— Давай я за тебя ее озвучу — хмыкнул наш герой, просовывая ствол в прорезь поднятого щитка и тоже удобно устраиваясь на подстилке — эти безоружные люди… это приманки, манок, открывашки, жертва, отвлекающий маневр — названий много, но суть одна. Это человек, которого пустят в пасть хищнику, чтобы отвлечь его внимание от себя, пока будешь прятаться внутри вездехода — эти охотники, если их так можно назвать, сделали себе бизнес на жизнях других людей. Поэтому, когда будешь целиться, постарайся не дрогнуть: представь себе, что тебя вот так поймали и привезли сюда, как живое ходячее мясо.

Пролежали так больше часа, время от времени делали лежа по очереди зарядку, когда тело затекало от одного положения и лишь на втором часу ожидания началось представление. Сначала оба вездехода двинулись было в сторону озера — Виктор еще подумал, что эти охотники избрали стиль охоты на водопое, чтобы не ездить по саванне и не искать себе добычу. Попытка покататься закончилась через десять метров — без большей части колес грузные машины отказывались передвигаться и замирали.

— Внимание, Ляна, приготовься — у нас эффект неожиданности, но завалить сможем лишь двоих, на большее не рассчитывай, они все же охотники, а не дилетанты на прогулке — с реакцией там все должно быть в порядке.

Минут пятнадцать ничего не происходило, затем у обеих машин стали опускаться пандусы — в оптике снайперской винтовки все смотрелось отлично. Что порадовало парня, так это то, что камеру не поднял ни один из фургонов — значит об их присутствии никто пока не догадывался. Рабовладельцы поступили предсказуемо: из правого вышли двое — в прицел Виктор сразу понял, что это охотник и заложник-раб — короткий разговор с энергичным маханием руками, и вот заложник получает удар прикладом в живот и валится в траву. У мужчины в руках находилась лазерная винтовка, поэтому, когда рабовладелец нагнулся над поверженным человеком и замер так на пару секунд, он не стал медлить и продырявил тело в нескольких местах серией импульсов, пока оно не упало в траву рядом с рабом — высокая трава скрыла детали.

— Бабах! — рядом тявкнула винтовка Ляны и девушка что-то буркнула невразумительное — Бабах!

— Ну что там, попала, киса? — поинтересовался траппер у подруги — два выстрела, должна была хоть раз попасть, тут дистанция…

— Одного сняла, это точно, а вот там еще кто-то был,… того нет,… скорее всего — нет!

— Ого! — удивился наш герой — неплохо, итак у нас минус два, не расслабляйся, они попробуют выйти к телам,… или не попробуют.

Последнее замечание парень адресовал своим наблюдениям за вездеходами: там быстро сориентировались и убрали пандусы, а затем подняли камеры на обеих машинах — значит, сняли они только двоих, а двое еще живы внутри. А еще парня интересовал тот мужчина, которого ударили в живот, и который в настоящий момент лежал где-то в траве возле корпуса одного из вездеходов — высокая трава не давала возможности что-либо рассмотреть.

— Как думаешь, они нас видят на крыше? — повернулась к партнеру Ляна, оторвавшись от винтовки — могут тут нас разглядеть?

— Скорее нет, чем да — ответил, немного подумав, траппер — да и толку им от этого, все и так знают, что в вездеходах ездят парами, тут трое уже моветон.

Увидев удивленное лицо подруги, уточнил:

— Ну, это значит плохой тон, плохо, недостойное поведение — примерно так! Пусть рассматривают, сколько хотят — времени у нас много, мы в лучшем положении, у нас с продуктами лучше, а они только вчера выехали — мяса нет, припасов на рейс взяли минимум. По опыту скажу, что забить прицеп сырьем можно не ранее, чем за десять дней упорной работы, если работать в полную силу — а они вряд ли так работают, значит в поселке их ждут не ранее, чем через две недели, а за это время мы их достанем. Меня больше волнует тот заложник возле правого вездехода — он упал, и я его не вижу,…странно, ему все лишь заехали прикладом в живот… не умер же он от этого? А ну-ка, девочка, постреляй туда еще немного, может куда и попадешь от усердия — попробуем обозначить себя звуком, возможно парень сообразит куда бежать.

Ляна с остервенением стала палить в прицепы — с их положения видны были только задние части машин. Конечно, пробить броню вездехода она и не пыталась — не тот калибр, но идея была привлечь внимание того пленника, так что просто стреляла и стреляла, пока Виктор ее не остановил.

— Да… молодец, напарница, пока хватит — вон он уже бежит к нам, сообразил. Теперь держи левый транспорт, а я правый — не дай никому оттуда высунуться, они 100 % захотят его пристрелить, как только увидят бегущего на камере.

Утром Валлара растолкали без особых сантиментов ботинками — короткий завтрак, туалет и вот уже парень расслышал звук включаемого двигателя. Однако все как-то пошло не так: из кабины, где сидело двое их тюремщиков, донеслись злые и удивленные возгласы, из которых парень понял, что вездеход не может ехать — что-то у него сломалось. Это было настолько неожиданно, что Крон на мгновение снова почувствовал интерес к жизни, который покинул его около месяца назад. Машина как-то неуклюже покачнулась и замерла, едва начав движение, а затем один их охотников поднял его с пола и погнал перед собой к выходу в центральной части салона — рабовладелец все время ругался и зло поглядывал на свою жертву. Если бы жертва могла испугаться еще сильнее, она бы так и сделала, но жизнь в качестве приманки совершенно убила в нем чувства, кроме затаенной злобы и желания сбежать. Выход открылся, пандус уже опущен — получив толчок в спину, Крон выкатился из фургона, а следом спустился и его надзиратель, держа оружие в руках. Оценив увиденное, надзиратель разразился крепкой руганью и проклятиями и стал озираться вокруг, а потом со всей злости всадил Валлару прикладом в живот — парень согнулся, судорожно пытаясь вдохнуть, и тут ему вслед прилетел хороший пинок — пленник повалился в траву.

— Что ты тут улегся, мясо? — нагнулся над ним его мучитель — тут тебе не курорт, а ну по…

Охотник не закончил фразу, странно ойкнув, а через две секунды упал рядом с Валларом уже мертвым куском — Крон раскрыл глаза от ужаса и изумления, продолжая открывать рот в попытке вдохнуть — произошедшее не укладывалось в его голове, но факт оказался налицо: рабовладелец мертв! Затем до слуха парня донесся слабый звук выстрела,… затем еще один, какие-то испуганные крики — очевидно, кричали из другого вездехода, скрытого от лежавшего раба «своим» фургоном, откуда его вытолкали пару минут назад. Слабый звук сервомотора привлек внимание Крона — вездеход закрыл центральный люк и втягивал в себя пандус — события разворачивались для пленника слишком быстро и неожиданно, он не знал, как ему реагировать в этой ситуации. Стоит ли подниматься из травы, вдруг его тоже пристрелят за компанию — за время своей короткой жизни на Версоле он успел понять, что здесь в саванне нет законов, кроме закона сильного.