Тихое покашливание, вернуло меня на грешную землю. Так увлекся созерцанием окрестных видов, что не заметил, как мы с капитаном подошли к часовне, где открылась дверь,и на крыльцо вышел невысокий седой как лунь священник, лет шестидесяти на вид, в темных одеждах, с крестом на груди. Следом за ним вышел плотный мужчина, лет сорока в милицейской, пардон, полицейской форме, сидящей на нём, как на корове седло. Бывают такие люди, что не оденет, взглянешь на него – аж плакать хочется. Участковый, похоже, из этой категории. Бывает.

Перевожу взгляд на священника – благообразный старик, уже одним видом располагает к себе, контраст с участковым разительный. Я , если честно, в церковных иерархиях ни разу ни в зуб ногой – для меня что ни поп – так батюшка, других обращений я не знаю, а уж как правильно называются их должности – для меня вообще тёмный лес. Но этого священнослужителя – отца Андрея, я заочно знаю, так как мне про него в дороге рассказывал Васильев. Священник и просил помощи у старших товарищей, что бы справиться с напастью. Прибывшая в помощь команда приехала , покрутилась, осмотрелась, да пропала в тот же день, вот и решили попросить помощи у спецслужб – а те нас с капитаном и прислали разбираться. Капитан заранее предупредил, что все разговоры с местными будет вести он, а то я ляпну чего эдакого по своей консультантской части,так церковники нам потом анафему предъявит. А оно нам надо?

«Да уж,ты лучше помалкивай, а то ляпнешь чего – хоть стой, хоть падай, хоть сразу на костёр неси! Дров-то в округе завались».

– Здравствуйте, капитан Васильев, - представился мой спутник, вежливо кивнул священнику и пожал руку участковому, представившемуся младшим лейтенантом Ивановым, – можно просто Сергей. А это капитан Иванов. Ваш тёзка, – кивнул он на меня.

Вот сволочь, никак не забудет, как я его тогда провёл! Так и будет теперь «капитаном» обзываться.

– Можно просто, Алексей, - я поздоровался с встречающими, повторив движения капитана.

– Пойдемте в часовню, отец ндрей, - предложил капитан, - там и поговорим.

Священник махнул рукой и гостеприимно распахнул перед нами дверь часовни.

ГЛАВ 14

А стрелок: Да это что за награда

Мне бы выкатить портвейна бадью.

А принцессу мне и даром не надо –

Чуду-юду я и так победю!

Владимир Высоцкий

– Вот через час жители и подойдут, чтобы укрыться в часовне.
– Развел руками отец Андрей.
– Бoятся люди теперь в деревне ночевать, все кто мог к родне уехали, одни старики остались – человек десять. Ну как еще кг эта напасть приберёт? Здесь конечно тесно, н ничег, разместимся с божьей помщью – в теснте, да не в биде. Постелем, как обычн, одеяла на полу и мжн ночевать. Вы как заночуете с нами?

Васильев взглядом спросил меня о наших действиях. Я молча кивнул. Всё равно пока ситуация не проясниться, я никаких телодвижений, кроме осмотра местности, не планирую. Ночуем здесь.

– Да, отец Андрей, ночуем в часовне, – ответил священнику капитан, – а сейчас, пока до темноты есть пара часов, мы прогуляемся по округе, оглядимся.

– Ну как, есть какие-либо предположения? – спросил капитан, как только мы вышли на улицу.

Мы остановились в пятидесяти шагах от часовни. Солнце уже коснулось земли, скоро начнёт темнеть, но пока еще света хватало. Сумерки опустятся через час.

– Нет, пока ситуация мне абсолютно не понятна, ничего определенного сказать не могу. Нужно пробежаться по округе. Ты со мной?

– Конечно.

– Тогда сначала идём к Морошечнику, потом...

– Куда?
– удивился Васильев.

– К болоту,так его местные называют, да и на карте оно так обозначено. Наверняка морошки там полно – ягода такая, отсюда и название. На обратном пути зайдём на погост. Двинулись! И капитан, не обижайся, но без моего согласия никуда не лезешь, вопросы не задаёшь, чтобы не увидел и выполняешь, всё, что я скажу. Договорились?

– Не вопрос, - Васильев, серьёзно кивнул, показывая, что информацию принял, – ты сейчас командир. Скажешь джамп, подпрыгну.

«Вот за что я люблю людей служивых, так это за понимание субординации».

Вот и ладушки. Я прихлопнул укусившего меня в шею комара - вот зараза, развернулся и припустил быстрым шагом через луг в сторону болота, что начиналось в паре километров от деревни.

Вечер перестал быть томным, а мы с капитаном в течение пятнадцати минут двигаемся к нашей цели. Разговоров не ведем, бережём дыхание, темп ходьбы к разговорам не располагает – почти переходим на бег. Под ногами шуршит луговая трава, немного путая ноги, пока мы пересекаем некошеные места. За спиной давно стихли звуки, доносящиеся из деревни. Кругом тишина. Стоп. Я замер. Странно. Нет,то, что звуки из деревни стихли – это нормально, мы успели отойти на километр, да и местность начала потихоньку понижаться. А вот то, что не слышно трелей птиц и стрекотание кузнечиков, вот это действительно странно – слышен только шорох травы и всё. Ох, чувствую не доброе место это болото. Не знаю, каким оно было раньше, но сейчас оно точно не доброе, раз птицы и насекомые его избегают, даже на расстоянии километра. Да и трава стала какая-то странная под ногами.

Останавливаюсь и наклоняюсь к траве. М-да… Разворачиваюсь и иду обратно, разглядывая серый, высохший ковёр травы. Интереснo. Вот и граница. До этого места трава была зеленая, сочная. А вот отсюда вся трава выглядит, как будто на дворе поздняя осень стоит – сухая, пожухлая трава. А граница между зеленой и высохшей травой четкая, как будто кто-то по линейке линию провёл. И тихо кругом.

Ладно, идём дальше. Вновь набираю ранее заданный темп ходьбы,и пытаюсь разложить по полочкам полученную от священника и участкового информацию. Ни с чем таким я раньше не сталкивался, ни в Пограничье, ни в Академии на учёбе, даже Учитель ни о чём подобном не рассказывал. Значит, такой напасти на Эйнале нет, и с чем нам придётся столкнуться здесь – бог его знает. И это плохо. Да и свидетели произошедших здесь событий мало что вразумительного могут сказать – сплошная череда странных событий и трагедий…