— Объедем стадо справа, чтоб не всполошились — предложил охотник, и его партнер кивнул — вскоре два вездехода медленно, почти что «шагом» объезжали зону, где паслись и отдыхали травоядные, приближаясь к месту, где лежали две тушки львов.

— Хорошие экземпляры — обрадовался охотник, поднимая за задние лапы первого льва — шкуру снимем в обязательном порядке, идеальное состояние, заберут по три куска, как минимум. Но главное — мозг цел, на одной тварюшке поднимем не менее восемнадцати тысяч.

Затем началась «кровавая» работа для Волша — его напарник выбрался на крышу и занял там наблюдательный пост, высматривая других хищников в округе — наверняка такое большое стадо привлечет внимание не одной парочки четвероногих охотников. А старший тем временем начал с внутренностей: распорол аккуратно брюхо и извлек то, за что платили скупщики — сердце и печень, в случае же льва, которого завалил землянин, оно оказалось с двумя дырками, еще две были в районе задней части туловища. Шкуры снимал долго — вдвоем было бы быстрее, но твердо решили не рисковать и работать с прикрытием, поэтому провозились до наступления сумерек. Уже в вечерних, последних лучах солнца затащили шкуры в прицеп, и быстро поменяли точку стоянки — обогнули стадо по широкой дуге и остановились почти в противоположном месте. Но расслабляться было рано: требовалось обработать ценные шкуры, поэтому достали химикаты для очистки их от остатков органики, и растянули их внутри прицепа на специальных рамках. Работать внутри было безопасно и удобно: свет и вентиляция имеется, прицеп надежно закрыт, и никак не дает о себе знать снаружи ни светом, ни шумом, ни запахами. Каждый работал со своим экземпляром, хотя Волш бросал время от времени взгляды на работу младшего партнера и удовлетворительно кивал сам себе — парень все делал правильно. Закончили, когда была уже ночь — плотный, быстрый ужин и по койкам.

Утром обнаружилось, что стадо ушло — его можно было наблюдать визуально, так как животные не слишком торопились двигаться на запад. Недолго поразмышляв, решили ехать в том же направлении, ведь возможно, что звери чувствуют воду и двигаются в ее сторону — шанс был весьма высок. Двигаясь на запад, долгожданную воду обнаружили на второй день пути — к тому моменту они уже довольно далеко отдалились от привычных мест с «мясными» маршрутами добытчиков, и здесь были высокие шансы что-то найти на свою голову, в обоих смыслах. Как-то Виктор снова задал пару интересующих его вопросов своему наставнику.

— Слушай, Волш, я не пойму — здесь особо живучие и опасные ночные хищники, с которых наверняка можно снять особо ценные трофеи. А почему нет в продаже более действенного оружия против них? Мины там разные, гранаты, крупнокалиберное вооружение — уверен, что это все значительно облегчило бы жизнь охотникам, да и приток трофеев скупщикам на порядок бы увеличился соответственно. Вот чего-то я тут не понимаю — высокоразвитая цивилизация, а не может каких-то зверушек нагнуть?

— Хе-хе, а ты вот подумай — начнут продавать тяжелое вооружение,… попадет оно в руки все тем же отморозкам, которые охотятся не на тварей, а на одиноких охотников, возвращающихся с охоты. Или начнут минировать подступы к поселкам — какая заварушка начнется тут тогда — многие подумают, что, имея гранатомет, можно не охотится, а выставлять требования поселкам, ну, или мало что придет в голову такому больному мозгу. А так все поддерживается на определенном балансе: стрелковое оружие, максимум полуавтоматическое — и все, хотя та же охрана в поселках гораздо более круче экипирована и вооружена, взять хотя бы те же бронекостюмы на них, если ты обратил на это внимание.

— Но ведь от хищников людей бы меньше гибло, и охота была бы более безопасной, не говоря о количестве ценного сырья — это ведь простая выгода, сам посуди!

— Что можно сказать в отношении безопасности: тут пока человек нормально научится пользоваться винтовкой, проходит полгода и более, а дай людям мины — так половина сама же и подорвется на них, вместе с напарниками и вездеходом. Уж поверь мне, я за свои десять лет здесь на такие организмы насмотрелся,… а что касается гибели — кого это волнует, здесь основная масса, это осужденные на те или иные сроки отработки долга. Сюда ведь не отправляют особо опасных и убийц — было бы смешно поселить тут маньяка и дать ему оружие — для него это подарок свыше будет. Таким суды выносят совсем другие приговоры, без права выбора,… а что касается таких добровольцев, как мы с тобой — тут все еще проще: не нравится — улетай домой, тебя тут никто не держит силой, ты свободный гражданин.

— Подожди-подожди, я не понял — как это право выбора? — исходя из земной практики, Виктор знал, что преступнику назначали наказание и место его отбытия без его пожеланий — другое у него в голове не укладывалось.

— Ну как же — оживился Волш — преступления, не связанные с гибелью людей или их травмированием в особо тяжелых случаях, рассматриваются с точки зрения полезности индивидуума обществу. Такому осужденному дают выбор: обычный срок в тюрьме или вредном производстве, например, как здесь — срок колонисту дают больше, зато тут он живет почти нормальной жизнью. Главное, езди на охоту и снижай свой долг — успеешь раньше срока погасить — свободен, не успеешь — что ж, работай дальше, иглострел тебе в помощь! Это мне все равно или тебе — я сюда по собственному желанию приехал, но тут таких мало…вот так то, Вик.

Позиция, выбранная возле стада, оказалась удачной — за двое суток охотники смогли подстрелить еще пару пятнистых львов и пару степных волков: что интересно, то волки охотились стаей в восемь голов, но потеряв пару сородичей, отступили вглубь саванны, не понимая, очевидно, причину гибели своих сородичей. Наши герои не светились, лежа за откидными щитками на крыше вездехода, поэтому благополучно избежали пристального внимания животных. Сама тварюшка была полной копией земных волков, как строением, так и стайной тактикой охоты — несколько увеличенные габариты, вот и все различия. Волш разделал обе тушки и препарировал их на предмет ценных ингредиентов, оценивая общую стоимость двух призов в четырнадцать тысяч бонов — звери были меньше других хищников, поэтому вес добычи и был меньше.

— Предлагаю закругляться — внес предложение старший охотник — топлива осталось на обратную дорогу, холодильник мы забили ценностями, пора двигать назад.

— Хм, Волш, у нас пустой прицеп, если не считать двух забитых холодильных шкафов — предлагаю не ехать полупустыми, а добить объем «мясом» — пару лишних тысяч нам не повредят, как считаешь?

— Я думал, что эта скотобойня тебе надоела еще с прошлого раза, ха-ха, но ты прав — глупо возвращаться с пустой тарой…

Следующих несколько дней они снова занимались «мясным» бизнесом — работали по простой схеме: били из лазерных винтовок четыре-шесть туш, как получалось, а потом подъезжали к стаду, которое сразу меняло свою позицию… недалеко, но все же. Обратный путь проделали за неделю — маршрут был в памяти кристалла, так что смогли даже в нескольких местах срезать кривую их первоначальной траектории. По ночам, естественно, отдыхали: битый корпус от попаданий того ночного «кузнечика» научил их осторожности. В поселок въезжали где-то под обед — сразу занялись реализацией натуральных трофеев — за мясо удалось сторговать десять тысяч бонов, шкуры травоядных ушли за три триста, субпродукты и рога — короче, за весь «мирный» товар получили пятнадцать с четвертью кусков. Потом наведались лично к Кайлу — уники покупал или он, или другой приемщик «Новомеда», но договор у обоих был с Кайлом. За эксклюзив получили почти семьдесят тысяч бонов, в итоге, за минусом накладных расходов, топлива и так далее, на униках подняли по тридцать шесть тысяч местных денег на каждого — вполне приличный результат за почти трехнедельное турне по дикой природе.