– Зайдем покушать? – спросил ее демон.

– Только что об этом подумала! – восторженно воскликнула Василиса.

Девушка уже давно согрелась, но продолжала ходить в перчатках демона, держась за его руку. Ей очень льстили джентльменские наклонности. Она балдела, слушая его приятный тембр голоса и сами слова. Ей нравилось смотреть на него. Оно и понятно, Харон создал себе уникальное тело, которое не может не зацепить. И Василиса цеплялась все глубже на этот адский крючок. Харону же было просто скучно…и интересно.

Они сидели на полукруглом диване, в укромном уголке, под балконом второго этажа. Рядом с ними никого больше не было.

Едва заметно Харон подсел поближе к Василисе. Они болтали и болтали. Мужчина садился все ближе и ближе. Девушка решила притвориться, что ничего не замечает, что все, что происходит – нормально. Так и должно быть.

И вот уже в какой-то момент, Харон полулежал на мягком удобном кожаном диване, крепко держал Василису за руку. Она улыбалась. Его пальцы между ее, красивые, длинные и теплые. Согревающее и ласкающее тепло. Смех и улыбка. Краем глаза Васька изучала мужчину и постепенно начала сходить с ума от уже проснувшейся похоти. Ей были безумно приятны прикосновения и взгляды. Иногда он так смотрел на нее, что ей вечно хотелось ощущать этот чарующий взгляд.

А через минуту демон сладострастия услышал мысленную мечту о поцелуе… Их губы слились в страстном поцелуе и, единственное, что успела понять Василиса, что никогда в жизни она не испытывала таких чувств при поцелуи.

Ни один из них не думал о Виктории. Демон чувствовал себя превосходно. Конечно, энергия от поцелуя была незначительной, но вполне себе питательной. Харон понял, что ему нравится целоваться и спать с женщинами в реальности больше, чем во сне. Они такие живые и энергичные, такие отзывчивые и чувствительные! Он и сам чувствовал свое либидо по-другому, намного мощнее.

А Василиса вообще ни о чем не могла думать в объятиях искусителя, кроме него самого. В отличие от Виктории, у нее было много мужчин, но такой – впервые. Она просто поддалась животному инстинкту и своему безнравственному «хочу». Она не останавливала напористого мужчину. Не хотела. Более того, ей хотелось большего и единственное, о чем она сожалела, пока его руки обнимали ее талию под кофтой, так это то, что они не в спальне. От нее отказа бы не последовало.

– Я еле сдерживаюсь, чтобы не разорвать эту дурацкую одежду в клочья и не… – Харон снова вернулся к поцелую.

Он уже рассматривал, какие яростные и дерзкие картины плыли в фантазии Василисы. Ему нравились эти картины и их вопиющее содержание. Но он отдавал себе отчет в том, что происходит: его сдерживали от разрыва одежды не люди и обстановка, а цена и плата. Василиса ни чем не отличалась от среднестатистической дамочки, которую мог ублажать Харон. За свои услуги обычно он забирал жизнь! Рано или поздно ему пришлось бы остановиться.

И когда Харон, наконец, угомонил свою страсть, дав своим губам отдых, Василиса увидела лицо Виктории перед глазами.

– Харон, – прошептала она испуганно.

– М, – промычал он в ответ, пододвигая девушку к себе ближе.

– Что мы делаем?

– Мы делаем то, что хотим оба.

– А как же Виктория? Вы же любите друг друга и ты позволяешь себе такое поведение?

Демон слегка был удивлен внезапной и совершенно неожиданной претензией, но улыбку с лицу убрал.

– Ты мой сладкий, лакомый кусочек… – прикасаясь к ее лицу, прошептал он, – мне просто захотелось сделать то, что я сделал. Более того, я уверен, и даже не спорь, что тебе, еще больше, чем мне, захотелось, чтобы я сделал то, что сделал.

– Твоя правда! – Василиса улыбнулась, положив голову ему на плечо.

– Я знаю. И еще я знаю, что окажись мы в более уютном месте, мы бы не остановились, да?

– Я бы уж точно нет…Ты не такой как все, но я думаю о Виктории…Она моя подруга и то, что мы сделали называется предательство. Ей нельзя говорить об этом. Слышишь меня?

– Почему? – искренне удивился Харон.

Василиса вытаращилась на мужчину. Удивлению ее предела не было.

– Ты в своем уме? – злобно прошипела она.

– Вполне. Я не очень понимаю, что такого мы сделали? Мы просто поцеловались и это естественно для мужчины и женщины. Женщины вообще созданы для того, чтобы их целовали.

– Ты вообще с этой планеты? – улыбаясь, спросила девушка. – Ты разобьешь ей сердце. Она возненавидит меня! Мы делаем неправильно по отношению к ней. Понимаешь? Господи, почему я вообще тебе это объясняю? Ты же взрослый мужик, ты должен сам все это понимать!

– Я понял тебя.

На самом деле, Харон ничего не понял, но чувствуя негодование от дамы, решил, что с ней просто надо согласиться.