаги и развернула. Ну, конечно. Кто бы это еще мог быть? Сердце дернулось, и она, превозмогая дрожь в голосе, как можно громче и вкладывая фальшивую радость, объявила, – Лучший артист года – Стас Багиров!

Зал мгновенно озверел, хором скандируя «Багиров, Багиров». Несколько операторов тут же рванули в правую сторону, а прожектор осветил виновника оваций. Рядом находящиеся пожимали руку широко улыбающемуся парню, хлопали по спине, а Настя забыла, как дышать. Теперь поняла, почему ее взгляд упал именно на то место. Быстрым шагом молодой человек направлялся в сторону сцены, под неумолкаемый шум фанатов. Настя же не могла узнать в этом мужчине того Стаса, который когда-то перевернул её жизнь с ног на голову. Гордая осанка победителя, волосы намного короче, чем были раньше. Стильно уложены назад и высветлены на концах. Весь в черном. Классические джинсы и атласная рубашка, расстегнутая сверху, подчеркивали образ уверенного в себе музыканта. Перескакивая через одну ступеньку, артист поднимался на сцену. Подошел к ним и взял из рук Виктора пластинку, которую уже десятый год вручали победителям самой престижной музыкальной премии страны. Крепко пожал его руку, Настю полностью проигнорировав.

– Спасибоооо, – прокричал в микрофон, разворачиваясь к залу. – Черт, ребята, это моя третья пластинка, но радости, как когда получал первую! – хрипло рассмеялся, заставляя что-то глубоко в Насте встрепенуться. Как же он был не похож на себя прежнего. Холеный, видный. Мужчина, на счету которого теперь были немалые суммы денег, и это ощущалось на расстоянии. В повороте головы, прямом взгляде и холодной усмешке. Глаза тоже изменились. В них больше не было той теплоты и нежности, за которые когда-то Настя его полюбила. Зато уверенность в себе разила на несколько метров. Он и раньше не отличался её отсутствием, но сейчас эта черта характера была подкреплена хорошей финансовой базой. Перед ней стоял человек, способный позволить себе многое и точно знающий, что ему это сойдет с рук. Знала ли Настя такого Стаса? Однозначно, нет.