Спускаясь вниз по ступенькам, Алёна молчала – ей не давала покоя сегодняшняя история о не сложившейся личной жизни Петра Филимоновича. Но на выходе из подъезда её осенила ещё одна мысль:

– Ты думаешь, это он в самом деле, про зеркало?

– Даже не знаю. Сегодня было столько информации!

– Помнишь, однажды мы пришли к нему, когда в школе отключили воду?

– Ну? – Выжидающе спросил Денис.

– У него на столе стояло три чашки.

– Ну, как обычно, – небрежно согласился мальчик.

– Нет, не как обычно! Они стояли в другом порядке.

– В другом порядке?! – Усмехнулся одноклассник, – да стол же стоит одной стороной к стене, как они могут стоять по-другому?!

– Две стояли у широкого края, а одна сторона была пуста, – Алёна почти обиделась, что Денис не прислушивается к ней. – И вообще пахло клубничным вареньем, будто его только убрали.

– Ну, мы же предыдущим вечером пили чай. Может, и запах не выветрился.

– Думаю, это были те самые посетители, – не обращая внимания на возражения, продолжала девочка, – о которых говорил Пётр Филимонович. Они гостили у него ночью.

– Думай, как хочешь!

Денис в последнее время здорово повзрослел, вернее, стал более рассудительным. Он уже ко всему подходил с меркой разумности и целесообразности, хотя иногда и в нём прорывалась вера в чудеса. Но окружение – родители, учителя – большинство настаивало на том, что мир материален и развивается по своим законам, в которых нет места иррациональности. Всё больше предметов теряло ореол тайны, когда их свойства становились известны. Похоже, Пётр Филимонович был последним окошком в детство, которое ещё не закрылось для Дениса и Алёны, и не потому ли они так преданно любили его?!

Конец ознакомительного фрагмента.